Контрольный поцелуй
Шрифт:
– Да, – почти с восторгом сказал Александр Михайлович, – теперь уже нет таких мастеров – артист, можно сказать, виртуоз. Кстати, у него и кличка соответственная – Станиславский. И впрямь, ограбления на спектакли смахивают, все до тонкостей отрепетировано. И подельников нашел, как на подбор, таких же последних из могикан – Савостина Сергея Яковлевича и Онуфриева Андрея Викторовича. Еще на малолетке скорешились и все дела вместе проворачивали, пока наконец Савостин и Онуфриев не погибли.
– А что с ними случилось?
– Онуфриев подцепил туберкулез и просто умер, а Савостина убили в камере заточкой, не поделили что-то с
– И когда это было?
– А тебе зачем? – насторожился полковник.
– Просто любопытно.
– Ладно, – крякнул приятель, захлопывая папку, – скорей всего Котэ хлопочет за кого-нибудь из своих, нанимает Аркадия в качестве адвоката. Думаю, волноваться не стоит, Джапаридзе после гибели приятелей отошел от дел и сейчас выполняет роль «свадебного генерала».
Он вежливо довел меня до выхода на первом этаже. Кто-нибудь другой воспринял бы подобное поведение как любезность, но только не я! Хорошо знаю, что Александр Михайлович просто не хочет, чтобы я шлялась по бесконечным коридорам без присмотра.
Сев в машину, закурила и призадумалась. Ясно теперь, что связывает милейшую Жанну Яковлевну и благородного вора в законе Котэ Джапаридзе. Ведь ближайший друг и подельник авторитета – Савостин Сергей Яковлевич, скорей всего брат предприимчивой директрисы. Как бы разузнать о нем побольше? Полковник уже что-то заподозрил и не станет ничего сообщать. Может, поехать к Жанне Яковлевне и пугануть бабу как следует? А что, ценная идея…
Я развернулась и понеслась по знакомому адресу. Но на звонок в дверь никто не ответил. Наверное, пошла в свой центр. Запарковав «Вольво» возле ворот, я принялась трезвонить в «Милосердие». Выглянула пожилая женщина в халате. Наверное, больна – глаза красные и нос распух. Вот ведь – допускают к младенцам с насморком, а еще порядком хвастаются!
– Жанна Яковлевна на месте?
– Проходите, – шмыгнула носом тетка и стала вытирать платком слезящиеся глаза.
Я пошла по коридору и, постучав в дверь с табличкой «Директор», обнаружила в кабинете главного врача Римму Федоровну, тоже отчаянно шмурыгающую носом.
Да что у них тут, эпидемия гриппа?
– Уже знаете? – всхлипывая, спросила Кочеткова.
– Что? – удивилась я.
– Жанна Яковлевна сегодня утром упала с платформы и попала под поезд метро!
Я так и села.
– Погибла?!
– К счастью, жива и даже почти не покалечилась… Так и не понимаю, как это произошло. Мы здесь все прямо с ума сходим…
И она громко зарыдала, сморкаясь в отвратительного вида мужской платок в крупную клетку.
Абсолютно нелогичное поведение. Чего убиваться, если Савостина жива! И опять я почувствовала запах опасности. Не слишком ли много народа в этой истории падает в метро под электровоз! Сначала Катя Малахова, студентка театрального вуза, потом Лидуся, теперь, пожалуйста, – новое падение.
– Где Савостина сейчас?
– В Склифосовском.
Я понеслась на Садовое кольцо. Жанну Яковлевну поместили в маленькую палату-бокс, скорей всего платную. Находилась она в самом конце длинного, застеленного желтым линолеумом коридора. Очевидно, почти все врачи вечером ушли домой. Двери палат закрыты, молоденькая медсестра, читавшая на посту книгу, даже не подняла голову при моем появлении.
В коридоре встретился только один мужчина, быстрым шагом двигавшийся навстречу. Что-то в его больших карих глазах и крупном мясистом носе показалось
Савостина полусидела в большой кровати, держа в руках ветку винограда. Выглядела она не самым лучшим образом. Лицо в ссадинах и кровоподтеках, левая рука забинтована. Но сидит и даже ест фрукты, следовательно, не так уж ей и худо. Увидав меня, директриса вздрогнула и хриплым голосом спросила:
– Кто сказал, что я в больнице?
Проигнорировав вопрос, я задала свой:
– Как вам удалось спастись от поезда?
Савостина опять вздрогнула:
– Господь спас, сама не понимаю, сгруппировалась как-то.
В ее изложении версия происшествия выглядела так. Вчера вечером она договорилась о встрече с приятельницей на «Театральной». Когда на «Павелецкой» сегодня утром поджидала поезд, в толпе возникла какая-то полусумасшедшая старуха с толстой палкой в руках. Пенсионерка тащилась по платформе, бормоча что-то под нос. Не успела Жанна Яковлевна удивиться тому, как такая рухлядь добралась до метро самостоятельно, как бабуля с невероятной силой дала ей палкой по ногам. Савостина кулем полетела вниз, поезд, как раз вырвавшись из тоннеля, стремительно въезжал на станцию. Но в человеке иногда в момент опасности просыпаются невероятные силы. Жанна Яковлевна быстрее молнии закатилась в довольно узкое пространство под перроном. Ей дважды повезло. Первый раз, когда не убило током от так называемого «третьего рельса», второй – когда ее довольно полное тело укромно уместилось в маленькой кубатуре. Машинист включил экстренное торможение, пассажиры в вагонах, наверное, попадали, как спелые груши… Савостина лишилась чувств и не помнит, как специальная бригада вытащила ее на поверхность. Очнулась только в «Скорой помощи». Ушибы, ссадины, пара поломанных ребер – вот итог приключения. Можно сказать, просто необыкновенное, сказочное везение. Лиде Артамоновой досталось куда круче, до сих пор в себя не приходит.
Я внимательно посмотрела на жертву и тихо, но четко и убедительно произнесла:
– Не захотели мне правду рассказать, побежали к Котэ Джапаридзе советоваться, вот вас и решили убрать с дороги. Между прочим, все знаю, и про Сергея Яковлевича тоже, и хочу вам помочь. Думаете, убийцы остановятся? Да в этой истории уже полно трупов, ваш будет очередным и дай бог, чтобы последним. Только выйдете отсюда, сразу ведь под машину попадете. Хотя, можете и не выйти, охраны в отделении никакой, сил у вас мало, в палате вы одна, придушить вас – проще некуда. Приличный киллер такое даже за работу не посчитает, это для него разминка!
У несчастной директрисы при каждом моем слове все больше серело и вытягивалось лицо, наконец она откинулась на тощие больничные подушки и зарыдала в голос. Я вызвала медсестру и, глядя, как та ловко вкалывает успокоительное, приготовилась ждать эффекта. Наконец-то Савостину проняло. Сейчас все расскажет!
ГЛАВА 25
Много лет тому назад, а точнее, в 1947 году, в семье школьных учителей Савостиных родились близнецы – мальчик и девочка. Назвали младенцев Жанна и Сережа. Страшно похожие друг на друга внешне, они разительно отличались по характеру. Когда же дети пошли в школу, стало окончательно понятно, что они во всем полярны. Аккуратная, робкая отличница Жанна и нахальный двоечник Сергей, хулиган и школьное несчастье.