Ковбой без обязательств
Шрифт:
Но ее уже было не остановить.
— Да я сколько лет смотрю, как у него от тебя крышу сносит, Блэр. Видела это, когда вы были детьми, а сейчас вижу снова.
— Ничего не происходит, — соврала я, но жар пополз по шее, а пальцы теребили красно-белую клетчатую скатерть, будто стряхивая невидимые крошки. — У него Руби. У меня жизнь наперекосяк, и…
— И он мог бы помочь тебе все наладить, если бы ты дала ему хоть полшанса, — фыркнула она. — Будь я в твоем возрасте, я бы на него забралась, как на последнюю лестницу из ада.
— Джун Уилма Кейтс! — прошипела я сквозь
— Блэр Уилма Монро! — передразнила она, уперев руки в бока. — Эти старые глаза еще отлично видят, и я прекрасно вижу, как этот мужчина на тебя смотрит.
Моя улыбка исчезла.
— Мы просто развлекаемся, — возразила я, но в голове стучало одно: вру, вру, вру.
— Ну конечно, сладкая. — брови Джун понимающе изогнулись. — Поэтому вы оба последние десять лет ходите с разбитыми сердцами. Уверена, вы можете просто кувыркаться в постели, и ни одного чувства не возникнет. — она театрально вздохнула и покачала головой. — Господи, притворяйтесь сколько угодно, но тела не врут, даже когда рты врут.
Я пыталась сосредоточиться на банках с клубничным вареньем и сладостях, расставляя их ровными рядами, но ее слова липли к мыслям, как смола. Мое тело уж точно не врало прошлой ночью.
Джун еще мгновение смотрела на меня, потом перевела взгляд на мужчину, рассматривающего варенье всего в паре шагов.
— Ты любишь этого парня всю свою жизнь, — сказала она мягче, беря корзинку с ягодами и поправляя ее с излишней тщательностью. — И, по-моему, никогда не перестанешь его любить.
Слова повисли между нами, и у меня не хватило смелости ответить. Зато я чувствовала, как каждое из них ложится тяжестью под ребра. Будь мы одни, может, я бы призналась. Может, сказала бы, как боюсь, что она права, что для меня никогда не будет никого другого. Что и не было. И не будет.
Но ярмарка кишела любопытными соседями и покупателями, и я прикусила язык, проглатывая правду. Я улыбалась женщине, спросившей цену, а сердце предательски колотилось в груди. Мои глаза каждые несколько секунд сами искали его в толпе, даже когда я мысленно ругала себя за это. Я не хотела в нем нуждаться. Не должна была. И все же считала секунды между отчаянными взглядами в сторону людей.
Все между нами должно было быть просто, но с Кольтом Кэллоуэем никогда ничего простого не было. Когда он впервые меня поцеловал, мне едва исполнилось семнадцать, и я уже тогда знала нутром, что никто и никогда не заставит меня чувствовать себя так снова. И я злилась на него за это.
Потому что Кольту принадлежала часть меня, которую я никогда не смогу вернуть, как бы ни старалась.
То, как меня касался Грант, было просто слабым треском по сравнению с тем, как Кольт мог прожечь меня насквозь, но с Грантом я хотя бы могла дышать, думать.
Даже спустя годы, которые я потратила на то, чтобы выстроить аккуратную взрослую жизнь, где для Кольта не должно было остаться места, я ловила себя на том, что заказываю блинчики с клубникой и медом — так, как любил он. А потом ненавидела себя за эту привычку. Запах свежескошенной травы мгновенно возвращал меня в июльские ночи у озера, когда
Я убеждала себя, что теперь справлюсь, что у меня иммунитет к Кольту Кэллоуэю, но это была глупая и опасная ложь.
Сегодня все должно было быть легко. Просто я, клубника и ярмарочная лавка, как десятки раз раньше. Но кожа звенела от ожидания, а глаза лихорадочно шарили по ярмарке в поисках его. Я говорила себе, что ищу Руби, которая вот-вот должна подойти, но ложь горчила на языке. Каждая ковбойская шляпа вдалеке заставляла сердце замирать, каждый широкоплечий силуэт разливал по телу жар.
Ковбоев вокруг было полно, но ни один не двигался с его узнаваемой уверенностью. Я бы узнала его где угодно, и в этом была проблема. Я не могла перестать искать, не могла перестать хотеть, не могла унять трепет в животе каждый раз, когда мне казалось, что я его заметила.
— Блэр Монро? Вот уж не думал.
Я повернулась на голос, едва не уронив стаканчик с ягодами, и моргнула, глядя на мужчину передо мной.
— Дэнни Уотсон?
В школе он был на год старше Кольта, Маккоя и меня, и тогда его знали как лучшего раннинбека в трех округах. На нашей выпускной вечеринке он танцевал на откидном борту пикапа Кольта в одних трусах и ковбойских сапогах, пьяно распевая старую кантри-песню. Но теперь он повзрослел. Вместо растрепанных светлых волос — короткая стрижка, четкие линии челюсти.
— Черт, это правда ты. — он улыбнулся. — Слышал, что ты вернулась, но не поверил.
— Это я, — пожала я плечами.
Он шагнул ближе к прилавку, наклонился ко мне с той же самоуверенной улыбкой, что я помнила.
— Отлично выглядишь, — сказал он, скользнув взглядом по мне. — Не думал, что ты вернешься. Роли надоел?
Я рассмеялась и вытерла руки о шорты.
— Что-то вроде того.
Его взгляд на миг задержался на моих губах, потом снова поднялся к глазам.
— Надолго?
Я замялась и бросила взгляд на Джун, которая вдруг с головой ушла в пересчет остатков товара.
— На какое-то время. Помогаю на ферме.
Он наклонился еще ближе, и между нами поплыл запах его одеколона — древесный, дорогой, совсем не тот, что был у него в школе. Он оперся ладонью о край стола.
— Я бы хотел как-нибудь сводить тебя на ужин.
Жар пополз по шее, когда его улыбка ударила всей силой прежнего школьного обаяния. Он всегда был ужасным флиртом.
Я лихорадочно искала способ мягко отказаться, но сумела выдохнуть только одно слово.
— Ужин?
— Ага. — его улыбка смягчилась, он кивнул, не сводя с меня глаз. — В Бэлмонте открылось новое место. Или можем просто выпить. — он провел рукой по волосам, хотя они и так лежали идеально. — Как тебе удобнее.
Я уже собиралась ответить, когда краем глаза уловила движение, и слова застряли в горле. Пульс сбился, когда Кольт Кэллоуэй появился в толпе с Руби на плечах. На ее голове криво сидела бумажная корона, в кулачке она сжимала огромный пакет сахарной ваты. Рядом шла Лу, с усталым выражением слушая, что там ей внучка тараторит.