Коварный повеса
Шрифт:
— Но тогда вы не получите свою вечеринку, — заметил виконт. — Мисс Прескотт, вы должны доверять мне.
— Не во всех случаях, — пробормотала Мэдлин. Он едва заметно нахмурился:
— Вы ставите под сомнение мою честь?
— Но вы же ясно дали понять, что у вас… весьма своеобразные представления о чести.
— Неужели вы не понимаете? Я ведь просто изображал мужчин, которых следует опасаться.
Она недоверчиво покачала головой:
— Но вы, без сомнения, прекрасно знаете, как очаровать девочек.
— А вы прекрасно знаете, как пробудить в мужчине животные инстинкты.
Мэдлин густо покраснела и отвернулась. А виконт вдруг почувствовал, что ему ужасно хочется ее поцеловать.
Нет–нет, надо взять себя в руки. Проклятие, он должен следить за собой! Она заставила его забыть, где он находится, чего прежде с ним никогда не случалось. Ведь он уже решил, что должен раскрыть ее секреты, а не вожделеть ее, как сорвавшийся с цепи бык.
— Поверьте, я не настолько плох, как вам кажется, — улыбнулся он.
Она посмотрела ему в глаза:
— Я никогда не говорила, что вы плохой. Кроме того, меня совершенно не заботит ваша нравственность. — Она кивнула в сторону девочек. — Все дело в том, как воспринимают нас мои ученицы. Из–за вашего неблагоразумного поведения у них могут возникнуть…
— Успокойтесь, — прошептал он, наклонившись к ней. — Я буду вести себя самым примерным образом, когда они рядом. Но только в том случае, если наедине вы будете называть меня по имени, то есть Энтони. Согласны, дорогая Мэдлин?
— Не забывайтесь, сэр.
— Так как же, согласны?
Заметив, что партнерша снова пытается наступить ему на ногу, Энтони, чтобы воспрепятствовать этому, стремительно закружил ее. Она гневно взглянула на него и ущипнула за плечо.
Он поморщился, но тут же улыбнулся:
— Скажите, что будете наедине называть меня по имени.
Она решительно покачала головой:
— Нет, и мы никогда не будем оставаться наедине, если это будет зависеть от меня.
Бог свидетель, будут!.. Потому что только так он сможет раскрыть ее секреты.
— Не понимаю, почему вы упрямитесь, дорогая? Неужели я прошу так много?
— Видите ли, я могу забыться и назвать вас по имени в присутствии девочек. И если они скажут об этом миссис Харрис, то я потеряю свое место.
Посмотрев ей в глаза, он понял, что она действительно тревожится. Покосившись на девочек, внимательно наблюдавших за ними, Энтони проговорил:
— Но они ведь обожают вас… Поверьте, они ничего не расскажут директрисе.
Мэдлин грустно улыбнулась:
— Увы, мы часто ошибаемся в людях. Даже в тех, которым вроде бы доверяем. Поверьте, мои девочки столь же склонны распространять сплетни, как и все остальные. Кажется, вы вчера сказали, что сплетни — это платежное средство нашего общества. И даже мои девочки живут по законам общества.
Грусть и боль, промелькнувшие в глазах Мэдлин, отозвались внезапной болью в его груди. Сам себе удивляясь, Энтони вдруг понял, что хотел бы оградить ее от сплетен, защитить, если ей действительно что–то угрожало. Но что же ей могло угрожать? Откуда у него такие нелепые предположения?
Однако боль и тревога в ее янтарных глазах были явно непритворные, и это заставляло задуматься…
В смущении откашлявшись, он
— Не беспокойтесь, я постараюсь быть предельно осторожным в их присутствии.
Губы ее тронула благодарная улыбка.
— Спасибо вам за это… Энтони, — прошептала она неожиданно.
Она произнесла его имя, и его тотчас же словно подхватил горячий вихрь эмоций и нахлынули чудесные воспоминания: родители, тихонько перешептывающиеся, сидя у камина, и идиллическая атмосфера в доме. Но все это было до того, как умерла мама…
Господь милосердный, откуда это взялось? И почему именно сейчас, при разговоре с этой хрупкой школьной учительницей? Нет–нет, ему нужно держать себя в узде. Ведь он не очень–то доверяет этой женщине. Да и как он может ей доверять? Не исключено, что она самая настоящая интриганка, просто умело скрывает это.
— А что теперь сыграть? — раздался вдруг девичий голос.
Проклятие, музыка стихла. А ведь они даже не заметили этого. Мэдлин нахмурилась и посмотрела на часы.
— Вы пропустите свою встречу с управляющим, если задержитесь еще, лорд Норкорт.
Она заставляла его уйти, и он знал, по какой причине. Она не могла больше выносить их доверительный разговор. И он тоже, если уж на то пошло.
Энтони кивнул:
— Да, полагаю, мне пора уходить.
И тотчас же раздался хор голосов — девочки протестовали и просили его остаться. Он улыбнулся:
— Но ведь я приеду и завтра. А завтра у меня не будет важных встреч.
— Завтра нас здесь не будет, — пожаловалась мисс Ситон.
Мэдлин вздрогнула.
— Боже, я совершенно забыла о нашей поездке в зверинец! — Она повернулась к виконту: — Милорд, вся школа едет. Мы планировали эту поездку уже несколько месяцев.
— Могу я сопровождать вас?
— Прекрасная мысль! — удивила она его своим ответом. — Миссис Харрис любит, чтобы в таких поездках нас сопровождали мужчины, если удается это организовать. Итак, предположив, что она будет согласна… встретимся с вами здесь в восемь. Устраивает? — Ее губы тронула лукавая улыбка. — Если вы, конечно, сможете встать так рано два утра подряд.
Он тоже улыбнулся:
— Смогу, если сможете вы, мисс Прескотт. А за меня не беспокойтесь. Я могу сделать почти все, если захочу. — «И даже соблазнить школьную учительницу под носом у директрисы», — добавил он мысленно.
Соблазнить ее? Действительно, а почему бы и нет? Он смотрел, как она, покачивая бедрами, направилась к своим ученицам. Что ж, если он и впрямь ее соблазнит, то тогда непременно узнает, зачем ей понадобилась эта проклятая вечеринка. Да–да, так и следует поступить. Потому что в этом случае она обязательно выполнит свое обещание и сделает так, чтобы Тессу приняли в школу. И тогда уже не важно, что будет с вечеринкой. К тому же она, судя по всему, женщина с некоторым опытом. Поначалу он считал ее девственной и совершенно невинной, но теперь был почти уверен, что это не так. Действительно, что она скрывает? Возможно, какую–то предосудительную любовную связь. Как бы то ни было, ему надо переспать с ней, потому что только так он заставит ее сдержать слово и устроить прием Тессы в школу. Да, только из–за Тессы…