Ковчег
Шрифт:
— Пошла зарядка на аккумуляторы. — Сказал Антон. Я смотрел на датчики. Так, скоро стемнеет. Соваться сейчас к Арсеналу, тем более, Свен передал, что там все причальные места заняты и что там бардак, это будет глупо. Переждём здесь. заодно посмотрим Томми яхту.
— Ладно, пусть заряжается. А я пока прокачусь с Томми до южных причалов. Посмотрим какую-нибудь яхту. Ему до Флориды идти.
— Давай я с тобой. — Сказал он.
— Ну пошли. Много народа там не надо. остальные могут на корвет вернуться. А здесь пусть заряжается.
Оставаться здесь никто не захотел. Мы оставили работающим один из дизелей и вернулись на корвет. Там спустили катер на воду. Ещё на острове, мы сделали две консоли с лебёдками. Консоли опирались одним концом на корму и нависали другим концом над водой.
Двигатель катера заработал, и мы отвалили от корвета. Пошли к южным причалам, где расположилось множество яхт. Мы были на полпути к южным причалам, как я услышал яростное шипение Люси. Следом зашипела Лола и даже как-то закричала тонким голосом. Я взглянул на Люсю. Её лицо исказилось в страхе. Я такого никогда у неё не видел. Люся ничего никогда не боялась. И первой всегда атаковала противника. А тут страх, даже ужас. Зрачки её глаз были ромбовидные, причём большие. Ещё немного и они бы заполнили все глаза. У остальных так же. Они смотрели на гладь залива. Я тоже почувствовал нарастающую тревогу. Будто, что-то чудовищное неумолимо надвигалось на нас. Такое же чувство я испытывал, когда рядом появлялась мантикора. Я её не видел ещё, но чувствовал.
— Марк, ты чувствуешь? — Крикнул мне Антон.
— Да. Прибавь газу.
Антон отжал ручку газа почти до упора. Катер резко прыгнул вперёд. И в этот момент позади нас в каком-то метре гладь залива взорвалась фонтаном. Из воды резко показалась громадная пасть с чудовищными зубами. Это была огромная акула-мутант. Люся и Лола заверещали, вцепившись в поручни катера. Лёня и Лев яростно шипели.
— Fuck you! — Воскликнул даже не побледневший, а посеревший Томми, глядя шокировано на монстра. — Mother of God! What’s it? (Матерь божья! Что это?)
В шоковом состоянии Томми, похоже, забыл русский язык, пусть и с акцентом.
— Акула-мутант. Сука, здоровая какая! — Крикнул я американцу, держась за поручень. Антон резко заложил вираж в право. Тварь опять атаковала и промахнулась. Я сорвал с разгрузки гранату и бросил в воду. Позади нас грохнул взрыв, подняв водяной фонтан. Но твари это было, как слону дробина. Тут надо было что-то помощнее.
— Марк! — Услышал я крик Антона. — мы не подойдём к причалам. Они все забиты катерами и яхтами. Там в два ряда они стоят. Плюс ещё те, в беспорядке. И на корвет запрыгнуть не успеем. Что делать будем? Долго мы так не побегаем. В других местах пристать тоже не сможем. Там набережная высокая. Не запрыгнем.
— Марк, приём. Это Топорков. Что у вас там происходит? — Услышал я в гарнитуре. Антон заложил новый вираж, теперь влево. Услышал треск композитной обшивки и почувствовал удар в корпус катера. Мы даже подпрыгнули. Двигатель катера взревел. Мать моя женщина, вот это попали!
— Сергей Семёнович, тут акула-мутант. Здоровая, охренеть. Даже больше, чем видели на Тортуге. — В лицо летели солёные брызги. — Свен где?
— Я здесь, Марк.
— Викинг я видел у твоей вертушки две морские глубинные бомбы подвешены. Вертолёт же заточен на обнаружение и уничтожение подводных лодок?
— Слушай внимательно. Поставьте задержку взрыва на глубину пять — пять с половиной метров. Сам взлетай, будешь бомбить залив. Рядом с нами.
— Я вас могу зацепить.
— По хрен. Иначе нас сожрут! Давай, Эрикссон, не тормози!
Антон заложил очередной крутой вираж влево вновь, и пошёл по большому кругу. Катер летел по воду на максимальной скорости. Я видел, как поднялся с палубы корвета вертолёт и взял сразу курс на нас. Вот он прошёл над нами.
— Марк! — Услышал я Киру. Она была в вертушке с Эрикссоном. — Мы её видим. Она хорошо видна с верху. Здоровая, метров семь, если не больше… Марк, Свен сейчас бомбить начнёт.
