Крест Сталина
Шрифт:
– Нет! Пока дает показания только по части груза! А так держится молодцом!
– Сомневаюсь... меры воздействия при допросе, знаете какие... Не думаю, что Ахметова уберут, но все же стоит побеспокоиться...
– До конца расследования это исключено, товарищ Сталин!.. В деле замешан СМЕРШ и ГБ! У Абакумова, думаю, имеется свой резон выгораживать Рохлина...
– Ахметов - единственный аргумент предательства Симоненко! Не выказывая заинтересованности, держите дело на контроле!
– Очень сложно, Иосиф Виссарионович!
–
– Сталин преобразился. Выпрямив спину, он стал органично вплетать в дело новые обстоятельства: - В сороковом году комиссар Бергер состоял в ведомстве Берии и скрыл факт побега в лагере! Здесь налицо преступная связка: Рохлин - Бергер - Берия! Цепляйтесь за Ахметова... он был политическим осужденным и это немаловажный факт!.. Военный трибунал потребует Ахметову суровую кару, но мы сделаем все, чтобы он выжил. В крайнем случае - каторга!.. Пусть принесет хоть какую-то пользу, пока не поймаем Креста!
Сталин замолчал. Его глаза возбужденно горели. Появилась возможность связать противников в один неразрывный клубок, и ему был непонятен удрученный вид генерала.
– У вас есть вопросы?
– спросил вождь.
– Да, товарищ Сталин!
– Волков собрал силу духа.
– Относительно комиссара Бергера... Герой Советского Союза... чекист...
Тихое посасывание пустой люльки сменилось на прерывистое. Сталин вынул трубку и похлопал по карманам кителя - табак, как всегда, был не на месте. Проскрипев ботинками по ковру, вождь, не спеша, набил трубку.
– Да я лично вызывал Бергера в Москву... И наградил тоже лично... Но теперь я требую наказания Бергера, как врага советского народа! И что из этого выходит? Что товарищ Сталин непостоянен и ищет новые жертвы для удовлетворения своей кровожадности?.. - Взгляд генсека безжалостно пронзил затылок генерал-лейтенанта.
– Не забывайте, что подвиг комиссара высоко оценен правительством, но сейчас речь не об этом... Мы говорим о преступных действиях, которые совершались ... до этих героических событий!.. Я искренне верю, что вы преданный партии человек, то есть - мне!.. Отбросьте эмоции... Ваша задача совершенно другая: операция "Кода" и в первую очередь - Симоненко!!! Если наступит момент, уходите в тень и отправляйтесь за ним... хоть в Швейцарскую конфедерацию, хоть на край света! И если вы думаете, что благодаря Бергеру, мы узнали о факте побега Симоненко, то это - не так!.. У нас много других источников!... Подготовьте приказ о назначении генерала Фирсова своим заместителем!
ГЛАВА 79
После неожиданного повышения по службе генерал-майор Фирсов был направлен в бездонные архивы ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ и так далее...
Проклиная рутину фразеологических оборотов: "По существу заданных вопросов... С моих слов записано верно...", он мотался
Вслед за "немецким агентом" Бергером отправилось немало народу. Летчик Кольцов - в Воркуту, "вечный дежурный" Сипко в суровый Норильск, рангом помельче - на прочие просторы необъятной Сибири! Кто "чистым" [59], а кто и в качестве осужденного контингента...
Но работы было много. От фиолетовых штампов "совершенно секретно!" рябило в глазах, и призывы к повсеместной бдительности не казались таким уж и бесполезными. В таких случаях генерал неизменно выпроваживал сотрудника архива и закрывал двери на замок...
* * *
Метель скрежетала и припадала к земле. Всю ночь зыбучий, сыпкий снег валил прямо на крышу землянки. Начальник секретного объекта "В-8" поскреб пальцами изморозь, подышал на нее и приложился к стеклу. В потоках вихрящегося снега ряды колючей проволоки угадывались лишь по столбам-гусакам и монотонно гудящим трансформаторам...
Подполковник Евсеев оторвал лоб и зябко потянулся.
От жуткого холода дощатая дверь покрылась ледяной коркой - из щелей мела поземка, - но уставшие солдаты спали вповалку, прямо на полу... Идти не хотелось. Но, следуя привычке, он сорвал с гвоздя полушубок, переступил через караульного и вышел наружу.
За порогом стояли все "сорок пять"; обрывок луны периодически тонул в половодье серых облаков; труба, по-прежнему, стояла на месте и источала дым: зелено-белый, почти желтый, неприятный и давивший спазмой на гортань.
Евсеев зло сплюнул, с минуту кашлял надрывно и тяжело, и, наконец, успокоившись, двинул свое не выспавшееся тело к сторожевым вышкам.
Через полкилометра, когда начальник объекта уже вплотную подошел к трубе, метель спала. Стало светать, и слабая поземка поволокой тащила ледяную крошку по бугристой колымской земле ...
Евсеев упорно втыкал валенки в снег, теперь уже держа направление в сторону барака. Унылый пейзаж перемежался лишь вспышками замыканий на электрических изоляторах. Мимо тянулись груды картошки и капусты, сваленных прямо на землю, под открытое небо, в несусветную стужу. Рядом с довольствием, как и положено при таких случаях, стоял часовой. Винтовка, воткнутая прикладом в снег, покрылась инеем и по прикидкам начальника была не способна к стрельбе...
Увидев начальника, караульный выпрямил торс. Подполковник, молча кивнул, и, не останавливаясь, проследовал дальше. Туда, где и располагался медицинский барк с "чистыми" обитателями секретного объекта...
* * *
Когда Евсеев вошел в помещение, Перепелкин уже снимал с макушки умершего Бекшетова полотенце.
Начальник снял шапку и с минуту молчал...