КРАУЛЕР

Цепляев Андрей

– Вы точно знаете, что делаете? – спросил Гнат, осматривая наполненный бледным светом тоннель. – Никогда ничего подобного не видел. Мы, наверное, очень глубоко.

– Я уже все сказал.

– Что нам делать, если сядут батарейки?

– У меня есть зажигалка, – пошутил Антон, но Гнат был сама серьезность.

– Это хорошо, но что, если…

– Послушай. Что, если мы будем говорить реже и по делу?

– Хорошо. Ответьте тогда, зачем вы вообще сюда полезли, и нас за собой потащили? Думаете, начальство оценит ваш подвиг?

– Я уже сказал, что делаю это не ради начальства.

– Ну конечно. Ради людей. Сколько раз уже подобное слышал. Мы должны

помогать и относиться к ним с пониманием, а они пусть об нас ноги вытирают. Можно подумать, кто-то вам потом спасибо скажет.

– Если бы я хотел народной любви, то пошел бы в артисты. О том, что мы сделали, скорее всего, вообще никто не узнает.

Антон умолк. Лишь только он завернул за поворот, свет фонарика уперся во что-то темное. На мгновение ему показалось, что это крыло. Потребовалась секунда, чтобы поднять пистолет и нажать курок. Прогремел выстрел, эхом пронесшийся по тоннелю. Гнат вскинул автомат и дико захрипел, потребовав, чтобы лейтенант потеснился.

– Стой!

Он как будто услышал собственный голос со стороны.

– Я понял…

Антон подполз к тому месту, где обрывался тоннель и выглянул. Свет фонарика скользнул по ровным каменным стенам и ушел вниз, остановившись на бурлящем потоке. Они обнаружили колодец, тот самый, который когда-то питал верхние тоннели. Лейтенант подался вперед, одной рукой держась за край лаза. Прямо под колодцем текла река. Если и были тоннели внизу то они, скорее всего, были затоплены. Антон направил луч наверх и чуть не поплатился жизнью. Увернувшись от пронесшегося перед лицом камня, он вовремя отпрянул, больно ударившись затылком о край лаза. Каска слетела с головы плюхнувшись в поток. Снизу раздался всплеск. Сверху смех. Антон потерял терпение. Направив луч света в потолок, он увидел высоко наверху террасу. На краю примостился сгорбившийся силуэт. В руках у человека был камень. Антон спрятался в тоннель.

– Что происходит? – закричал Гнат.

Камень вонзился в пол, раскололся и упал вниз.

– Он здесь, – ответил Антон, наблюдая, как гладкий булыжник отскочил от стены и исчез в бурлящем потоке. – Наверху. Прикрой меня.

– Как прикрыть? То есть, каким образом?

– Не позволяй ему метать камни.

Антон спрятал пистолет за пояс, схватил зубами фонарик и выбрался наружу. Рядом с лазом в стене темнели трещины, которые чья-то умелая рука расширила и углубила. Там же были выбиты множественные выступы. Антон воспользовался ими, чтобы подняться наверх. Хватаясь за углубления в камне, он стал стремительно взбираться по стене колодца. Гнат высунулся из лаза, уперся ногой в стену тоннеля и вскинул автомат. Вскоре тень появилась вновь. Прогремел выстрел. Пуля вонзилась в свод над фигурой, осыпав агрессора каменной крошкой. Антон забросил ногу выше и подтянулся, минуя сразу несколько углублений. Он поспешил. Носок туфли не попал в трещину. Тело поползло в пустоту. Вцепившись в камень, он едва не лишился опоры. Антон посмотрел вниз, но увидел лишь тьму. Если он упадет, вода смягчит удар, но потом водоворот непременно утянет его в затопленный канал. В любом случае, – смерть.

