Король мечей
Шрифт:
Кармин пытался вспомнить, как все было.
Девушка ползла к машине.
— Пристрели эту суку, — приказал Соломон холодно и бесстрастно, словно просил за столом передать сливки к кофе.
Кармин намеренно прицелился мимо ее головы и нажал курок. В этот момент неизвестно откуда появился человек, который и принял пулю. Когда он опрокинулся на спину, повернувшись лицом к зданию, Кармин узнал Сэма. Черт побери, зачем он вылез из автомобиля на верную смерть? Хотел свести счеты с жизнью? Может, был бы благодарен Кармину за то, что он ему
— Не-е-е-ет! — взвизгнул Леденец на высокой ноте, хлопая вялыми ладошками. — Это ты так завопил, когда застрелил его. «Не-е-е-ет! Не-е-е-ет! Не может быть, чтобы я застрелил своего друга!»
— Заткни рот, ты, придурок! — буркнул Кармин.
Но Леденец захохотал еще сильнее. Кармина корежило, он не мог больше терпеть. Смех этого подонка многократно усиливал его боль и ярость, возбуждая и расшевеливая все. Унижение, какое он молча сносил, дерьмо, которое его заставляли глотать всю жизнь. Он хотел это закончить прямо сейчас.
Появление вертолетов не должно было удивить Кармина. Он понимал, что самолеты перестали летать неспроста, однако оказался захвачен врасплох. Они возникли внезапно. Комната осветилась ярчайшим голубоватым светом. Пули походили на гигантских жуков-светляков, пропитанных бензином. Они свободно пробивали кирпичи, делая в них дырки диаметром с дюйм. Кармин сознавал, что обречен. Его жизнь была никчемной, такой же будет смерть. Среди людей, которых он ненавидел.
Соломон оттащил его за ноги от окна, и они выбежали из комнаты. Стали спускаться по лестнице. Те, кто остался, — Кармин, Соломон, Леденец и Даньелл. Пули прошивали стены, но пока все мимо. Наконец Даньелл на одну напоролась и упала на лестнице. Умоляла Леденца помочь, но он выстрелил ей в голову, переступил и двинулся дальше.
— Хи-и-и-хи-хи-хи-хи!
Впереди появились радужные огни. Они приближались к Майами.
— Куда мы едем? — спросил Кармин.
— Забрать Эву, — ответил Соломон не оборачиваясь.
У него все было предусмотрено. «Мерседес», на котором они приехали в Опа-Лока, остался у здания, а он повел их к аэропорту, нашел дырку в заборе, огораживающем взлетно-посадочную полосу. Они обошли летное поле по периметру к месту, где была проделана в заборе другая дыра. Близко к дороге, где стоял «додж».
— Ты не смог освоить даже такую чепуху, как убить человека! Кармин, да ты просто умственно отсталый! Хи-и-и-хи-хи-хи-хи!
Толстый подонок совершенно не страдал. На нем по-прежнему была шляпа.
Кармин смотрел, как он гогочет, откинув голову назад, раскачивая сиденье. Громадный живот застрял между полами пальто, золотые пуговицы на жилете грозили вот-вот оторваться. На поясе Леденца поблескивали серебристые рукоятки «магнумов».
— Заткнись, — тихо проговорил Кармин.
— Хи-и-и-хи-хи-хи-хи!
— Заткнись, подонок!
— Или что?.. — Леденец презрительно усмехнулся. — Что ты сделаешь, маменькин сынок?
— Сволочь! — вскрикнул Кармин и выхватил револьвер
Голова Леденца взорвалась, словно в бочку с красным вином бросили гранату. Все вокруг залила смесь крови, мозгового вещества, волос, кожи и фрагментов костей.
Соломон испуганно повернулся, на секунду выпустив руль. «Додж» выехал на встречную полосу. Он резко выправил руль, и почти безголовый труп Леденца повалился на Кармина, ему в лицо хлынул поток теплой крови из яремной вены. Кармин свирепо оттолкнул мертвеца к дверце. Она раскрылась, труп вывалился под колеса встречного автомобиля. От удара этого автомобиля «додж» крутанулся на встречной полосе, и в него с обеих сторон врезались еще два.
Кармин слетел с сиденья под треск стекла, скрежет металла и крики. Соломон повалился на руль. Ветровое стекло исчезло. «Додж» оказался зажатым с обеих сторон покореженными, дымящимися автомобилями. Кармин пролез на переднее сиденье, оттуда на капот и дальше на дорогу. Кружилась голова, очень болела шея. Он посмотрел на револьвер Леденца в руке и сунул его в брючный карман.
На дороге столкнулись восемь автомобилей. Пахло бензином и жженой резиной. Другая полоса была свободна. Скоро прибудут и копы. Нужно поскорее убираться отсюда. Он двинулся вперед.
— Кармин! — крикнул вслед Соломон.
Кармин не мог бы повернуть голову, даже если бы захотел. Не позволяла сильная боль в шее, которая распространялась на плечи.
— Не уходи, Кармин! Не смей уходить! — кричал Соломон.
Кармин продолжал идти, затем побежал. Люди вылезали из машин, направлялись к месту аварии. Путь ему преградил невысокий мужчина в белой рубашке, латинос.
— Остановись, парень. Ты ранен. Остановись!
Кармин попытался протиснуться дальше, но латинос схватил его за руку. Он был крепкий, а Кармин очень слабый и одуревший.
— Ты попал в аварию, ранен. Тебе надо в больницу. — Латинос морщился. Его шокировал вид человека в крови.
Неожиданно Кармин сообразил:
— Да, да, позвольте… позвольте мне сесть в ваш автомобиль. У меня повреждена шея. Мне нужно куда-нибудь прислонить голову.
— Конечно, конечно. — Латинос повел его ко второй машине в ряду — серебристому «понтиаку». Открыл дверцу, помог сесть на переднее сиденье.
В замке зажигания торчал ключ с брелоком, изображавшим лицо Фиделя Кастро, перечеркнутое красной наклонной чертой, как на знаке «Проезд запрещен». Кармин захлопнул дверцу, запер ее и перебрался на сиденье водителя, где сделал то же самое. Латинос кричал, стучал по стеклу. Вокруг собрались люди.
Кармин завел двигатель, быстро выехал из ряда, свернул на свободную полосу и прибавил скорость.
69
— Черт возьми, как он сбежал? — Макс осветил фонариком большую прямоугольную дыру в заборе. — Разве здание не окружили?