Контролер
Шрифт:
Быстро переоделся, засунул ствол под ветровку, снял перчатки и рассовал по карманам. Глянул на часы, присвистнул и пошел к выходу. Следовало поторопиться, не факт, что Джанхотов будет сидеть именно в этом кабаке дотемна, может, в казино пожелает прошвырнуться или еще куда.
Прошел мимо ресторана и убедился, что все интересующие его персонажи на месте.
Пересек дорогу и стал прогуливаться вперед-назад. Прокрутил в голове маршрут отхода, район он знал неплохо, а потому, куда потом бежать и что дальше делать, в общих чертах представлял. Из-за того, что надел на себя много лишнего, было
К выходу из ресторана подкатила длинная темная «Камри», а следом за ней джип с мигалками. Продолжая прогуливаться, он скосил глаза влево. Начинается! Из ресторана вышел Орсаев. Немного постоял, оглядываясь, обтекаемый немногочисленными, удивленными такой экзотикой прохожими. Поднес ко рту рацию и что-то забубнил. Из ресторана вышел один из парней в штатском. Как по команде, он с Сату сделали по шагу влево и вправо; перекрывая движение переходов. В дверях показалась процессия: сам клиент, потом шлюхи и наконец, охрана. Красиво гулял по захваченному им городу простой чеченский парень Алхазур, ничего не скажешь.
Коваленко присел за припаркованную у бордюра машину, и, не обращая внимания на обалдевших прохожих, надел на голову шерстяную маску с прорезями для глаз, натянул перчатки. Достал из-под куртки пистолет и передернул затвор.
Он выскочил из-за машины как черт из табакерки в тот момент, когда Джанхотов ступил на ядовито-зеленый коврик у выхода. Бах, бах-бах-бах, бах-бах, в голову, в шею, в грудь и напоследок в спину уже упавшему. Бросил пистолет и рванул в подворотню. Пробежал меж домов и уперся в трехметровый забор. Подпрыгнул, подтянулся на руках и оказался уже совсем в другом дворе. Скинул маску, зеленую ветровку и широкие серые штаны с множеством карманов, оставшись в выцветших голубых джинсах и того же цвета жилетке поверх черной футболки. Достал из-за пазухи бейсболку с длинным козырьком и натянул на голову. Прошел через двор, вышел на улицу и направился прогулочным шагом в сторону бульвара.
После того, как прозвучали выстрелы и Джамхоев упал,, охране первое время было не до преследования стрелка, надо было разбираться с Орсаевым: тот, заорав, выхватил «Стечкин» и собрался было начать поливать очередями улицу. Пришлось оглушить и на всякий случай «окольцевать». Потом один остался на месте, а двое все-таки побежали следом, но не очень быстро: во-первых, стрелок мог устроить засаду, а, во-вторых, все-таки не президента подстрелили. Ну, вы понимаете...
Какой-то парень на бульваре пел в окружении стайки молодежи и играл, на гитаре. Игорь купил в киоске пару бутылок «Клинского» и подошел поближе. Прислушался. Что-то под Цоя, хотя стихи похуже будут.
– Классно поет, – сказал он стоящей чуть в отдалении высокой девице в едва заметной глазу юбке и высоких бутсах на рифленой подошве.
– Это ж Димон, – девица повернула к нему довольно симпатичную, самую малость улучшенную пирсингом мордашку.
– Я и говорю, Димон, – и протянул ей бутылку: – Будешь?
– А то, – она взяла ее, сделала пару глотков. – Класс! – обняла его за плечи и они стали слушать Димона вместе.
Мимо пробежал один из тех парней. Чуть поотставший второй, остановился рядом с Игорем, бросил взгляд на
– А ты клевый, – решительно заявила, как вынесла приговор, девица. – Закурить есть?
– А то, – через силу засмеялся он и обнял ее за талию.
Он вставил карточку в таксофон и набрал номер.
– Да.
– Командир, ты один дома? – как и многие в профессии, Волков жил без жены, но иногда у него бывали гости.
– Во-первых, здорово, отпускник. Можно поздравить?
– Я тут недалеко, можно зайти?
– Ну, давай.
Сергей достал из холодильника бутылку и водрузил на стол.
– Вот, значит, как... – проговорил задумчиво, и принялся разливать, себе немного, гостю – до краев. – Поехали, – скомандовал он, и процесс пошел.
Коваленко выпил налитое, как воду, и посмотрел просящее. Волков добавил еще. Игорь повторил и поднял глаза на собеседника.
– Ну?
– Баранки гну! Дурак ты, Тихий, и лечить поздно.
– Почему дурак-то?
– Это не ко мне, с вопросами к семье и школе. Хотя, каюсь, и я руку приложил, значит, тоже виноват.
– А как бы ты поступил, командир?
– Не знаю. Меня там не было. Ладно, проехали. Ушел ты, как я понимаю, чисто.
– Вроде, да. Налей еще, пожалуйста, что-то меня потряхивать начало.
– Вообще-то, лучше бы сейчас тебе не пить, а просто взять да кого-нибудь с особым зверством трахнуть. Мигом бы отошел.
– Да я вроде бы уже... – и засмущался.
Когда успел-то?
– Там же, в скверике.
Он схватился за ту девчонку, как тонущий за спасательный круг и прижал к себе.
– Ты что? – удивленно спросила она. – Дрожишь весь, – и, поняв все по-своему, – ладно, пойдем, – они отошли за памятник, миновали кусты и протиснулись между каких-то киосков.
Говорят, что после перенесенного стресса мужик если и может выступать в качестве сексуального партнера, то только пассивного. Но, не в этом случае. В Игоря, как будто, вселился бес или даже два.
– Ну, ты жеребец, – сказала она потом, жадно допивая пиво из его бутылки. – Кстати, я – Жанна. – Дальше сообщила, что у нее отродясь не случалось такого чумового секса, по крайней мере, на этой неделе и предложила встретиться завтра, на том же месте, в тот же час, а на прощанье чмокнула его за ушком и промурлыкала: – Буду ждать, ты только пива купи.
Когда во второй бутылке осталось на донышке, Волков включил телевизор.
– ...буквально в центре столицы, – бойко тараторила в микрофон винтажно одетая тетка, стоя у входа в тот самый ресторан. – На этом самом месте, – она показала рукой, где конкретно. Игорь присмотрелся, Джанхотов, по идее, должен был валяться у ног сыплющей словами репортерши, но его не было, значит, уже унесли.
Сергей переключил канал, на сей раз появилось демократического вида лицо, покрытое седоватой шерстью. «Успешный влиятельный бизнесмен», «наглое преступление», «вызов демократии», «взято под личный контроль»...