Король сыщиков

Автор неизвестен

Она побежала, а Пинкертон вернулся к дому миссис Стирман, но не позвонил, а открыл дверь при помощи своей отмычки. Юркнув в переднюю, он запер за собой дверь и тихо подошел к гостиной.

Он слегка приоткрыл дверь и увидел Мэри Стирман, с торжествующим видом сидевшую в кресле и о чем-то сосредоточенно раздумывающую.

Она и не заметила, как в комнату вошел мнимый полицейский, не так давно распрощавшийся с ней.

— Здравствуйте, миссис Стирман! — вдруг произнес он.

Она вздрогнула и побледнела.

— Ради Бога!

Откуда вы взялись? Ведь я видела, как вы ушли! Каким образом вы пробрались сюда, мистер Миллер?

Сыщик с улыбкой указал на связку отмычек.

— При помощи вот этих штучек. Я не хотел шуметь, чтобы не мешать вам.

— Совершенно напрасно. Я просила бы вас в другой раз не входить ко мне таким образом. Что вам, впрочем, еще нужно?

— Я хотел спросить, куда вы отправили вашу горничную?

— Мою горничную? А вам какое дело? Я дала ей поручение.

Сыщик тихо усмехнулся.

— Вы отправили ее в дом привидений, не правда ли? Она несет письмо, чтобы предупредить тех негодяев, которые скрываются там и изображают привидения, о том, что сегодня вечером некий болван, по имени Миллер, будет наблюдать за ними. Разве не так?

Какое-то время Мэри Стирман не могла произнести ни слова. Но потом подошла к сыщику и в гневе сердито топнула ногой.

— Как вы смеете говорить мне подобные дерзости? Это неслыханно! Сию минут убирайтесь вон, я не хочу вас видеть!

Но сыщик выпрямился во весь рост, быстро сорвал парик, фальшивые брови и усы и резким голосом произнес:

— Довольно разыгрывать комедию, миссис Стирман! Я не Якоб Миллер, а Нат Пинкертон!

Она громко вскрикнула, услышав это имя.

— Вы попались в ловушку! — продолжал Пинкертон. — Охотно верю, что вам было приятно видеть у себя некоего Якоба Миллера, болвана, разыгранного мною, которого нечего было опасаться. Но, откровенно говоря, вы вели себя удивительно глупо. Правда, у нас в полиции служит много таких, которые не обладают особыми способностями, но все-таки такого осла, как некий Миллер, полицейское управление не приняло бы на службу. Об этом вы могли бы догадаться.

Миссис Стирман ценой больших усилий взяла себя в руки.

— Но что вы хотите от меня? — спросила она. — Я к этому делу не имею отношения. У вас нет оснований беспокоить меня. Все произошло так, как я вам рассказала.

— Тогда почему вас испугало мое имя? — отозвался Нат Пинкертон. — Нет уж, оставьте попытки водить меня за нос. Вы заодно с теми негодяями, которые изображают духов и которым вы послали письмо. И я полагаю, что один из них — ваш супруг, который якобы постоянно где-то разъезжает.

По реакции миссис Стирман было видно, что сыщик угадал. Он указал рукой на украшение на тонкой золотой цепочке, висевшее у нее на шее, и продолжил:

— Вы носите медальон с бриллиантами, принадлежавший мисс Браун!

Она вновь вздрогнула и, побледнев, как полотно, в ужасе глядя на сыщика, воскликнула:

— Эта

вещь прежде действительно принадлежала мисс Браун, но она мне ее подарила!

Нат Пинкертон покачал головой и ответил:

— А я точно знаю, что именно этой вещью мисс Лора очень дорожила, поскольку она досталась ей от покойной матери. Она никогда не смогла бы кому-то подарить этот медальон!

— И все-таки она это сделала, именно потому, что хотела показать, как она мне признательна.

— Это, между прочим, проверит следствие, — заявил Нат Пинкертон, — да и обыск в этом доме, по всей вероятности, даст веские улики. Вы арестованы, миссис Стирман, следуйте за мной в полицейское управление.

— Вы не имеете права! — простонала она. — Я ни в чем не виновата!

— Все скоро выяснится. За решетку сядут и «привидения», которые находятся там, в уединенном домике.

Мэри Стирман больше не пыталась сопротивляться, понимая, что все равно она не сможет справиться с сыщиком. Она была совершенно разбита и с трудом держалась на ногах.

Пинкертон проводил ее в переднюю; она надела шляпу и жакет, и, выйдя из дома, они сели в экипаж, который отвез их в полицейское управление.

Несмотря на то, что Мэри предложила кругленькую сумму, чтобы ее отпустили под залог, по настоянию Ната Пинкертона ее отвели в камеру.

Он же распорядился арестовать горничную, которая, по-видимому, действовала заодно со своей госпожой.

Глава IV

В доме мертвецов

Около десяти часов вечера Нат Пинкертон и его помощник Руланд бесшумно приблизились к уединенному домику.

Почти на всех окнах ставни были закрыты, и света нигде не было.

Сыщики подошли к домику и метрах в десяти от него спрятались в кустах.

— Мне хотелось бы подкрасться поближе и посмотреть, нет ли какого-нибудь тайного хода, — шепнул Пинкертон. — Если мне нужна будет твоя помощь, я свистну или выстрелю.

Сыщик осторожно подкрался вплотную к домику и увидел, что дверь не заперта, даже чуть приотворена.

После некоторого колебания он все же решил не входить в дом, так как не сомневался, что дверь соединена со звонком или каким-нибудь другим приспособлением, подающим сигнал. Именно то обстоятельство, что дверь была лишь приотворена, вызвало у него подозрение.

В окно он тоже не мог пролезть, поэтому решил подняться на крышу. Здесь он нашел открытое слуховое окно и через него проник в дом.

Чердак был пуст. Следов недавнего пребывания людей он здесь не обнаружил, хотя тщательно осмотрел все вокруг. Потом бесшумно спустился вниз, где помимо передней, было три помещения: уютно обставленная комната, кухня и еще маленькая пустая комнатенка, выходившая окнами на задний двор.

Нигде никого не было. И никаких дополнительных выходов, например в погреб или в какие-нибудь другие подсобные помещения.