Король мечей
Шрифт:
Он думал, что Сандра обрадуется, а она осталась всего лишь довольна.
— Я знала, что так получится.
— Правда?
— Да. После ареста Букмана тебе все стало безразлично.
— Ты заметила?
— Естественно.
Максу действительно стало все безразлично, но к Букману это не имело отношения.
В
Макса повысили до лейтенанта, назначили начальником отдела по расследованию ограблений и убийств. Но ему не нравилось, что в УГРО ничего не изменилось. По-прежнему подбрасывали улики, возводили ложные обвинения или убивали, врали судьям и присяжным. Плохие парни, но не те, признавались виновными, а настоящие продолжали гулять на свободе. Лозунг «Самое главное, чтобы все выглядело как надо» стал неофициальным девизом УГРО. Говорить об этом с Элдоном не имело смысла, ведь он привык работать только так.
Макс и жил до процесса над Букманом вот так — одна нога за дверью, другая в доме. Когда его вызвали на свидетельскую трибуну и он положил руку на Библию, чтобы произнести клятву, ему вспомнилось приведение к присяге в начале службы в полиции. Тогда он действительно верил в то, что делал, что сможет что-нибудь изменить. А потом он вспомнил, как они с Джо выслеживали Букмана, на свой страх и риск, как просиживали многие часы в гараже в Овертауне. Ему казалось, что это происходило с кем-то другим.
Именно тогда он и принял решение.
— Я не знаю, что стану делать.
— Что-нибудь придумаем, — улыбнулась
— Ты считаешь?
— Да. А что тебе подсказывает интуиция?
— Что, если я останусь, все будет хуже, — ответил Макс. — А если уйду, то, может, станет лучше. У нас с Элдоном общее прошлое, но будущее разное.
— Вот именно, — произнесла Сандра. — Мне Элдон никогда не нравился. Мы виделись всего два раза, недолго — в госпитале, и когда тебя произвели в лейтенанты, — и я сразу почувствовала в нем фальшь.
— Что именно?
Сандра пожала плечами.
— Это уже следствие жизни с копом, — улыбнулся Макс. — В тебя проникло немного моей интуиции.
— О, дорогой, у меня своей достаточно.
— Тогда тебе следовало бы стать копом.
Они посмеялись, потом послушали шум волн.
Недалеко от них отец подхватил дочку на руки, начал делать ей рожки и рычать, а девочка захлебывалась от смеха. Сандра улыбнулась. Макс заметил, что она всегда загадочно улыбалась, когда наблюдала счастливых детей. Когда видела, что ее мечты воплощаются в других.
Сандра обняла Макса и положила голову ему на плечо. Вздохнула:
— Знаешь, я очень рада, что проведу остаток жизни с тобой.
Макс начал искать слова для ответа, чтобы ей было приятно, и быстро отыскал. Но заговорить не успел, неожиданно ощутив, как по позвоночнику пробежала дрожь и тело сдавил спазм.
— Что? — спросила Сандра, садясь. — Закружилась голова?
Она провела пальцами по его руке, почувствовала гусиную кожу.
— Все в порядке. — Он улыбнулся. Спазм отпустил, словно ничего не было.
Сандра потерла его руку, как бы согревая, и посмотрела на небо.
— Может, пойдем? Скоро стемнеет.
— Да, — произнес Макс. — Пора.