Ковчег
Шрифт:
— Гипноз? — Спросил Антон.
— Не знаю. Но что-то типа того. Парни с корвета уже это испытали на себе, но успели вовремя слинять из зоны действия этой твари. Как я понял, радиус её воздействия до трёхсот метров. На балкер мы пойдём вшестером. Люся, Лёня, Лев и Лола. И я с ещё одним из вас.
— Почему только двое из нас? — Спросил Антон.
— Потому, что они, — я кивнул на Люсю и её команду, смогут прикрыть от ментального воздействия твари только двоих. Поэтому иду я и ещё один. Кто из вас. Приказывать не хочу. Только доброволец.
— Я пойду. — Тут же сказал Антон. — И это не обсуждается, парни.
Я
— Хорошо. Броники снимаем. Они не понадобятся.
— Марк? — Спросил Василий, бывший тут же с двумя своими людьми. — Почему просто не пустить балкер на дно, расстреляв из орудий?
— Люся сказала, что тварь надо убить и сжечь. Обязательно сжечь. Почему, не знаю. Она не объяснила. Но сказала следующее: «Ты не понимаешь. Надо всё сжечь». Это дословно, что она сказала. Значит убить её, отрубив что-нибудь или прострелив голову, не достаточно. Поэтому мы там всё сожжём.
К балкеру подошли на катере, приватизированном на Канарах.
— Антон, тварь сидит в трюме, в каком не знаю, но скорее всего в первом от кормы. Надо бы крышку трюма открыть.
— Зачем?
— Чтобы был доступ воздуха к огню и дым чтобы выходил. А то заполнит трюм и погаснет всё там.
— Понятно.
Подошли к балкеру. Закинули «кошку» с привязанной к ней верёвкой, с узлами.
Первой на судно полезла Люся.
— Люся. — Крикнул ей. Она оглянулась. — В трюм без нас не лезете. Вы нас прикрываете. — Она смотрела на меня. Потом кивнула. И вскарабкалась, как обезьяна. За ней на балкер залез шустро Лёня. Потом Лев и Лола. Причём, оба свои топоры держали в зубах. Антон смотрел на них. Покачал головой и усмехнулся.
— И как они в зубах топорики свои держат? Особенно пацан?
— Ну зубки у него хорошие, чего не держать?! — Ответил ему, тоже усмехнувшись. Потом мы залезли. Ребятишки находились на палубе. Без нас не полезли в трюм. Молодец Люся, дисциплинированная девочка. Я ей улыбнулся и кивнула, поблагодарив. Зашли в капитанскую рубку. Везде были разбросаны какие-то бумаги. Увидел потемневшие пятна крови, уже разложившиеся.
— Ищем сопроводительные на груз. Что он вёз, интересно. — Произнёс я. Стали с Антоном методично проверять все разбросанные бумаги. Наконец Антон нашёл то, что нужно.
— Ничего интересного. Медный и железный концентрат везли. Короче руду. Везли в Южную Корею. — Сказал он, бросая бумаги.
— Да не срослось.
— Не срослось. — Согласился он. Я тряхнул головой. Антон посмотрел на меня.
— Что, Марк, тоже чувствуешь давление?
— Да. Поганое такое состояние. Словно кто-то давит на тебя бетонной плитой. Давай попробуем запустить двигатели. — С самого начала, как только мы подошли к балкеру, почувствовали давление. Даже какой-то далёкий тихий шёпот, словно кто-то меня звал. Но, похоже, ребятишки нас хорошо страховали. Я взглянул на Люсю. Что у неё, что у остальных зрачки были неестественно большими. Ромбы заняли чуть ли не весь белок глаза. — Спасибо, Люсь. Потерпите ещё немного.
Я сильно не надеялся, думал крышки трюмов придётся открывать вручную. Антон нажал на кнопку пуска. Услышали, как заработал пускач. Сначала крутил в холостую. Потом двигатель схватился и заработал. Антон посмотрел на меня.
— Получилось. Если честно, не ожидал. — Сказал он.
— Такая же херня. Давай, открывай трюмы.
Крышка первого от кормы трюма стала раскрываться.
— Что за хрень? — Спросил Антон, глядя на меня.
— А я знаю? Такой же спец, как и ты. — Вышел на палубу. Створки крышки открылись на треть. — Бля. Заклинило что ли?
— Да по хрен. Доступ воздуха есть. Дым выйдет. — Сказал Антон, вышедший вслед за мной. В общем-то да. Дыму есть куда выходить. Я подошёл и глянул вниз. Вернее, попытался заглянуть. Видно было плохо. Я напряг зрение. Мне показалось, что там что-то шевелится.
— Антон, у меня глюк? Посмотри, что видишь?
Антон попытался заглянуть. Всматривался в полумрак.
— Ни хрена не понятно, но там кто-то или что-то есть.
Мы попытались открыть крышки оставшихся трёх трюмов, но открылся только самый последний, носовой. Остальные даже не дрогнули. Мы с Антоном посмотрели друг на друга.
— Вот же, блядь, засада. — Ругнулся он.
Попытались вручную открыть, с помощью специального механизма. Не получилось. Что-то заклинило и не давало. А вот что, понять не могли.
— Ладно, хрен с ним, пошли в трюм. — Сказал Антон.
— Пошли. — Посмотрел на «сестрёнку». — Люся, идём в трюм.
Она улыбнулась и кивнула. Вытащила из ножен свой мачете. В другую руку взяла нож. Лёня тоже. Лев с Лолой и так держали своё оружие в руках.
Спустились вниз. Звук двигателей стал громче. Так как двигатели работали, в помещениях горели лампочки освещения. В машинном отделении увидели забрызганные давно стены кровью. Но останков людей не нашли. Ни людей, ни костей. И вот дверь в трюм. Она была чуть приоткрыта. Люся открыла её шире и зашипела разъярённой кошкой, прыгнув во внутрь. Оскалился Лёня, тоже нырнув туда. Зашипела Лола. А Лев завыл. Оба кинулись внутрь.
— Что там за хрень? — Антон взглянул на меня, держа перед собой двумя руками пистолет.
— Не знаю. Пошли. — Я вскинул карабин, сняв его с предохранителя. Патрон уже был в патроннике. Мы шагнули в трюм.
— Блядь, это что за на хрен? — Выдохнул Антон. У меня у самого от того, что я увидел, глаза чуть из орбит не выскочили.
В полумраке я увидел на самом деле нечто. Это был не он и не оно. Это было ОНО. Здоровая тварь, метра три в высоту. И ещё больше в ширину. Какое-то бесформенное тело. Бледное. Кожа морщинистая, висела безобразными складками. От него в разные стороны к потолку и стенам, к каким-то большим брикетам тянулось что-то, напоминающее паутину. Но не паутина. Это тоже была плоть. Словно тварь держалась на них за потолок, за стены, за всё, за что можно держаться. Две уродливые толстые руки. Точнее то, что раньше было руками. Толстые как сардельки пальцы с когтями. Ноги очень короткие, почти полностью скрытые складками тела. И голова. Я её уже видел. Глаза этого нечто было большими и в их черноте, словно плясали дьявольские искры. Хоботок длинный, метра полтора извивался. Но это не всё. Вокруг твари на полу лежали тела людей. Но не погрызанных или разорванных. Тела были целые, но такие, словно из них всё высосали. Пергаментная кожа обтягивала кости. Много тел. Тут были не только взрослые мужчины, но и женщины и даже дети. Как женщины и дети попали сюда, я не понимал! И они все были словно плоские. Меня передёрнуло.