Костанътинъ
Шрифт:
– Крыса? – мальчик непонимающе взглянул на покалеченное животное. И тут же перевел взгляд на бывшего узника.
Черные глаза... черные глаза...черные... глаза... Где он мог их видеть? Ну конечно!
– Вы умеете превращаться в пса! – глаза Константина наполнялись все большим и большим осознанием. – Я именно вас тогда кормил, в том году!
Бывший заключенный кивнул:
– Спасибо. Хоть более-менее человеческая еда, а все крысы для крысы...
Гермиона сзади задрожала мелкой дрожью. Разговор Константину казался все более сюрреалистическим.
–
– Это умный кот. Он сразу раскусил, что я – не собака, как и крыса... которая по сути своей крысой и является. – Блэк погладил кота и тот замурчал от удовольствия. – Крыса не твоя, я знаю это, но именно-то она мне и нужна.
– Это мой кот, – подала Гермиона свой дрожащий от напряжения голос. – А крыса – друга Рона Уизли.
– Знаю. – Тот достал скомканную газету, где была напечатана фотография. – На фото я его и узнал.
– Кого? – страх отступил, но сменил место полному непониманию ситуации.
– Питера Петтигрю.
– Я все еще не понимаю... Тогда зачем он... Или это не он? – запутался Константин мертвой хваткой, вспотевшей рукой сжимая в кармане тяжелый нож.
– Ты не знаешь, где именно сейчас Гарри Поттер? Именно этот ублюдок и сдал его родителей Волан-де-Морту.
Сердце пропустило удар. На душе вновь налилась тяжесть. И это значит ему якобы все сказали?! Правду?!
– Знаю... Знаю я Гарри Поттера, – с трудом заплетающимся языком произнес Константин, пытаясь устоять на ногах. – Еще как знаю...
– Ерунда! Это все бред сумасшедшего! – произнесла Гермиона, – никаких новых анимагов в этом столетии не было зарегистрировано! В нем всего семь таких магов, и вашей фамилии, с фамилией Петтигрю, там не было!
– Тихо! – Гаркнул довольно злобно Константин. Ему не терпелось узнать про своих настоящих родителей.
Вдруг внизу послышались шаги, там явно кто-то ходил.
– Мы здесь! – неожиданно крикнула Гермиона. – Здесь, наверху! С нами Сириус Блэк! Скорее!
Блэк испуганно дернулся, так что Живоглот едва удержался на кровати. На лестнице уже звучали шаги, а он все стоял, не в силах шевельнуться от прозрений.
Дверь с грохотом распахнулась, Константин стремительно обернулся. В потоке красных искр в комнату ворвался профессор Люпин – в лице ни кровинки, в поднятой руке волшебная палочка. Его горящий взгляд скользнул к Гермионе, прижавшейся к стене, от нее – к Константину, который замер у той же стены, и остановился на самом Блэке.
– Экспеллиармус! – приказал Люпин. Он проворно схватил их и прошел внутрь комнаты, не спуская глаз с Блэка.
Профессор Люпин заговорил необычным взволнованным голосом:
– Где он, Сириус?
– Вы тоже с ним заодно! – заорала Гермиона, она рвалась теперь из-за спины Константина, но тот прижал ее изо всех своих сил к стене. – Не верь ему, Константин, он...
– Я в курсе, что профессор – оборотень. Видел одну из отцовских разработок, зелье, у него на столе. Америку не откроешь...
Девушка
– Как вы нас нашли? – больше всего интересовал вопрос Константина. Люпин бросил им их палочки, разобравшись чья есть чья.
– Увидел вас у Гремучей Ивы... Я не помогал Сириусу, – проговорил Люпин. – И если вы дадите наконец мне возможность, я вам все объясню.
– Не надо, – сказал Блэк с кровати, – они же не посвящены во все тонкости. Тем более, это тайна семьи Поттер.
– Тогда это тайна будет моей, – громко сказал Константин, делая шаг вперед, – ибо я и есть тот, кого ищут. Я на самом деле – Гарри Поттер. Был им, пока меня не усыновил мой приемный отец из России.
Люпин оцепенел, глядя на мальчишку. Блэк замер. Гермиона охнула позади.
– Я, сын Поттеров, и хочу знать правду. Всю правду об убийстве моей семьи...
====== Глава 14. Правда. ======
Армейский нож взметнулся и острием показал на Сириуса. Глаза злобно мерцанули и стали отливать зловещим фиолетовым цветом. Гермиона, Люпин, Сириус молча и потрясенно глядели на парня. Пищащая крыса неожиданно замолкла.
– ... и я всегда при оружии.
– Ты... Гарри Поттер? – выдохнул потрясенно Сириус, Люпин чуть улыбнулся, а Гермиона с легкой обидой глянула на мальчика.
– Да. Это правда. Но я хочу знать, – с упором на последнее слово произнес он, – правду. Я легко чую ложь, не хуже моего приемного, любимого мной отца...
Первым начал говорить именно Люпин, после недолгого молчания:
– Меня искусал оборотень, когда я был совсем маленьким. Родители перепробовали много способов для моего исцеления, но ничто не помогло – я раз в месяц превращался в монстра. О Хогвартсе мог только мечтать...
– Это не справедливо, – тихо отметил Константин, – даже если вы больны ликантропией, то это не отметает того, что вы являетесь волшебником по сути. Я был недоволен, узнав про этот закон здесь... У нас в России, моим отцом было изобретено зелье которое может прочистить кровь и убрать эту болезнь... Превращения в волка заканчиваются, а маг просто-напросто больше владеет техникой магии к превращениям в тех или иных животных. Зелье долго готовится, но оно того стоит... Оборотней у нас в стране очень мало, и в основном они люди, большей частью военные... И им нужны особенности оборотней... У вас же в стране – всего лишь снижающее ликантропию, аналог нашего зелья...
– Но вот директором стал Дамблдор, – продолжил рассказ Люпин. Сириус крепко взял пытающуюся вырваться крысу у кота, – он проявил ко мне сочувствие, и взял в школу... Гремучую иву посадили в мой год поступления...
– Этот ход и дом был ради вас, – поняла Гермиона.
– Да. И у меня появились первые друзья... Сириус, – он кивнул беглому преступнику, – Джеймс Поттер, твой... отец и Питер Петтигрю... – он чуть нахмурился. – Друзей заинтересовали мои... пропажи из школы, и они, вскоре, поняли в чем дело. И ради меня стали незарегистрированными анимагами.