Костанътинъ
Шрифт:
Комнату огласил невеселый жутковатый смех Блэка.
– Значит, это Волан-де-Морт меня кое-чему научил?
Петтигрю вздрогнул, словно Блэк пригрозил ему хлыстом.
– Не от меня ты прятался эти двенадцать лет, – усмехнулся Блэк. – Ты скрывался от прежних дружков Волан-де-Морта. Я кое-что слышал в Азкабане, Питер… Все они думают, что ты мертв, иначе тебе пришлось бы держать ответ перед ними… Они много чего интересного говорили во сне, особенно об одном обманщике, который надул их. Волан-де-Морт ведь отправился к Поттерам по твоей наводке. И там его ожидал
– Не понимаю… о чем ты, – снова повторил Петтигрю. Вытер лицо рукавом и поднял глаза на Люпина. – Ведь ты не веришь этой… всей этой чепухе, Римус?
– Должен признаться, Питер, мне трудно понять, зачем невиновному человеку жить двенадцать лет в облике крысы, – невозмутимо ответил Люпин.
Константин переводил взгляд с одного на другого. Ярость клокотала в нем подобно огню. Он чуял ложь этого странного человека... Предателя.
– Невиновный, но смертельно испуганный! – вновь сбился на крысиный визг Петтигрю. – Если сторонники Волан-де-Морта настроены против меня, то лишь потому, что я отправил в Азкабан одного из их главарей – этого шпиона Сириуса Блэка!
Лицо Блэка исказилось.
– Да как ты смеешь! – рявкнул он, но не успел договорить.
Константин одним точным ударом выпустил нож из рук. Нож, подрагивая(тут спасибо тетушке Наташе), точно вонзился выродку в ухо, и тот с воем рухнул вниз. Потекла кровь. Мальчик молниеносно оказался прямо перед ним, и вцепился ему в горло. Люпин попытался что-то сделать, но Константин успокаивающе махнул свободной рукой. И прижал его одной ногой, приставленной на грудь, к полу.
– Клянусь моим Господом Богом, верой и приемным отцом, что если ты сейчас не признаёшься в правде, твой труп не удостоится даже чести упокоения... – прошипел парень, и глаза Сириуса расширились в орбитах. – Ты предал мою семью? Отвечай!
Петтигрю зарыдал. Это было жуткое зрелище – он походил на лысого младенца-переростка, съежившегося на полу. Но нога Константина вот-вот грозила сломать, проломить ему ребро.
– Темный Лорд… ты себе не представляешь… У него такое оружие, что уму непостижимо… Меня запугали, я же никогда не был храбрецом, как ты, Римус или Джеймс… Я не хотел того, что случилось… Меня вынудил Тот-Кого-Нельзя-Называть.
– Значит надо было умереть, – спокойно сказал Люпин, – но не выдать друзей, у которых еще в добавок было дитя...
– Мне даже держать тебя противно, – яростно, на повышенных тонах проговорил Константин, отпуская его и резко выдирая из уха окровавленный нож(мужчина взвыл от боли), – но ты поплатишься за все, что натворил.
Он отошел обратно к остолбеневшей Гермионе.
– Но ты так просто не умрешь... Здесь. – Изрек Константин, оборачиваясь к скулящему Питеру. – Мы отведем его в замок и передадим дементорам. Они отвезут его в Азкабан… Но не убивайте его... Иначе мы не докажем вашу невиновность, мистер Блэк.
– Гарри? – осторожно произнес Сириус.
–
Глаза сверкнули снова и в них взметнулся огонек безумия.
Палочки Константина и Гермионы были возвращены обратно, их владельцам. Мужчину на полу опутали веревки и путы. Константин, подумав, наложил еще пару своих чар. Для надежности он наложил чары против превращения.
Но его не покидало чувство, что он о чем-то забыл.
До конца туннеля они больше не разговаривали. Живоглот выскочил наверх первый. И наверное, сразу нажал лапой сучок на Иве, так что, выбравшись из-под земли, Люпин, Петтигрю, Сириус, Гермиона и Константин, замыкавший колонну, не услышали даже шелеста свирепых веток.
Облака разошлись, и на землю пали неясные тени; вся компания словно окунулась в лунный свет.
И тут профессор Люпин словно окостенел...
Мальчик понял сразу, что сейчас должно произойти.
– Гермиона, веди к замку Питера! Бегом! – Константин передал ей свою палочку с чарами. Мужчина был “привязан” к ней. – Он должен достигнуть ее, и сдай его профессорам на руки! Потом беги к директору!
– Но ты же без палочки!
– У меня магия в крови! Беги же, пока есть возможность!
Гермиона, с намертво привязанным к ней веревками Петтигрю, как можно скорее попыталась уйти с поля.
Сириус попытался не дать Люпину обернуться. Но уже было поздно...
Превращение произошло, и оборотень лязгнул страшными длинными зубами. В тот же миг Сириус исчез – вместо него приготовился к прыжку огромный, похожий на медведя пес.
Едва оборотень вырвался из наручников, пес схватил его за холку и потащил в сторону, подальше от Гермионы, Константина и Петтигрю. Звери сцепились, клык к клыку, царапая друг друга когтями.
Мальчик сделал глубокий вздох и приготовился.
Оборотень отшвырнул тощее тельце пса с дороги. И начал надвигаться на Константина. Сириус был ранен. Собака изо всех сил пыталась подняться.
В руке Константина был тот самый нож... Его главной задачей было отвлечь зверя от Гермионы с Питером, чтобы они достигли дверей замка.
Прыжок оборотня, который так не достиг цели. Рычание. Константин перекатился по земле, отчаянно в этот миг вспоминая хотя бы что-нибудь не ранящее несчастного преподавателя и сковывающее одновременно.
Он снова вскочил на ноги. Оборотень попытался сунуться, но получил взмах – порез на морде. Он взвыл от боли. И с большей яростью попытался кинуться на мальчика снова.
Опять мимо – мальчик создал из воздуха плеть и больно стегнул ею зверя. Тишину разорвал вой и громовое рычание. Сириус все же стал на ноги, и кинулся со спины на зверя. Оборотень отвернулся от них двоих и во весь опор помчался к Запретному лесу.