Король сыщиков
Шрифт:
Воцарилась мертвая тишина…
Но Сэм Баркер был настолько сильным, что смог подняться и вынуть нож. Причем проделал он все это с диким ревом.
— Отдай нож! — крикнул Боб и, подскочив к своему противнику, быстрым движением выхватил оружие.
Увидев, что Сэм собирается вновь вступить в драку, Боб спокойно произнес:
— Советую тебе сесть на место и вести себя тихо, иначе я серьезно проучу тебя!
Молодой сыщик подошел к стойке и выпил виски. Сэм Баркер так испугался, что всю его агрессивность как рукой сняло.
Элеонора,
— Подойдите сюда, молодой человек! Будьте моим гостем! Вы молодец! Повеселитесь же с нами!
Будь на месте Боба Нат Пинкертон, он бы непременно заподозрил Элеонору в хитрости и стал ждать проявления какого-нибудь коварства с ее стороны. Нат Пинкертон, согласившись сесть за стол, был бы начеку. А Боб, приняв приглашение, забыл об осторожности. Ему хотелось услышать о себе приятное, и потому он быстро сел рядом с Элеонорой.
Она похлопала его по плечу и сказала:
— Вот такие, как ты, мне нравятся! Можешь пойти со мной в театр, денег за билет с тебя не возьмут.
— Весьма рад, — ответил Боб, сделав вид, что влюбился в артистку, — мне очень повезло!
— На, пей! Я хочу оказать тебе честь, которой сегодня не удостоился никто! Пей из моей стопки!
Присутствующие еще не пришли в себя после недавней драки. Некоторые, приняв сторону пострадавшего, по-видимому, настроились наказать Боба за его дерзость. А тут еще Элеонора так явно стала оказывать ему знаки внимания, что еще больше настроила многих против Боба.
Раздался гул недовольства, но так как пирушка оплачивалась Элеонорой, то смельчаков начинать с ней ссору не оказалось.
Но когда Боб взял из ее рук стопку, Сэм Баркер опять вскочил:
— Не смей, — заревел он, вне себя от ярости, — я убью тебя, если ты будешь пить из ее стопки!
Элеонора властно крикнула:
— Сиди смирно, Сэм Баркер! Мой новый друг будет пить из моей стопки, и никто не посмеет помешать ему.
А Боб тоже заявил:
— Да, я буду пить из стопки Элеоноры! Пусть попробует кто-нибудь помешать мне в этом!
Баркер дико заревел, когда Боб опрокинул стопку. Он отодвинул стул и хотел броситься на него, но тут произошло неожиданное. Боб стал падать, теряя сознание, однако он успел сообразить, что попался в ловушку и что артистка чем-то отравила его.
Глухо застонав, он упал, лишившись чувств. Элеонора громко расхохоталась и крикнула Баркеру:
— Теперь ты доволен?
Сэм Баркер подошел к Бобу, пнул его ногой и спросил:
— Что с ним, он умер?
— Нет, — сказала Элеонора, — только лишился чувств! Наблюдая за ним, я почти сразу поняла, что он сыщик, а этих проныр я терпеть не могу! Вот почему я дала ему этот напиток! Теперь он беспомощен и находится в моей власти, и я его так просто не выпущу!
Послышался общий гул одобрения. Никто из присутствующих не мог похвастаться чистой совестью и
— Действительно ли он сыщик? — спросил кто-то.
— Выверни его карманы! — приказала Элеонора Сэму Баркеру.
Тот опустился на колени и стал вытаскивать все, что было в них. Под торжествующие вопли всей компании он достал два револьвера, карманный фонарик, связку отмычек, хорошо отточенный ножичек, наручники и другие предметы, являющиеся обычной принадлежностью сыщиков.
Иного уже не требовалось, чтобы понять, кто такой Боб.
Вдруг Сэм Баркер неожиданно вытащил из кармана сыщика какой-то снимок. Элеонора быстро взяла его и вздрогнула, узнав на нем себя.
Не было никаких сомнений, что сыщик разыскивал именно ее. На лице Элеоноры появилось жестокое выражение, глаза засверкали, она сжала кулаки и что-то прошипела сквозь зубы.
— Что с ним делать дальше? — раздался вопрос.
— Я вынесу его отсюда, — отозвался Сэм Баркер, — оставлю на каком-нибудь пустыре, пусть там и приходит в себя. Вряд ли он вспомнит, что с ним произошло, а если и вспомнит, то ничего не сможет сделать, так как не найдет ни одного свидетеля.
Почти все одобрили этот план, никто не хотел, чтобы Бобу нанесли более серьезный вред.
Но тут заговорила Элеонора:
— Нет, я требую другого! Вы должны его связать и вставить кляп, потом засунуть в мешок в таком положении, чтобы никто не смог догадаться, что в этом мешке, и отнести его в мою уборную. Я с ним хочу серьезно поговорить и свести счеты, как только он придет в себя.
— Это, пожалуй, приведет к неприятностям, — возразил кто-то.
— Глупости! Если вы не выдадите меня, никто об этом не узнает.
— Конечно, не выдадим!
— Ну так вот, за работу! Я получу огромное удовольствие от беседы с этим пронырой. Тот, кто мне поможет, получит пять долларов.
Все бросились к Бобу. За пять минут молодого сыщика связали, заткнули ему рот большим платком, а потом завернули его в толстую парусину и обмотали воровками. Получился большой бесформенный куль.
Двое подняли его и потащили, и когда они шли по улице, никто из прохожих не догадывался, что находится в этом большом куле.
В «Театре Тедерса» его бросили на пол в уборной Элеоноры, находившейся за сценой.
Каждый из участников пирушки дал ей твердое обещание никому не рассказывать о происшествии в трактире, после чего преступница осталась наедине с сыщиком.
Глава IV
Прерванное представление
Нат Пинкертон целый день провел в поисках женщины, изображенной на эскизах художника. Он вернулся домой около восьми вечера и нашел телеграмму Боба.
Нат Пинкертон, конечно, немедленно отправился в «Театр Тедерса» — в костюме матроса, поскольку знал, что там бывают моряки.