Контрабандный прогресс

Табоякова Ольга Александровна

Алекс повторил то, что сказал ему только что и добавил:

– Вы, товарищ Чемодуров, будете находится под постоянным ненавязчивым присмотром компетентных органов. Понимаете?

Гриша сглотнул.

– Чего?

Алекс еще раз повторил установки, определяющие будущую жизнь Григория Чемодурова.

– Угрожать я не буду, - ласково пообещал Алекс.
– Мы люди такие, не предупреждаем о неприятностях. Одна ошибка и прощайте товарищ Чемодуров. Это понятно?

Гриша часто закивал.

– Пойдем, -

позвал меня Алекс.

Я вышел из сторожки, а вот Алекс задержался. На мой вопросительный взгляд он пояснил:

– Заставил его водички выпить, кинул туда аспиринку. Голова у него явно болит.

"Вы такой добрый?" - мне хотелось спросить, но я не стал.

– Сказал ему, что это специальный маяк для слежки за ним, - также спокойно продолжил Алекс.
– Он такой доверчивый, не мог удержаться.

В эту секунду я понял, что мне нравится этот бульдожий тип со специфическим чувством юмора.

– А что будет со сторожем?
– Я очень устал, но судьба сторожа меня волновала.

– Ему предложили переехать на другое кладбище. Так сказать специальное ведомственное кладбище. Сейчас их всех погрузят и отправят. Будет себе там сторож Чемодуров жить, Салогуб романы писать, а покойники восставать, пока сторожем будет этот необычный Чемодуров Виктор Васильевич.

Это не было жестоким или ужасным. Меня отпустило.

– Значит, здесь больше нечего делать?
– я повернулся к Алексу.

– Домой, надо отсыпаться, а потом отчет писать, - разрешил Алекс. Садись я тебя подвезу до работы, там возьмешь свои вещи. Домой такси закажешь. На тебе, Жека, лица нет.

– Вообще то мне совсем не так представлялся мой первый рабочий день, - рискнул я заметить на его нелестный отзыв о моем лице.

– Не кипятись, Жека, - мы шли по кладбищу.
– Выйдем к восточной калитке, - сказал Алекс.
– Там моя машина.

Мы молча шли. Я ни о чем не думал, я буквально засыпал на ходу.

В машине мы тоже молчали.

Алекс заговорил лишь в офисе:

– У тебя еще нормальный первый рабочий день, а я вот в первый же день получил сквозное ранение плеча, перелом ноги и огромный синяк под глаз. Ты всего то не выспался.

– Что же вы такое делали в свой первый рабочий день?
– Я понял, что еще легко отделался.

Алекс ностальгически улыбнулся:

– Ловил Жопника.

"Черт, это уже второй раз в этот день вспоминают какого-то Жопника. Вторая загадка после прошлого Петра".

– А кто такой был этот Жопник?
– сон как рукой сняло. Чрезвычайно хотелось знать, что это был за такой крутой тип Жопник.

– О! Жека, это абсолютно секретная информация, - полушутя полусерьезно ответил Алекс.
– Да и времени нет. История эта была длинная, сейчас не время для разговоров. Спать пора.

Мы стояли у комнаты, в которой утром я оставил

свои вещи. Алекс приложил свою магнитную карту. Дверь запищала и открылась.

– Там, - Алекс махнул по коридору, - есть душевая. Карта твоя где?

Я показал на карточку, достав ее из кармана своего цивильного костюма.

– Отлично, Жека. Машину я вызову, у тебя двадцать минут. Отоспишься, отъешься, на работу сегодня не приходи. Жду тебя завтра, будешь писать отчет. Василий посмотрит, поправит.

Я кивнул, на часах уже было пять утра.

– Да, - Алекс вдруг вспомнил, что собирался сказать обязательно, - с другими сотрудниками в этом здании не задирайся, а то проблем не оберешься.

Я ничего не понял, но послушно кивнул.

– Вопросы есть?

– А что это за заклятия на омоложение и другие миры про которые говорил Василий?
– я готов был наплевать на усталость, если только...

– Все завтра, - пообещал Алекс.

Я опять вынужден был согласиться с ним. Завтра, так завтра.

Это завтра растянулось на месяц. Никаких приключений за этот месяц не было. Ничего экстраординарного, ничего парапсихологического. Зато я успел получше узнать сотрудников ОАО "Прогресс". Не всех, конечно. Василий, Клёпа и Алекс - они общались со мной. Петр куда-то пропал. На работе я видел его раза три за весь этот месяц. Бухгалтерша Жанна тоже не общалась со мной, она даже не приходила пить чай к Клёпе, как это обычно делают женщины на работе. Она запиралась в своем кабинете и выходила лишь к Алексу, обмениваясь с остальными односложными "здрасте- до свидания".

Я работал над конкурсной документацией на закупку разных товаров, обрабатывал конкурсные заявки, составлял отчеты, протоколы, письма, договора. Все время был занят, но это работа меня не увлекала. К тому же со слов Клёпы я знал, что обычно этим занималась она. Сейчас у нее появилось свободное время, и она училась вязать.

Утро началось для меня с обеда. Вернее, этот рабочий день начался для меня с обеда. Я отсыпался после вчерашнего полуночной проверки кипы договоров на поставку грузовых машин. Я так и не видел не одной машины, но закупали мы их сотнями.

Прошел уже месяц с моего поступления на эту работу. Конкурсы были закончены, впереди маячила перспектива зарплаты, но на душе скребли кошки. Они там не просто скребли, а еще и жалобно мявкали. Что-то мне было неспокойно на душе. Наконец, я понял в чем мои проблемы. По этому поводу надо было поговорить с Алексом.

Сегодня я купил свежую сдобу в магазине на углу и зашел к Клёпе, чтобы попить с ней чаю и узнать про мнение Алекса. Надо было что-то решать с моей работой, хоть прошел всего месяц. Временами мне начинало казаться, что ничего на том кладбище и не было, только вот кошмары мне снились регулярно.