Конвой
Шрифт:
Почти так и произошло. Фары, слепящие Лайла, не замедлили своего движения, оказавшись в ста ярдах перед ним. Потом расстояние сократилось до пятидесяти ярдов… Когда надвигающийся автомобиль был всего в двадцати пяти ярдах и все еще делал хорошие семьдесят-семьдесят пять миль в час, Лайл начал прыгать и махать руками, как это делает группа поддержки на чемпионате по бейсболу. В последние доли секунды, оставшиеся в распоряжении копа, он сообразил резко отскочить в сторону. Лайл кубарем скатился в канаву.
На ноги поднялось существо, задыхающеё ся от гнева,
«Проклятье! Ты никогда не мог доверять этим людям, которые каким-то образом умудряются покупать импортные малолитражки», — подумал про себя коп. Но он еще встретит на дороге этого сукиного сына. Наверное, в двадцатый раз за этот день Лайлу пришлось пожалеть о том, что он сменил свою форму полицейского на гражданскую одежду перед выездом из Эллингтона. Черт бы побрал этот его камуфляж! В эти дни человек мог чувствовать себя в безопасности на дороге, только если он носит полицейскую форму.
Прошло двадцать пять минут ожидания, прежде чем показались огни другого автомобиля. Они принадлежали доисторическому грузовику — лесовозу Петербилту, который сбавил скорость и остановился, заметив Лайла, подающего сигналы. На этот раз все оглядело болеё реалистично, лесовоз встал на обочине. Водитель, чье прозвище было Дасти Дэн, оказался горелым, бородатым пожилым мужчиной. Создавалось впечатление, что его компания выбрала самое прочное, самое сильное дерево из тех, что составляли груз этой машины, и поместила его на сиденье водителя.
— У меня кончился бензин, — объяснил Лайл, стоя уже одной ногой на подножке кабины. — Как насчет того, чтобы подвезти меня?
Дасти Дэн кивнул и тут же тронул грузовик, не став дожидаться, пока за пассажиром закроется дверь. Через полминуты он уже мчал свой груз со скоростью семьдесят пять миль.
Машина отзывалась и аккомпанировала каждым развинтившимся болтом, каждым шарниром, каждым куском металла в кабине. Эффект от этих звуков полностью совпадал с тем, когда принимаешь участие в карнавальном шествии и проходишь сквозь симфонический оркестр как раз мимо перкашн [16] .
16
Перкашн — англ. persucion — инструменты типа барабанов: коубэлл, там-там, цимбалы, конги.
— Плохое место для того, кто застрял здесь без бензина, — проговорил тракер после того, как они проехали около пяти миль и не увидели ничего, кроме кустиков шалфея и заячьего горошка, растущих на обочине.
— Это ты мне говоришь? Я-то знаю, что ты — второй, кто проехал по этой дороге за последние полчаса, — отозвался Лайл.
— Ты бы и меня здесь не увидел, если бы Hie Конвой. Слышал о нем? Все выпуски новостей трубят об этом.
Лайл кивнул в ответ.
— А какое ты имеё
— Собираюсь присоединиться, — естественным тоном бросил Дасти Дэн в ответ, будто это было самой обычной вещью в мире — присоединиться к Конвою. — В мои планы не входит доставка этих бревен в Амарилло к завтрашнему вечеру. Насколько я могу судить, эти ребята — тракеры — делают то, что должно быть сделано несколько лет назад, а сейчас они нуждаются в любой помощи, какую смогут найти.
— Особенно если учесть, что всем им рано или поздно надерут задницы, — рискнул заметить Лайл, стараясь больше не быть тем абсолютным ничтожеством, каким он, несомненно, был.
Дасти Дэн тяжело, исподлобья посмотрел на своего пассажира и сбросил газ, чтобы быть услышанным среди всех этой какофонии в кабине.
— А ты, часом, не один из прихлебателей Смоки, а? — потребовал он ответа с нотками обвинения в голосе.
— Я? Конечно, нет. Я ненавижу копов.
— Что ж, это хорошо, — с облегчением заметил Дасти Дэн. — Потому что, другими словами, я хотел сказать, что в этой кабине нет места самим Смоки и их поклонникам. Я не дал бы любому из них даже капли пота с моих яиц.
— Скажи, а сколько точно нам еще осталось до той бензоколонки, о которой мы говорили? — нервно спросил Лайл, когда они миновали еще одну неосвещенную, а стало быть, и неработающую заправку.
Тракер взглянул на приборную панель.
— Я думаю, что-то около одиннадцати миль. Может быть, чуть меньше — восемь-десять. Единственная станция, которая открыта в это время… — он вдруг перебил сам себя: — Ты ведь в курсе, что сейчас ночь, воскресная ночь… Так вот, она на полпути отсюда до Ту-кумкари.
Лайл откинулся на спину сиденья и заткнулся. Рядом с ним сидел еще один кретин, о котором он, если будет нужно, позаботится на обратном пути. Коп сидел сейчас тише воды, ниже травы, но это был не тот человек, который может забыть что-либо или кого-либо.
— А что ты думаешь насчет Конвоя? — раздался в полумраке кабины голос водителя. В нем слышались нотки сомнения, по поводу которых Лайлу придется поразмыслить.
— Конечно, они делают кое-что… — нейтрально произнес он, надеясь, что такой ответ пройдет. Но он не удовлетворил тракера. Дасти Дэн сердито посмотрел на копа.
— Кое-что! — взорвался он. — Я скажу тебе, они делают что-то!!! Как раз пришло время надрать задницы кое-каким ублюдкам, вместо того, чтобы только называть их своими именами. А что ты думаешь об этом цыплячьем г…е, копе, с которого все началось?
— Кто же этот коп? — наивно спросил Лайл.
— Оу! Эту кучу дерьма зовут Уэллэйс. Он из Аризоны. Я слушал истории об этом недоноске на протяжении многих лет. Насколько я знаю, он один из тех парней, что умеют выходить сухими из воды, — охотно пояснил тракер.