Кор-а-кор

Белан Андрей Валерьевич

– Да дела...
– протянул я, про себя лихорадочно соображая, что если пообещал, то обещание свое обязан выполнять, кодекс моей семьи на эту тему совершенно не допускал иносказания. За любое решение, особенно это касается дачи слова, член семьи несет ответственность. Если он не может выполнить данное решение в связи со своей безвременной кончиной, другой уважительной причины просто не существовало. Тогда другие члены семьи должны взять на себя обязательства по выполнению решений или слова. За любое отступление от данного правила грозит наказание, какое сам себе придумает член

семьи. Я знал случай, когда мой двоюродный дядя наложил на себя наказание в виде пребывания в течении пяти лет в своей второй сущности. Все бы ничего, но после пяти лет дядя, уже находясь в человеческом обличии, постоянно чесался и искал у себя блох. Но и это не самое страшное, он постоянно бегал за человеческими женщинами в их слабые дни с попыткой склонить к сношениям, мотивируя это тем, что в природе все должно быть естественно, при этом иногда поглядывал и на собак особенно крупных пород, чем-то они его сильно привлекали. В общем вел себя немного неадекватно, хотя и считался одним из лучших убийц клана, даже когда находился в своей звериной ипостаси.

Поэтому я и тянул с разговором, недоверчиво косясь на старосту. Тот, поняв, что я вчера так скромно сказать дал маху, вдумчиво сказал:

– Слушай, Валерий, а может, ну его, через колено, этого Зосима? Просто, прям сейчас свалишь отсюда, а я ему скажу, что про него забыли.
– и видя, как я скривился, поспешно договорил: - Не, ты не подумай, чего-то там. Зося у нас отходчивый парень. Чуток пообижается и забудет. Я тебе обещаю, работой его загружу, так что не переживай ты. Ему до тебя и дела не будет. Ты же прав, разве пьяному можно верить? Будем считать, что сболтнул лишнего и все.

После этих слов я вообще загрустил, уже так для проформы спросил:

– Трофим, а что у Зоськи не семьи, никого нет? Он что один тут живет?

– Не-а. Сирота он у нас. Причем великовозрастный. Уже поди лет двадцать ему стукнуло, а он у нас все ищет, блин горелый, забыл слово. Слушай, подскажи.

Я тяжко вздохнул знал я такую породу мужиков и знал, что они ищут. Поэтому, даже не задумываясь, сказал:

– Идеал.

Староста улыбнулся:

– Во! Правильно сказал. Идеал он шукает. Задолбал тут всех, такие девки к нему подкатывались, а он, типа не то. А вчера ты как сказал, что заберешь собой Зоську, так тот сразу в низком полете побежал домой собираться. И самое главное протрезвел поди сразу, еще правда калитку слегка сбил, но это пустяки на пути достижения поставленной цели.

– Чего?

– Ну, - староста засмущался: - Ты примерно так вчера говорил. Вот я и повторяю. А что? Мне понравилось, красиво звучит. Так что, Валерий, скоро парень здесь уже будет.

Как бы в подтверждение слов старосты хлопнула входная дверь, за ней раздался тихий такой грохот в сенях и радостный голос возвестил:

– Эй, вы где? Я уже здесь!
– вслед за голосом в комнату ввалился и сам Зосим. Лицо его при этом светилось от счастья и гордости. На парне были надеты новые штаны с кожаными вставками на коленях, мягком месте и по низу, добротная куртка, под ней хорошая холщевая рубаха, и небольшой мешок за спиной.

Зайдя в комнату, он вопросительно

уставился на хозяина, тот важно кивнул, мол, что стоишь, садись давай. Зосима уговаривать долго не надо, он снял мешок, кинул его при входе в комнату, а сам плюхнулся на лавку, чуток повозился, потом преданно посмотрел на меня, основательно прокашлялся от сильного волнения, наверное и спросил:

– Когда выходим, господин?

Я последний раз, как надеялся, вздохнул, встал. Зачем-то поправил куртку, проверил, как выходит клинок из ножен. Посмотрел на Зоську в его предано глядящие глаза, ответил:

– Да прямо сейчас и пойдем.

Зося радостно подскочил, схватил свой мешок, уже решил выскакивать из комнаты, но вдруг остановился, развернулся и поклонился старосте.

– Трофим Николаевич, присмотришь за моим домом? А то, едрит его налево, поперек и в бок. Вдруг чо, а меня и нету. Чо тогда делать-то?

Староста махнул рукой, открыто улыбнулся, добродушно пробурчал:

– Да не бойся, присмотрю. Прямо сейчас скажу жене и дочкам, чтоб скотину твою ко мне перегнали, а сам чуток попожей схожу, посмотрю, чтоб все закрыто было, да по деревне пройду. Предупрежу всех, что твой дом под моим присмотром. Так оно спокойнее будет. Да и соблазна у людишек наших поменьше будет, а то смотришь, а нету уже половины добра. А потом начнет один, второй поддержит, а там все подхватят и возвращаться тебе будет, Зося, и некуда. А так все буде под контролем, щоб его. Так что не волнуйся, иди с миром, да мир посмотри. И щоб жену привел, а то сам, лично, вот этими руками.
– староста для наглядности поднес свои огромные, лопатаобразные ладони к стоящему Зосиму и потряс ними под его носом.
– Оторву тебе елду по самое не хочу, на хрен оно тебе надо. А так больше никаких у тебя мыслей не будет, будешь трудиться на благо деревни и все такое прочее. Да детей растить. Понял?

Зося преданно кивнул.

– Ну, раз понял, то вали давай. Дай нам с господином поговорить напоследок. А то еще мал, чтобы взрослые разговоры слушать. Подожди во дворе, скоро поедете. И еще, провиантом запася или как?

– Да, Трофим, взял трошочки. На первое время хватит, а там куплю, если что.

– Это хорошо, ну, ладно иди давай.

Зоська еще раз поклонился старосте и выскочил из комнаты. Дождавшись когда за ним закроется дверь, Трофим поднялся, коротко мне поклонился, чем изрядно меня удивил, ну не производил староста впечатления подобострастного человека, а тут на тебе, поклоны бьет. Тем временем Трофим выпрямился, сказал, глядя прямо в глаза:

– Валера, ты присмотри, пожалуйста, за Зосимом, а то он парень хороший, чуток дурнуватий, а так и ничо, немного резковат и простодушен, так то по молодости лет и по незнанию мира, но ты на него всегда можешь положиться, это я тебе гарантирую. За него как за себя готов ручаться. И еще, Валер, ты не обращай на моих крестьян внимание, они не со зла, а по глупости, народ темный, многого не знает. Позлятся, а потом тебя с благодарностями вспоминать будут. Знай, ты всегда можешь рассчитывать на меня и на мою помощь, да и в нашей деревне всегда тебе будут рады.