Крест Сталина
Шрифт:
Рядом стоял его "ишачок", сиротливо опустивший правое крыло и задрав левое на неестественную высоту. С поникшей плоскости струйкой убегало топливо, под которое Пасько, с целью экономии драгоценной жидкости, предварительно подставил ведро. Поперек фюзеляжа рваными дырками проходил памятный след немецкого стрелка, и капитан наметанным глазом определил, что самолету - "хана".
– И тут я его завалил! Гляжу, а тут мессеры!
– снова "затутукал" лейтенант.
Видимо, поняв, что командиру не до него, решился обратиться к другим, наверняка, уже вернувшимся летчикам. Он отцепился
Но кроме командирского самолета и самого Кольцова на поляне никого не было. Ни Гришки Мостового, ни балагура и весельчака Степана, ни других летчиков 101-го истребительного полка...
– А... где наши?
– с недоумением начал Пасько и осекся, сразу поняв результаты "удачного" боя.
– Тридцать восемь истребителей, как в трубу!
– откликнулся охрипшим голосом капитан.
– Это только наших... И там за лесом с аэродрома ни один "бомбёр" не поднялся... штук пятьдесят-шестьдесят... Считай, за сотню самолетов замолотили, сволочи, ... за десять минут!!!
– капитан с досадой бросил на землю шлем и беспечные кузнечики, напуганные таким вероломством, прыснули в разные стороны.
Из-за леса эхом застучали траки немецких танков. Капитан прислушался, но так и не уловил признаков начинающегося боя.
Стало ясно, что практически все боеспособные части попали в огненную мясорубку и наше командование не может привести в действие оборонительный механизм...
Пилоты спрятали командирский самолет под кроны деревьев, забросав ветками видимую сторону. Машину лейтенанта решено было сжечь, а самим двигаться в сторону военного городка лесом, чтобы, ненароком, не нарваться на противника...
Ночью они вернулись. С первыми проблесками нового дня, молча выкатили И-16 и, усевшись в тесной кабине, взлетели...
Кольцов дал прощальный круг над пепелищем солдатских казарм и изогнутыми трубами закоптевших зениток, после чего уверенно взял на восток...
Пасько в последний момент увидел и свой самолет, вернее остатки черного скелета, раскинувшего на поляне обгоревшие элероны. Смахнув украдкой влагу, подернувшую его васильковые глаза, он решил в этот момент мстить врагу беспощадно и до последней капли крови...
ГЛАВА 58
Удар был настолько силен, что Красная Армия безостановочно покатилась к Уралу, и немцы "на плечах" отступающих войск вышли на оперативный простор...
Русское командование попыталось перехватить инициативу, но все усилия оказались тщетными. Вторгшиеся в Румынию советские войска вынуждены были бросить первоначальный замысел, а затем отходить в направлении Севастополя. Только вышедшие в соседний Иран соединения остались там в качестве оккупационных войск, пресекая попытки немецкого командования блокировать бакинские нефтяные месторождения. Геринг не имел стратегической авиации, а штурмовая, прекрасно зарекомендовавшая себя в европейском блицкриге, не могла дотянуться до Баку, в силу ограниченности дальности полета. Это и спасло Красную Армию от возможного нефтяного голода. ...
К концу сентября немцы глубоко вклинились на территорию Советского Союза. Далеко позади
Наступили тяжелые времена, и непосильное бремя решений легло на плечи Иосифа Сталина...
* * *
– Товарищ Жуков!
– обратился Иосиф Виссарионович к генералу.
– Ставка считает, что необходимо привлечь к руководству армией других, более способных военноначальников! ... Надо смелее выдвигать на главные посты инициативных и решительных командиров!
Ворошилов нервно наглаживал потными ладонями свои необъятные галифе...
Вождь засопел и, вновь обращаясь к Жукову, подкрепил свои выводы, не стесняясь выражений:
– Наши солдаты от страха не могут попасть в неприятеля. Они вообще не стреляют, ... мать твою, ... а сдаются в плен целыми батальонами... Это положение надо исправлять! ... Кого мы можем привлечь, чтобы в корне изменить ситуацию на фронте?
– Товарищ Сталин, все предложения в письменном виде предоставлены председателю Ставки товарищу Тимошенко! Нам необходимо время для комплектования новых дивизий, не зараженных пропагандисткой машиной Геббельса. Нужно провести дополнительную мобилизацию и оснастить пополнение новым вооружением... Да, и резерв Ставки необходим! На это уйдет год-полтора!
– Не отвлекайтесь, товарищ Жуков! Об этом мы имеем достаточно полное представление. ... Скажите, кого мы можем выдвинуть на руководящие посты, чтобы осуществить задуманное? Я видел в списке имена Рокоссовского, Батова, Мерецкова... Можно ли им доверять в полной мере, ведь они сами недавно из Гулага?
– Сталин бесшумно прошелся по ковровой дорожке и, не дожидаясь ответа, неожиданно подкрепил свое мнение: - Я думаю, можно!.. В лагерях находятся много отчаянных, бесстрашных граждан призывного возраста! Не побоявшихся в свое время встать поперек государства... Я думаю, что при желании мы сможем сформировать из них несколько армий! ... Профильтруйте весь контингент Гулага и выявите имеющийся офицерский состав, инженеров, ученых, короче, полезных для государства людей! Какое общее количество заключенных на сегодняшний момент?
– Чуть более десяти миллионов!
– Берия вытянулся из-за стола и для убедительности подстраховался в раскрытой кожаной папке.
– Из них женщины, старики и дети составляют тридцать два процента!
– Вот видите, какой неисчерпаемый источник! ... Каждый из них, без исключения, в своих письмах заверял меня о своей преданности!
– серый френч прекратил маятниковое движение и, заканчивая перечень указаний, остановился напротив Берии.
– Но имеется еще один резерв! Перепись населения не коснулась отдаленных северных народов. Среди них, наверняка, найдется немало хороших стрелков, которые и без ворошиловского значка попадают прямо белке в глаз!.. Политическому отделу Мехлиса надо немного поработать... Встретиться с их национальными лидерами, внести на рассмотрение повышение их социального статуса. Пообещать автономию, все что угодно! Ставка дает для этого минимальный срок! Я думаю, месяца будет достаточно!