Ковчег надежды
Шрифт:
– Что-то я больше не вижу стиксов, – осторожно заметил Белаун.
– Может, отступили? – предположила Линда. – Мы перебили немало чудовищ.
– Не исключено, – вымолвил японец. – Однако покойный Клин рассказывал о колониях хищников в тридцать, а то и сорок особей.
– Берем коней в кольцо и внимательно смотрим по сторонам, – проговорил русич. – Спать нам сегодня не придется. Хорошо хоть до восхода Сириуса меньше двух часов. У меня нет желания идти дальше пешком.
Путешественники быстро распределились по периметру лагеря. На всякий случай они подожгли собранный накануне сухой
Олесь взглянул на часы. Минуло двадцать минут. Огонь начал постепенно затухать. Именно в этот момент Жак странно подпрыгнул и разрядил обойму в земляной бугор, образовавшийся возле его ног.
– Чудовища под нами! – отчаянно завопил маркиз. В разных частях лагеря на поверхности показались
отвратительные морды стиксов. Лошади занервничали, встали на дыбы и разорвали круг. Удерживать коней наемники не стали. Сейчас нужно думать о себе. Одно животное уже билось в предсмертных конвульсиях. Нападение хищников было слишком внезапным. Воины запаниковали.
Стрельба звучала практически без перерыва. Пули летели в любой подозрительный холмик земли. Некоторые монстры так и не сумели вылезти из норы. Получив хорошую порцию стали, чудовища навечно остались в только что прорытом тоннеле. Тем не менее, семь крупных особей устремились к людям.
В самый неподходящий момент у Тино кончились патроны, но самурай не растерялся. Выхватив из-за спины меч, Аято с диким криком бросился на монстра.
Мощный удар клинка рассек голову стикса напополам. Отвратительная желтоватая слизь растеклась по траве. Остальные путешественники добивали уцелевших хищников. Часть тварей пыталась спастись бегством, однако пули наемников пощады не знали. Воины мстили чудовищам за пережитый страх. Схватка превратилась в жестокое побоище.
Небо на востоке окрасилось в розовый цвет. Появившийся из-за горизонта Сириус осветил поляну, где проходило ночное сражение. Всюду валялись огромные туши мертвых стиксов. Тут же, неподалеку, лежали обглоданные трупы лошадей. Трава, кусты, листья деревьев были испачканы слизью монстров и кровью животных. В центре лагеря тлели последние угли давно забытого костра.
Несколько минут путешественники не решались тронуться с места. Людям не верилось, что нападение хищников закончилось. С тревогой и волнением наемники озирались по сторонам.
– Славная получилась драка, – произнес Саттон. – Лусков мы хотя бы видели. Сегодня же я стрелял наугад. Можно сказать, на любой подозрительный шорох...
– И при этом едва не зацепил меня, – язвительно вставил Стюарт. – Пули прошли в сантиметрах от моей ноги. Чуть без пальцев товарища не оставил.
Друзья громко рассмеялись. От пережитого ужаса у Николь началась истерика, и Линде пришлось сделать девушке укол. Постепенно нервное напряжение спадало. Стоя возле убитого им чудовища, японец отчаянно ругался.
– Черт подери, – не стесняясь в выражениях, проговорил Тино. – Я замарал свой меч о мерзкую желеобразную тварь. А теперь проклятая слизь никак не отчищается.
Самурай упорно
Пройдясь по поляне и подняв с земли пустой магазин, русич тихо заметил:
– Надо убираться отсюда. Неизвестно, какие еще неприятности устроят нам хищники. На сбор вещей и поимку лошадей уйдет немало времени. Следует поторопиться.
Осторожно обходя убитых монстров, воины двинулись в лес. Спорить с Храбровым никто не стал. Все привыкли, что в экстремальных ситуациях приказы отдает либо Олесь, либо Тино. Так гораздо удобней и проще. Когда судьба отряда висит на волоске, решения должен принимать один человек. Любое обсуждение или неподчинение, даже вполне разумное, неминуемо приведет к гибели. Путешественники неукоснительно соблюдали данное правило.
Найти раскиданные в траве сумки, рюкзаки, одеяла было непросто. Многие вещи находились под трупами стиксов и насквозь пропитались слизью. Вытаскивать их наемники не захотели. Вязкая субстанция под палящими лучами Сириуса начала разлагаться и ужасно вонять. Тошнотворный запах стремительно распространялся по поляне. Люди поневоле закрывали нос и рот влажными тряпками.
Самые большие сложности возникли с животными. После ночной атаки лошади абсолютно не реагировали на призывы воинов. Даже пойманные кони наотрез отказывались идти в лагерь. Чуя вонь хищников, животные брыкались, упирались, возбужденно раздували ноздри. В конце концов земляне сдались. Уцелевшее имущество они пронесли полкилометра на себе и только потом погрузили на лошадей.
Лишь теперь наемники осознали истинные масштабы потерь. Не хватало двух вьючных животных и еще двух для всадников. Первая проблема решилась сама собой. Из-за слизи часть имущества пропала безвозвратно. А вот вторая могла привести к значительному снижению скорости. После непродолжительных споров Жак посадил к себе на коня Линду, а Крис Николь. Это был лучший вариант.
В последний раз взглянув на поле боя, русич громко вымолвил:
– С богом.
Отряд неторопливо тронулся в путь. Темп движения никто не форсировал. Бессонная ночь и сражение со стиксами не прошли бесследно. Уже через три часа Белаун задремал и чуть не вывалился из седла. Терли глаза и зевали и остальные воины. Если вчера, преодолев двадцать километров, люди чувствовали себя довольно бодро, то сейчас они постоянно разминали мышцы и потягивались. Силы покидали наемников. Храбров подъехал к Аято и негромко сказал:
– Нужно сделать привал. Хотя бы на пару часов.
– Я не против, – ответил самурай. – Спешить нам некуда. Но боюсь, эти сутки пройдут вхолостую.
– Ерунда, – махнул рукой Олесь. – Толку от такой экспедиции все равно нет. Мы еле-еле плетемся. У лошадей до сих пор трясутся поджилки. Николь висит на шее Криса, Вилл скоро уткнется носом в землю, а Карс непрерывно прислушивается к каждому шороху. Люди на пределе.
– Согласен, – вымолвил Тино.
– Но учтите, – вставил Пол. – Я теперь ни за что не лягу на землю. Вдруг скользкие твари находятся подо мной? Глупость конечно, но избавиться от подобного ощущения тяжело.