Крестоносец
Шрифт:
Раз.
И довольно приличное количество всадников полетело на землю. Где-то из-за того, что их поразила картечь. Где-то из-за раненного коня, сбросившего или уронившего своего ездока.
Особого опустошения эти два выстрела по меркам Андрея не нанесли. Но это — по его меркам. В центральной колонне конницы из-за этих двух зарядов картечи все пришло в движение.
Ведь для картечи тех лет это безгранично далеко. А тут ладно, что далеко, так еще и с какой глубиной поражения?
Тем временем артиллеристы извлекли из стволов «Львов» остатки тлеющих картузов. Пробанили
И вновь удачно.
По такой толпе да с возвышенности стрелять одно удовольствие картечью.
Тем временем фланговые крылья османской конницы приблизились достаточно, чтобы в дело вступили «Волки». И они не замедлили включиться.
Беглым залпом. От центральных к периферии.
Эффект от каждого «укуса» «Волка» выходил ощутимо меньший. Но их было больше. И стреляли они не в пример чаще. Стволы ведь короткие. И манипуляции все производились ОЧЕНЬ быстро. Из-за чего каждые 11–13 секунд получалось сделать выстрел.
Били по готовности, пользуясь расположением на возвышенности. Из-за чего тела впереди идущих не мешали поражать их товарищей во втором ряду и далее. Из-за чего «Волки» за минуту обстрела учинили опустошение куда большее, чем «Львы…»
Сразу после начала обстрела всадники забурлили. Кто-то даже рванул вперед. Но основная масса решила наступать со всем рвением в обратном направлении. Обратно, то есть. Поэтому даже храбрецы поворотились, поняв, что в меньшинстве…
Орудия же замолчали и остывали. Их накрыли грубой мешковиной и осторожно поливали уксусом. Тот испарялся, через что охлаждал стволы. А испарялся он более чем в пять раз лучше воды. Так что годился намного лучше для охлаждения поливным методом.
Не то, чтобы орудия сильно перегрелись. Но мало ли сейчас начнется общая атака? И тогда каждый выстрел будет иметь смысл.
Но она не началась.
Спустя пару часов конница повторила атаку. Но теперь заходя с флангов, обходя позиции по дуге. Однако это не привело ни к чему. Легкие «Волки» развернули и встретили иррегулярных всадников с иного ракурса. Ведь Андрей примерно к этому и готовился. А акынджи с сипахами, уже познакомившись с артиллерией легиона, обратились в решительное отступление уже после первого залпа.
Еще два или даже три часа Селим ничего не предпринимал. Ни переговоров о выносе раненных. Ни наступления.
А ведь в предполье почти все выбитые бойцы являлись ранеными. И им приходилось либо лежать под палящим солнцем, либо как-то отползать к своим. Самостоятельно.
Своих боеспособных бойцов и Андрей, и Селим также держали на позициях. Только Андрей организовал своим воинам и раздачу воды, и вручил по куску пеммикана, чтобы те не стояли голодными. Понятно — не горячая еда. Но и голодными бойцов держать глупо. Кто его знает, сколько еще придется вот так «номер отбывать»?
Наконец, когда солнце уже заметно клонилось к закату, Селим предпринял
Ни сипахи, ни тем более акынджи не стремились отдать свою жизнь за Султана. Во всяком случае — так глупо. Они ведь целыми пачками ложились «в сухую», не забрав в ответ ни одной жизни. И как в такой обстановке воевать? Правильно. Ногами. В сторону от столь неудачного места. Лучше потом оправдываться, чем тупо сдохнуть самым глупым образом…
Пехота осман была представлена азапами. Янычар у Селима не было. С ними в Великой Порте последнее время имелся определенный дефицит. Единственный боеспособный их корпус оставался во Фракии под рукой Сулеймана. И все. Остальные выступали важным инструментом по контролю над ненадежными крепостями. Поэтому он сделал ставку на азапов…
Тысячи и тысячи вчерашних крестьян приближались огромной толпой. Страшной. Жуткой. Даже Андрею стало не по себе, хотя он умудрялся сохранять внешнее спокойствие.
Наконец они остановились.
Как раз на границе дальности боя картечью. И стали ждать конницу, которой требовалось больше времени для обхода с флангов. Все-таки она была представлена преимущественно легкой конницей акынджи с плохим конским составом. Сипахи же с приличными конями старались не вырываться вперед.
Наконец все вышли на свои позиции.
Отряды обменялись простенькими звуковыми сигналами с помощью труб. И все сразу пришли в движение. И пехота, и конница… и кавалерия… легионная кавалерия.
Вчерашний авангард по численности своей был примерно сопоставим с этой оставшейся массой османской конницы. Только авангард был заряжен на победу и успех. Он рвался в бой. А эти ребята уже трижды получили лопатой по лицу и выглядели невероятно «задумчивыми». Поэтому князь и приказал кавалерии, что стояла в резерве, выходить в поле и атаковать этих «туземцев», многие из которых, без всякого сомнения, участвовали в том неудачном вчерашнем бою.
Пехота же осман тем временем «угостилась» картечью двух «Львов». В отличие от конницы акынджи эти азапы жались друг к другу, явно труся, поэтому представляли собой весьма густую и плотную целью. Так что каждый заряд такой картечи учинил там форменный разгром. Ведь бил с верхней полусферы, просыпаясь на головы. Не просеки, конечно, но поляны уж точно получились.
Потом еще парочка полян. Еще.
И тут включились в бой «Волки», а азапы побежали…
С обратной стороны холма тем временем боя не получилось. Увидев вчерашних всадников, которые высыпали из лагеря и начали строиться для атаки, акынджи просто развернулись и дали ходу. Кто куда. Это не та война, на которую они подписывались.
Сипахи оказались более стойкими морально. Но они направились в сторону лагеря. Максимально быстро. Прям загоняя коней. Стараясь как можно скорее убраться от этих бойцов в столь неприятных доспехах. К пехоте… поближе к своей пехоте…