Контрабандный прогресс

Табоякова Ольга Александровна

– Ладно, спасибо, - я подумал о том, что даже если никогда не вернусь домой, то не пропаду. В этом городе можно жить. До того, как мы сошли на берег, я досконально узнал у Мифиса, как добраться до Хамариса, как с ним торговаться и сколько можно заплатить. Лон все это созерцал с глубоким ужасом, но мнения своего не высказывал.

Когда мы сошли с парома, то было уже к половине девятого.

– Давай поедим?
– я потянул Лона к ближайшему заведению, откуда неслись обнадеживающие для желудка запахи.

– Недолго?
– Лон разрывался между

мною и долгом.

– Недолго, я тебе много не куплю, а сам пока не поем никуда не пойду, Лон, - мы зашли, уселись за стол, который оказался не самым чистым, и сделали заказ.

Набив желудки и не ввязавшись в разборки, затеянные неизвестными личностями, мы выбрались на улицу. В это время на том берегу зажглись желтые огни. Лон вздрогнул.

– Ты чего?
– я уловил его озабоченность.

– Желтые огни означают, что случилось что-то ужасное. Это близко к сигналу военного нападения к красным огням, - просветил меня Лон.

Я легкомысленно пожал плечами, не мое дело. Тогда мы не знали, что всего на несколько часов опережаем группу Черных, идущих по нашему следу. Стражи Южного Корте взялись за расследование жестокого убийства в центральной библиотеке Южной Корте.

Лон принял мое легкомыслие и потащил меня на улицу Красных Фонарей. Вообще-то я как-то не интересовался, как там живут люди на таких улицах, но смутные представления имел. Дурак я был. Там все почти, как у обычных людей, но чуть более эмоциональнее. Там больше любят деньги и меньше любят себя. Женская и мужская красота там лишь товар, как яблоки на рынке. Дом, в котором по данным справочника, проживал Шалье - бывший глава Академии Рийи поражал своей помпезностью. Немереное количество лепнины, колонн, скульптур и все это с подсветкой сбивало восприятие напрочь.

– Лучший бордель!
– воспел Лон и дернул меня за руку.
– Пойдем, внутри еще лучше!

Я не сомневался, что там лучше, но проверять не хотелось.

К Шалье мы попали только минут через сорок. Лону пришлось долго убеждать главного по борделю в том, что он питает к Шалье чисто профессиональный интерес. Шалье заселился под крышей этого красного дома. Мансарда была обставлена прямо скажем скупо. Отсутствие мебели компенсировалось пушистыми коврами. Лон поклонился Шалье, я повторил его приветствие. Пока я решил посмотреть, как Лон будет говорить с этим типом. Я всегда успею вмешаться.

Шалье предложил традиционные напитки и завел светсткую беседу о погоде и положении дел в городе. Лон говорил, а я смотрел на Шалье. Я представлял его себе стариком, а это оказался мужчина чуть за сорок. Крепкий, невысокий, кудрявый, темноволосый, с не запоминающимися чертами лицами и в чем-то похожем на джинсовый комбинезон и в синей бейсболке.

– Так ты ученик Академии, Лон?
– Шалье был черезчур благосклонен к незваным гостям.

– Да, - Лон глянул на меня, предлагая изложить наши проблемы.

Я кивнул.

– Уважаемый Шалье, позвольте к вам обратиться с просьбой о помощи. Нам надо прочитать одну вещь, а также крайне необходимо связаться

с одним человеком не в этом мире, - внезапно я почувствовал холод в спине.

Шалье что-то тоже почувствовал. Он поднялся и кинул в стену свою чашку. Стена засветилась. Мы уставились на подобие местного телевизора. Черные апатичные люди ходили по комнатам его борделя.

– За вами?
– Шалье махнул рукой, изображение пропало.

– За нами, - я прикидывал, что вполне способен прыгнуть в окно. Вот способен ли Лон спланировать с третьего этажа без ущерба для собственного здоровья, я не знал.

Шалье проследил мой взгляд:

– В окно не годится. Там должны быть посты внизу, - отрезвил он меня.

Я почему-то знал, что это не имеет большого значения, и лишь пожал плечами.

– Лучше по крышам, - Шалье закрыл глаза и что-то прошептал. В трех шагах перед нами появилась лестница на крышу и стал виден люк.

Шалье шел первым, я за ним, за мной Лон. Его крыша была удобной для перемещения, зато вот следующая не очень. Мы миновали последнюю крышу в этом ряду домов. В указанном Шалье месте действительно была удобная лестница вниз в темный заросший сад.

– Что же такого натворили в Академии?
– Шалье остановился на минуту, выглядывая на улицу.

Лон молчал. Я напряженно соображал, что делать дальше.

– Надо бы спрятаться, - я посмотрел на Лона, может он знает хорошее место.

Лон без слов понял мой вопрос и сказал:

– Нет.

Шалье задумчиво посмотрел на нас и предложил отправиться в Великий воинский Дом.

– Это же далеко?
– мой мозг сохранил информацию о том, что это на другой стороне мира.

– Мы же все воины так, что стоит лишь захотеть, - Шалье разъяснил нам, что надо сделать, чтобы воспользоваться открытым для всех воинов каналом телепорта.

Мы стояли на ступеньках у маленького домика. Это напомнило мне китайские ступеньки и храмы.

– Пошли, - Шалье преодолел еще два десятка ступенек вверх и зашел в открытые двери.

Мы последовали за ним без вопросов.

– Они будут знать, что вы здесь, но не зайдут, - пояснил Шалье.
– В этот храм нет дороги не воинам.

– Откуда вы знаете, что они не воины?
– я был настроен более скептически.
– Может они другие воины.

– Они не воины, - мы шли за Шалье по пустой зале Великого воинского дома.
– Воин это не умение драться, это умение побеждать.

– Мило, но бездоказательно, - я все же был юристом до мозга костей.

Лон опешил от моего безверия, а Шалье лишь усмехнулся.

– Можно усесться на пол, - разрешил он нам.
– Сюда приходят, чтобы поговорить с Богами или с собой.

– Нам бы третий вариант, Шалье. Нам надо поговорить с вами, - я дождался кивка Шалье и спросил.
– Во-первых, почему вы нам помогли?
– меня тревожила бескорыстная помощь.

– Вы же воины, - Шалье считал это само собой разумеющимся.
– Да и Черные несут лишь смерть. Мне хорошо живется в Северной Корте.