Кракле

Карент Оливия

— Я хочу выпить за тебя, любимая! За нас! И нашу любовь! — и залпом осушил бокал до дна.

Позже, насытившись, отставив поднос и вытянувшись прямо в халатах поверх одеяла, они какое-то время в ленивом блаженном изнеможении перебрасывались ничего не значащими легкомысленными фразами и, незаметно для себя, одновременно уснули, ближе к рассвету инстинктивно забравшись под одеяло.

24

Алек, повернувшись, моментально проснулся оттого, что почувствовал, что находится в постели один. Лоры рядом не было. Алек взглянул на часы, удивленно отметив, что

еще довольно рано. Какое-то время он напряженно прислушивался, но вскоре понял, что жены в спальне нет. После непродолжительного раздумья Алек прошел в ванную, побрился, принял прохладный бодрящий душ, растерся полотенцем, оделся. Все это он проделал быстро и четко и сразу поспешил вниз. Он догадывался, где можно обнаружить пропавшую жену.

Тихонько приоткрыв кухонную дверь, Алек незаметно и осторожно подкрался к стоявшей у плиты Лоре и, ласково обхватив ее за плечи руками, привлек к себе. Он поцеловал изящный изгиб шеи, зарылся лицом в волосы и прошептал:

— Доброе утро, любимая… моя…

— Доброе утро… Алек… — мелодично и немного смущенно откликнулась она.

— Ну почему ты так рано встала? Зачем? — мягко упрекнул Алек и проникновенно и вкрадчиво продолжил: — Это же наше первое утро… Я хотел проснуться… чтобы ты была в моих объятьях… и мы… Давай вернемся в постель! — пылко попросил он. — Ло-ра…

Развернув ее к себе, Алек приник жадным призывным поцелуем к ее губам. Она напряглась и испуганно отпрянула.

— Ты… сошел с ума!.. Сюда… могут войти… — задыхаясь от волнения и беспокойства, бурно запротестовала Лора, пытаясь выбраться из крепкого кольца его сцепленных рук.

— Ну и что? — невозмутимо спросил Алек и улыбнулся. — Кого, интересно знать, удивят поцелуи мужа и жены? Что здесь криминального и необычного? — и после короткой паузы завораживающим полушепотом добавил, приблизившись вплотную: — Еще очень рано… Все спят… Лора, милая, давай вернемся в постель! Пойдем…

— Н — нет… Это исключено… — тихо и смущенно возразила она и отвернулась.

— Почему, Лора? Почему «исключено»? — настойчиво и нетерпеливо переспросил он.

— Ну…

Внезапно Алек громко рассмеялся, крепко обнял жену и иронично заявил:

— Кажется, что-то подобное уже было со мной. Совсем недавно. Прямо на этом самом месте. Точно— точно! — он наклонился и, обжигая висок Лоры своим дыханием, вдохновенно продолжил: — Помнится, тогда я вот так же держал в объятьях очаровательную девушку, и она сказала буквально то же самое — «ис-клю-че-но». Ах, как убедительна и категорична она была! Но… К счастью, ошиблась. Впрочем, не только она. Я, опять же, к счастью, тоже. Прошло совсем немного времени, и вот, сегодня, я обнимаю на том же самом месте очаровательную ЖЕНЩИНУ, — выделил он, — получив все права — и мужа, и любовника. Причем, хочу особо подчеркнуть, по обоюдному согласию. Это «исключено», как выяснилось, хороший знак, обещающий исполнение всех желаний! Поэтому…

Умолкнув, Алек хотел подхватить покрасневшую до корней волос Лору на руки, но она выскользнула и отступила.

— Мне… мне надо… готовить завтрак… — неуверенно пробормотала она, упорно глядя в сторону плиты.

Ее фигурка излучала непередаваемое смущение и растерянность. От умиления и желания, с каждой секундой все более закипавшего в крови, у Алека перехватило дыхание.

— Да Бог с ним, этим завтраком! — горячо воскликнул он. — В доме

полно продуктов!

Алек решительно шагнул к жене, но она вновь отступила и неожиданно выпалила:

— А почему ты не захватил поднос?

Взмахнув рукой, Алек криво усмехнулся и равнодушно заявил:

— А— а!.. Убирать — обязанность прислуги. Сейчас я думаю не о завтраках и подносах, а…

Оборвав себя на полуслове, Алек с изумлением увидел, как Лора, сменившись в лице и широко открыв глаза, опрометью бросилась мимо него за дверь. Ему понадобилось лишь мгновение, чтобы догадаться о причине. Понимающе улыбнувшись, Алек устремился за женой. Он настиг ее в тот момент, когда Лора, тяжело дыша, остановилась около кровати. Алек, с ходу схватив Лору в объятья, рухнул вместе с ней на постель, страстно целуя пунцовые щечки, чуть припухшие нежно-розовые губы.

Лора слабо сопротивлялась, слегка отталкивая Алека и делая отчаянные попытки хоть что-нибудь сказать.

Понимая, что пока изменить боевое настроение жены не получается, Алек, не выпуская ее из плотного кольца своих рук, чуть отпрянул и шутливо заявил:

— Честно говоря, меня несказанно порадовало, что моя жена мчится в постель с фантастической скоростью. Жаль только, что не мои страстные призывы явились причиной спринтерского забега на дистанции «кухня спальня», а всего лишь угроза появления в последней… а именно, спальне!.. прислуги. Увы— увы! Как выяснилось, котировка моих акций ничтожна! Я опечален. Ло-ра… святой долг жены утешить страдающего мужа!..

Он произносил свою речь с такими забавно-серьезными жалобными интонациями, что Лора звонко рассмеялась. Алек, решив не упускать благоприятный момент, крепко прижал грациозное трепетное тело к своей груди и приник к губам Лоры призывно, жадно, с нескрываемой страстью. И хотя жажда обладания туманила рассудок, Алек почувствовал напряжение жены, ее беспокойство.

— Лора… любимая… — он покрыл милое прелестное лицо короткими нежными поцелуями. — Сюда не войдет никто… Здесь мы одни… Ты и я… Я безумно… хочу тебя… любимая… моя…

— Н— нет… пожа… луйста…

— Ну почему «нет»?.. Ты боишься, что… Любимая моя, теперь все будет иначе! Наслаждение… только его… мы будем дарить друг другу… Всегда… любимая… всегда…

Его ласки становились все более настойчивыми.

— Алек… пожалуйста… не сейчас…

Что-то, прозвучавшее в ее голосе, насторожило и остановило его. Он проницательно, внимательно и задумчиво посмотрел в глаза Лоры, потом перевел дыхание и, осененный мыслью, что только теперь пришла в голову, воскликнул:

— О, Боже! Какой же я — дурак! Я совсем не подумал, что… Господи! Я даже не поинтересовался… — явно недовольный собой, он с раскаянием тряхнул из стороны в сторону головой, затем нежно провел кончиками пальцев по лицу Лоры и участливо спросил: — Лора, как ты себя чувствуешь?

Она мгновенно вспыхнула и тихо прошептала:

— Я… я…

— Родная моя!.. — Алек прижал ее к своей груди и ласково погладил пушистые волосы. — Мы с тобой — муж и жена. Этой ночью мы стали очень близкими людьми. Единым целым. Не надо стесняться меня! Я очень люблю тебя. И дороже тебя, Лора, у меня никого не было и нет. Я хочу, чтобы мы всегда были с тобой откровенны. Говорили открыто и честно на любые темы. Спокойно обсуждали любые вопросы. Скажи, любимая, наверное… В общем, надо подождать немного? Да?