Крест Сталина
Шрифт:
Большинство граждан из присоединенных накануне войны территорий открыто приветствовали неприятеля. Вдобавок часть мобилизованных солдат переметнулась к немцам, вбивая гвозди сомнений в надежность личного состава розовеющей армии.
Золотого запаса не хватало для закупок не устранимого дефицита, предметно указывая на изъяны социалистического планирования. По всем выкладкам надо было готовиться воевать - лет пять, а может быть и все шесть...
С таким невеселым набором перспектив коммунистический
Еще через день...
– Объясните товарищу Димитрову о необходимости закрытия Коминтерна! Пусть найдет какое-нибудь подходящее обоснование! Находящихся на глубокой подпольной работе коммунистов международного значения надо разобрать по определенным ведомствам!
Берия, Голиков и Меркулов, как по команде, занесли в свои планы наметки на будущее.
– Вот тут, товарищ Волков утверждает, что финансовые круги Запада в обмен на предоставление долгосрочных кредитов запросили под еврейскую автономию территорию Крыма! ... Как вы считаете, может ли Советский Союз прислушиваться к какому-то голосу даже не страны, а кучки зарубежных граждан, пекущихся о своей нации?
– Иосиф Виссарионович повернул с сединами голову и замер в минутном молчании.
– Я отвечу: может! ... Наша страна протянет руку любому, кто попросит у нее помощи. ... Мы даже продемонстрируем советское великодушие и дополнительно к Крыму предоставим земли на территориях чечено-ингушской, карачаевкой и аджарской автономных областей! Я считаю, что Наркомату Внутренних Дел, совместно с Госбезопасностью необходимо уже сегодня готовиться к трудоемкой и плановой работе по выселению проживающих там народов!
Пресекая недоуменные вопросы, Иосиф Виссарионович отмахнулся рукой.
– Если они этого хотят, пусть получают! А вот смогут ли они жить по соседству с этими гордыми народами, мы узнаем гораздо позже?! ... Вот пусть потом и проявляют добрососедство и способность к интернациональному сосуществованию!
Во время монолога вождя было слышно, как зеленая мохнатая муха, жужжа, сходила с ума от невозможности найти открытую форточку. Меркулов с напряжением сжимал в руках свернутую в трубочку газету, чтобы по малейшему знаку прекратить враждебный полет насекомого...
– Товарищ Косыгин, передайте начальнику подотдела расчеты потребности Советского Союза в долгосрочных кредитах! И не надейтесь, что вы получите их завтра... Я, думаю, пока они не увидят плоды нашей деятельности, эти так называемые круги и пальцем не пошевелят, чтобы помочь многострадальному советскому народу. ... И запомните, все, что мы наметили - это работа не на один год!!! ...Поэтому, если что-то можно ускорить - ускоряйте! Не сидите, ожидая манны небесной. Наше спасение - в движении! И поверьте,
ГЛАВА 60
Мелькнули синее небо и скальный пейзаж. Все точь - в точь, как в рекламном плакате "Добро пожаловать в свободную Америку!"...
Белогрудые чайки бросались на море и, воткнувшись по грудь, со скандалом улетали на небо. Багровый распухший закат все никак не хотел прикоснуться к воде, да так и завис посреди кругозора. Только волны лениво плескались о борт и иногда, бесшумно перекатываясь через палубу, уносили легкие буруны прочь от покрытой ракушками субмарины...
О, да! Это, конечно, Америка!
Посреди белого круга с черной пугающей свастикой, уперевшись в единственную твердыню боевой рубки, стоял капитан немецкой подлодки. Заскорузлые от въевшейся морской соли ботинки мертвой сваркой держали высокого бородатого офицера, пытавшегося разглядеть впередилежащий обзор.
Море было чисто. Разъевшиеся янки даже не удосужились выставить береговое охранение. Ну, что же, пираты фюрера покажут Рузвельту, где у русских зимуют раки! Честно говоря, у капитана Кремера вот уже как с месяц чесались руки. И, припав в очередной раз к окулярам бинокля, он с радостью высмотрел выплывающий из-за скалы силуэт торгового судна.
Капитан громко крикнул и где-то внизу "заиграла" тревога. Он живо представил легкий хаос внутри стального чрева подлодки. "Ничего пусть попрыгают, это еще никому не мешало..."
Увеличенный силуэт сорвавшейся чайки отшатнул офицера и, убирая бинокль, капитан развернулся и крикнул вниз:
– Срочное погружение!!! Глубина - 10!... Курс - 4/15!... Скорость - 12 узлов!
Экипаж стремительно заполнял свои боевые места. Эхо команд надрывными глотками катилось через переборки, завинчивалось ремболтами, открывалось кингстонами и мелькало подошвами матросских ботинок...
...Корней вскочил от рева занудной сирены. Плафон бликовал, равномерно разгоняя рыжий свет по каюте. Крест пытался разобраться: учебная это тревога или, взаправду, "консервная банка" собралась воевать смертным боем. Больно стукнувшись о переборку, пленник почувствовал, как подлодка, заваливаясь правым креном, стала с ускорением уходить в морскую пучину...
– Носовые аппараты, товсь!!!
Лейтенант Шмудтке лихорадочно клацнул по кнопкам...
Где то там наверху неведомый враг беспечной прогулкой двигался по морской глади и Шмудтке, загоняя полутоные сигары в торпедные шахты, ясно представил, как белыми бурунами они врюхаются в левый, ... нет правый, а, впрочем, какая разница в какой борт?!
– Под всплытие на перископную глубину! ... Готовность - номер один!!!