Кор-Унтару

Левская Яна

Шеа открыла глаза и не почувствовала никакой разницы. Настолько темных ночей в природе не случалось, поэтому в голову закралась мысль о неладном. К тому же в той комнатушке, которую ей намедни отвела крестьянская чета, не пахло сыростью не видевшей солнца земли и не ощущалось жужжания магических заслонов, как это было здесь и сейчас. Принюхавшись, Шеа уловила тонкий аромат крови. Тронув саднящее

плечо и лизнув пальцы, она поняла, что кровь ее. С каждой минутой жить становилось интереснее.

Поскольку провал в памяти зиял непроглядной чернотой, то оставалось только сочинять версии.

"Толстушка крестьянка с мужем землеробом решили разбогатеть за счет случайной гостьи. Напоили ее зельем, заперли в погребе, а сами обчистили тугой кошель, полный звонких готлемов. Ага. А она - гостья - будучи страшно могущественной ведьмой, даже бровью не повела. Смешно. Да."

Жужжание барьера проникало зудом под кости черепа.

"И откуда бы деревенским балбесам знать такие любопытные заклинания?"

Шеа попробовала пробиться сквозь щит, но только получила легкий предупреждающий ожог.

"На работу гальтов не похоже - не тот уровень. Значит, маги... Здравствуйте, чародеи Раминара, очень приятно. Инн-Шеа, канн-даэмор армии Триумвирата. Родом из Санд-Дам. Слыхали? А с какими целями, собственно, вы меня заперли в самом темном каземате своей самой высокой башни, окружив тюрьму самым крепким из возможных щитов?.. Вряд ли это такой способ пригласить меня на чай".

Пожав плечом, Вдова вошла за Ткань. Стало возможным оценить размеры камеры. Десять шагов вдоль, семь поперек. Окон нет, дверей нет, разницы между полом и потолком... тоже нет. "Хоромы", - Шеа кисло ухмыльнулась. Не особо веря в успех, но просто для подтверждения догадок, она проковыляла к стене и вытянула перед собой руку. Кулак вошел в камень кладки, но костяшки пальцев тут же опалил барьер. "Гроловы дети! Больно же! Как будто нельзя выставить глухой заслон без эффектов". Шагнув обратно в промозглый мрак, Шеа впала в уныние. Что за новые радости настигли ее? Призадумавшись, она так и не нашла ни одного объяснения тому, как маги узнали о ее существовании и по какой причине ею заинтересовались.

В подземелье стояла холодина, а Шеа была голая, как младенец. Вздохнув, она опустилась на колени, собираясь перекинуться во что-то, обладающее шерстью, но тело и не подумало отзываться на мысленный приказ. Чародеи умудрились заблокировать способность оборотня.

– Мне что же теперь, к камням примерзнуть!? Обалдели вы там наверху, вот что!
– взорвалась Вдова, подчиняясь мгновенному порыву

бешенства.

К ее удивлению в пустоте прозвучал ответ:

– Придержи язык, пока тебя не спросили.

В то же время воздух в темнице потеплел. Глянув одним глазком за Ткань, Шеа зажмурилась - стены светились ровно и мягко, источая приятный жар.

– Не легче ли было просто дать мне одежду?
– поинтересовалась она с оттенком сарказма в голосе, возвращая себе самообладание.

Голос надменно пропустил реплику. Свечение никуда не делось. Вдова, пожав плечами, вернулась в темноту - тут ей было уютнее.

– Кто ты?
– прозвучал бесстрастный вопрос.

Припомнив давние уроки философии в академии, Шеа хмыкнула, устраиваясь на бугристом полу.

– Тварь божья. Хожу под солнцем. Мыслю и изменяю сущее. Вестимо, человек.

Явно не оценив глубину изречения, голос сухо продолжил вопрошать:

– Что ты делала в Каралоне?

– Я что-то делала в Каралоне?
– нахмурилась Шеа.
– А где это, Каралон?

– Довольно играть в игры. Kear'allon, город Серая Чайка. Ты проникла сквозь двери и замки, нарушив печати. Как ты совладала с сущностями, пьющими ладу?

"Сущности, пьющие ладу? Но ведь в Раминаре не умеют пробиваться в междумирье. Или я чего-то не знаю..."

– С какими целями ты устранила аномалию?
– не унимался голос.

Шеа прикрыла глаза. Ей нечего было ответить. Хотелось разве что пустить истерический смешок: к ее собственным заслугам, за которые уже в двух измерениях ей житья не давали, добавились еще и чужие. Но Вдова истеричкой не была, поэтому просто молчала.

Тем временем маги теряли терпение.

– Мы лишь до поры до времени по-доброму спрашиваем, - проскрежетал голос.

"Только попробуйте спросить иначе", - оскалилась Шеа, отмечая вслух:

– Пытками тогда пугают, когда опасаются к ним прибегать.

– Поверь, мы найдем способ тебя разговорить. Как на счет того, чтобы остаться тут навсегда? В темноте и холоде.

– Что ж. Я, в отличие от вас, временем располагаю в достатке.

С чего ты взяла, что у нас его нет?

– Слишком быстро приступили к допросу. Что мешало вам подержать меня "в темноте и холоде" загодя, чтобы я стала сговорчивее?

Наступила пауза.

– Ты умна, - медленно выговорил голос.
– Возможно, нам стоит пойти друг другу навстречу?

– И что вы предлагаете?
– удивилась Шеа.

– Ведь есть нечто, что движет тобою. Цели, стремления. Ради чего ты идешь на риск?