Коварные сентеги
Шрифт:
– А подсматривать за спящими нельзя! Очень плохая примета для тех, кто подсматривает! Особенно, если это происходит в подземельях.
Кремон повелся на крючок, наверное, специально:
– И что с нами плохого случится?
– Теперь вы оба, обязательно и навсегда… – она сделала паузу и выдала: – Влюбитесь в меня до потери рассудка.
– О-о! Терять рассудок мы не хотим! – рассмеялся Кашад. – Но я не против влюбиться в такую красавицу.
Кремон грустно вздохнул:
– Конечно, брату хорошо, у него магические
– Несомненно, имеется! – уже веселилась и Риона. – И выход очень простой: чтобы подобной безрассудной влюбчивости не произошло, надо в течение десяти дней выполнять все мои просьбы.
– Только и всего? – с недоверием уточнил Кремон. – Тогда поспешим дальше. Что-то мне не слишком хочется выполнять все твои желания в этих сырых и мрачных подземельях.
Он сделал ударение на слове «все», и это прозвучало так двусмысленно, что уже в который раз девушка смутилась.
«Ладно, ладно, – подумала она сердито. – Я еще на вас отыграюсь!»
Глава 9
Сложный поиск
После ночлега первые полдня в подземельях провели с изрядным напряжением всех сил. Пошли такие места, о которых Риона Чилайс даже предположения не имела. Если уж бывал тут кто из ватажников, то ей не рассказывал. А может, и вообще никто не бывал, может, они зашли в такие места, откуда никто не возвращался. Когда они расположились на обед, Невменяемый, хваставшийся своим несравненным чувством ориентации, определил, что их группа находится на седьмом километре магической полосы препятствий. Вернее, под седьмым километром.
– Это тебе так кажется, – авторитетно заявила проводница. – Здесь нельзя доверять собственному сознанию. Надо делить на два, уже проверено. Если ты уверен, что мы на седьмом, следовательно, на самом деле мы только неподалеку от четвертого километра.
– Ну ладно, пусть будет так. Хоть намек на ориентиры ты уловила в разговоре?
– Так и говорили: четвертый километр, значит, мы должны искать где-то здесь… Другой вопрос, что сталпень от места сброса своей кожи может уйти очень далеко. Бывали случаи, что так червяка и не находили.
Толком поговорить можно было лишь во время отдыха, поэтому Кашад постарался уточнить некоторые нюансы:
– Насколько я понял, при определенном умении и внимательности здесь выжить можно. Тем более будучи Эль-Митоланом. Почему же тогда никто вот так по подземельям не отправился на юг?
– Уже не раз говорила на эту тему: всему есть предел. Сразу после пятого километра начинается сущий ад. Пройти нереально, будь ты хоть трижды Эль-Митолан. Даже сам Невменяемый здесь бы обмочился от страха и поспешно сбежал. Уж вы мне поверьте…
Младший Низу опять не удержался от смеха. За что удостоился колкости:
– Так он хоть
Смех умолк.
– Вот так-то! На чем я остановилась?.. Ага! Там довольно резко, словно единой линией начинаются совершенно иные аномалии. Что самое интересное, трупы погибших там через какое-то время очищаются неизвестно какой магией от мяса и одежды, и остаются странно выбеленные скелеты. Вот потому и есть у нас правило: «Увидел кости – разворачивайся и беги оттуда». Кто этому совету не внял, тоже пропал.
– И что, на любой глубине так?
– Не сомневайся. Тем более что на большой глубине начинается сплошная болотная жижа. Нырять в нее, ища проходы дальше на юг, никто в здравом уме не додумается. А кто додумался, тоже не вернулся!..
Последние слова прозвучали особенно зловеще под сводами пещерки, но Кремон на гнетущую атмосферу никак не реагировал:
– А как эти скелеты располагались? Кучей или вразброс?
Риона уставилась на него с издевкой:
– А тебе какая разница? Неужели ты бы замер на месте и стал рассматривать?
– Обязательно! Раз уж увидел, то замри и хорошенько запомни. Ни за что не поверю, что таких сообразительных искателей не было.
– Как же, были, – после некоторой паузы призналась проводница. – Утверждали, что скелеты лежали на пространстве метров в пятнадцать – двадцать пять. При этом не все черепами на юг. Кое-кто из искателей перед смертью пытался развернуться и убежать, да не успел…
Кремон поднял указательный палец и наставительно обратился к младшему брату:
– Вот видишь, накидки могут и там пригодиться. Раз потом магия разъедает все ткани кроме костей, то скорей всего надо тщательно завернуться в нечто герметичное. Вплоть до того, чтобы напялить на себя десяток накидок сразу.
– В любом случае, следует вначале испытать эту защиту на ком-то живом…
– Да кролика можно замотать или поросенка и толкнуть в эти коридоры левитацией, а потом и шейтара можно упаковать…
– У него зубы острые, – возразил Кашад. – Прокусит…
– Пустяки! Зубы можно выбить, пасть связать, когти отрезать…
Обеспокоенная не на шутку Риона воскликнула:
– Вы о чем?! Что за глупости! Я ведь еще не рассказала. Все, кто оставался посмотреть на скелеты больше чем на минуту-две, тоже погибали там, где остановились.
– И как именно погибали? – бесстрастно спросил старший Низу. – Что, за ними кто-то наблюдал в тот самый момент?
– Да, есть и такая информация. Стоявшие в проходе искатели вдруг резко вздрагивали, роняли оружие и пытались бежать. Что самое странное – не выбирая направления. Порой врезались лбом в стенку. Падали, вероятно, уже мертвыми, но зафиксировано пара случаев, когда еще некоторое время дергались. Не больше минуты.
Мужчины задумались, и Кашад выдвинул идею:
– Некий парализующий, моментально лишающий рассудка удар… а?