— Антон, влево! — Заорал я. Катер резко повернул, заваливаясь на левый бок. Я видел, словно в замедленной съёмке, как от фюзеляжа вертолёта оторвалось цилиндрической формы тело бомбы. Она упала в воду позади нас. Мы успели отбежать метров на десять, как позади вырос огромный водяной столб взрыва. По ушам ударил грохот. От ударной волны нас подбросило. Малыши верещали в ужасе. Томми матерился и молился одновременно. Антон молчал, вцепившись в руль. Нас оглушило звуком взрыва. Я даже рот открыл. Нас немного достало водяными брызгами от водяного столба. Мы сразу все промокли. Слышал голос Киры в гарнитуре, но словно сквозь вату. Потряс головой. Потом поковырялся пальцем в правом ухе. Вроде стало слышно получше. — Марк, мы идём на второй заход. Она замедлилась. — Я понял, что Кира говорит о той твари. — Марк, приготовьтесь. — Мы продолжали двигаться по дуге, поворачивая к набережной. Вертолёт развернулся и шёл нам на перерез. Когда до встречи оставались секунды, Эриксон сбросил бомбу. По инерции она пролетела вперёд, по ходу вертолёта. Упала в каких-то трех метрах позади нас. Сразу ушла на глубину. Мы вновь успели отбежать метров на десять-двенадцать, как новый взрыв. На этот раз нас знатно не только подбросило, что я думал трындец, перевернёмся, но и окатило целым водопадом. Уши заложило полностью. Вообще ничего не слышал. Увидел, как Люся и остальные её малыши трясут головами. Томми прижал ладони к ушам, словно пытался их защитить. Сам я открывал рот и закрывал. Тоже, как малыши тряс головой, пытаясь пробиться через вязкое нечто, забившее уши. Антон, как автомат вновь сделал крутой вираж. Я чуть не вылетел за борт. Успел ухватиться за что-то. Постепенно слух стал возвращаться. Услышал какие-то звуки в правом ухе. А в левом ничего. Почему так? Глупый вопрос. Приложил руку в уху. Всё верно, тут же гарнитура рации. Снял гарнитуру, постучал по уху. Вроде лучше. Звук мотора катера стал слышнее. Мы, сделав круг, неслись вновь к южным причалам. Надел гарнитуру назад.
— Марк! — Голос Киры услышал особенно хорошо. — Марк, ты меня слышишь? Остановитесь. Мы её накрыли. Ты слышишь меня. Всё кончилось. Посмотри в лево, чуть позади вас. — Я обернулся. Увидел всплывшую тушу монстра. Пробрался к Антону. Постучал его по плечу. Он обернулся. Похоже, Антон тоже оглох. Я, перекрестив руки, в жесте: «Всё, гейм овер, конец», крикнул ему громко. — Антон, всё, тормози! — Он меня услышал. Кивнул и сбросил скорость. Потом вообще перевел рычаг на ноль. Катер стал замедляться, пока не остановился и не закачался на небольших волнах. Вертолёт продолжал кружить над нами.
— Кира, приём.
— На связи, Марк. Как вы там?
— В норме. Спасибо Свену, не дал нас сожрать. Возвращайтесь на корвет. — Посмотрел на малышей. Они все смотрели на тушу акулу, покачивающуюся на небольших волнах. В трёх десятках метрах от нас. Ужас уходил из их глаз, уменьшаясь до простого страха. Всё верно. На земле они ничего не боялись, так как враг был такой же как они. И пусть даже чуть больше. Может даже физически сильнее. Но он известен и предсказуем. Плюс у них оружие, которого у их врагов не было — мачете, ножи, топоры. А вот в море, они были бессильны. Бессильно было и их оружие. В море они ничего не могли сделать даже для собственной защиты. Это и наводило на них страх. Точно так же как и на мантикор. Для этих море, даже река или канал, заполненный водой, были чем-то непреодолимым, наводившим ужас и заставляющий держаться от воды подальше. Единственно, что могло заставить их подойти к воде, это голод, который надо было утолить. А в воде водилась пища. В отличии от мантикор Люся и остальные трое изменённых, к реке и даже озеру относились нормально, и та же самая Люся успешно ловила там рыбу. А вот море и океан, это другое. Это то, что внушает страх и ужас. Даже вода у них разная. Вода рек и озёр вкусная, ей можно утолить жажду, а вот вода моря и океана солёно-горькая. Её нельзя пить. Ей нельзя утолить жажду.