Левое плечо и часть руки пронзила боль. Камень, пущенный с террасы, достиг цели. Гнат выстрелил три раза. Человек наверху спрятался. Антон отнял от скалы левую руку и судорожно ей встряхнул. Острый кусок карста оцарапал плечо и распорол рукав до локтя, оставив неглубокий порез. Стараясь не смотреть на кровь, превозмогая боль, Антон стиснул зубы и взобрался наверх, ухватившись за край террасы. Перед лицом сверкнуло лезвие ножа. Антон не растерялся и поймал тощую

конечность. Наконец он его увидел. Не силач, и уж точно не гигантский муравей. Обыкновенный человек в черной толстовке с капюшоном. Преступник попятился, надеясь освободить руку. Антон этим воспользовался и без труда запрыгнул на уступ. Опрокинув врага, он перевернул его лицом вниз и попытался скрутить, но получил локтем в челюсть. Человек больно лягнул его ногой, вырвался и с разворота ударил ножом. Лезвие прошло в дюйме от плеча. Антон остановил его руку и схватился за пистолет. Тот заметил опасный ход и оттеснил лейтенанта к краю колодца. Антон вовремя упал на спину и, уткнувшись коленом в живот врагу, перебросил его тело через себя.

Шум потока прорезал пронзительный крик. Человек повис на краю террасы, беспомощно болтая ногами в воздухе. Антон не позволил ему упасть. Только не теперь, когда наконец нашелся подозреваемый. Сейчас он в его руках и любое слово, которое он скажет, будет на все золота. Свободной рукой лейтенант нащупал фонарик. Луч света проник под капюшон, осветив бледное лицо, вспотевший лоб и затянутые жилами глаза.

– Не может быть, – выдохнул Антон, стараясь удержать Кравцова в подвешенном состоянии.

Обходчик молчал, продолжая со злостью на него смотреть.

– Я помогу тебе, только скажи, почему?

Снизу донеслось кряхтение и бранная речь. Гнат лез наверх, не прекращая материться, добавляя при этом, что он не монтажник и тем более не скалолаз. Кравцов ухватился за ближайший уступ. Антон помог ему забраться наверх и, держа под прицелом, потребовал, чтобы тот выбросил нож.

– Говори, зачем?

– Или что? Убьешь меня? – прохрипел обходчик, потирая ушибленный живот.

Антон выбросил нож в колодец. Взгляд коснулся окровавленного рукава куртки. На глаза навернулись слезы. Антон покачнулся, стараясь не смотреть на рану. Кравцов это заметил и улыбнулся.

– Я так и думал. Ты уверен, что не ошибся профессией?

– Уверен, – раздался крепкий голос за спиной.

Гнат сидел на краю уступа, целясь в обходчика из автомата. Указательный палец лежал на курке. Заметив оперативника, Кравцов угомонился.

– Отвечай на вопрос или прострелю ноги.

– Брось. – Кравцов миролюбиво приподнял руки. – Мне не оставили выбора. Поймите же, я просто иссохну, если не помогу ему. Я уже и так долго жду.

– Не заговаривай нам зубы или потеряешь собственные.

Как только к допросу подключился Гнат, обходчик сразу стал сговорчивее. И так всегда. Хочешь с нарушителем объясниться по-человечески, а в ответ получаешь плевок в лицо или насмешку. Потом еще говорят, мол, милиция людей пытает. Так ведь пытка пытке рознь, а милиционер не инквизитор. Он человек и у него тоже есть точка кипения.

Кравцов все еще молчал. Гнат и Антон смотрели прямо на него. Вдруг глаза обходчика наполнились слезами. Закрыв лицо руками, он упал рядом со стеной и в такой позе просидел некоторое время.

– Ну и что ты молчишь? – спросил Гнат и обратился уже к лейтенанту. – Лично я прописал бы этому доходяге «Слоника». Мигом все выложит. Жаль, у нас нет подходящих инструментов. Хотя, можно надеть браслеты… до предела.

Гнат потянулся к поясу, где в кожаном чехле лежали наручники.

– Не надо! – встрепенулся Кравцов и стал дышать еще быстрее. – Я расскажу все, что захотите.

– Нет. Не так, – оборвал Антон. – Мы хотим узнать правду, поэтому расскажешь все что знаешь. Во-первых, кто твои сообщники. Во-вторых, где выход. В-третьих, где вы держите тела жертв. По порядку. Дальше я решу, какие вопросы задать.