Консервный нож
Шрифт:
Инспектор выбежал из здания и убедился, что координатор выполнил приказ: зеркального пузыря над островом не существовало, экрани рующее поле было выключено. Никита мог вплавь убраться от "пиратского гнезда" подальше и попытаться по рации связаться со спутником связи. Но он не удержался от соблазна заглянуть в подвал станции - минута-две в его положении ничего не решали.
Дверь в подвальный бункер была открыта.
Как только инспектор ступил на порог, в помещении зажегся тусклый серо-голубой свет, с потолка над входом опустились подрагивающие черные нити, утолщенные на концах.
"Они под напряжением, - предупредил
"Вася" - Двести сорок вольт, температура сорок шесть градусов".
Никита
Бункер был почти пуст.
У дальней стены стояли пинасе, капсула гидрометеоконгроля и гладкий белый цилиндр высотой в рост человека с ядром выступов у дна. Ближе к центру помещения располагались контейнеры: один голубой, с эмблемой колонистов, и два белых с красной полосой, принадлежавшие медслужбе Даль-разведки. Синий контейнер был запечатан, белые открыты.
Никита подошел.
Оба контейнера были доверху наполнены реликвиями древней дайсонианской культуры: первый - "статуэтками" необычных форм, предметами, вызывающими неприятные ассоциации (например, рыбьи внутренности), и вовсе непонятными вещами; второй - трехколен-никами, в которых инспектор узнал дайсониан-ские бумеранги, металлическими на вид тонкими дисками с зазубренными краями, многокрасочными веерами и небольшими коробками из черного стекла.
Пересвет потрогал коробку, раздался щелчок, и из коробки выдвинулся пенал, наполненный… перстнями! Точно такой же носила Флоренс Дженнифер. Никита взял один из перстней. Тот был как живой: теплый, красивый, "мур-лыкнувший" в ответ на прикосновение желто-оранжевой световой гаммой, и у Никиты появилось чувство, будто перстень ему дружески подмигнул.
"Не задерживайся, - напомнил "Вася".
– Я начинаю нервничать, неуютно здесь, да и сюрпризы могут быть".
Инспектор спрятал перстень в карман, повертел в руках одну из миниатюрных статуэток, изображавших, по всей видимости, бхихора - полусущество-полурастение. Но были и различия. Чуть-чуть иная форма тела и нечто напоминающее блестящий комбинезон. Одежда! Странно… Одетый бхихор - это вроде наряженного в брюки медведя… Стоп! Никита ухватился за мелькнувшую мысль. Одетый бхихор… И культ бхихора у современных дайсов-островитян… Не здесь ли корни религиозного обряда? Что, если древние дайсониане и в самом деле были бхихо-рами? Или их родственниками? Сколько накоплено фактов в пользу этого предположения: электрические органы есть у бхихора и были у строителей Сферы; форма кресла; мощные осветители и площадки с почвой планеты в звездолете дайсониан; мягкие коридоры на Д-комплек-се - непонятно, зачем они там, с человеческой точки зрения, и абсолютно ясно, если звездолет и Д-комплекс предназначены для дайсониан-бхихоров - полурастений-полуживотных, имеющих разум!"
– Великий Космос!
– пробормотал Никита вслух.
– Я был прав, когда шутил в звездолете насчет бхихоров…
Он вдруг окончательно поверил в свою гипотезу. Древние дайсониане были родичами бхихоров, как люди - родственники обезьян. А современные дайсы-островитяне наверняка играли роль домашних животных, тех же кошек, существ для игр или выполняющих определенные полезные функции вроде истребления вредителей в домашнем хозяйстве.
"Логично, - одобрительно сказал "Вася".
– Осталось определить, в каком родстве с дайсонианами находились вудволловые леса с их сложнейшими системами биополей. Может быть, вудволлы когда-то были живыми биовычислительными комплексами?" - "Вася", ты гений! Такую мысль можно и в мир пустить.
Спасибо!" - "Да что там, - скромно ответил "Вася".
– Не стоит благодарности. Еще надо суметь выбраться отсюда".
Это замечание остудило кипение фантазии в голове инспектора и заставило направить мысли в сторону отступления.
Никита нашел люк в потолке подвала, через который загружался бункер, и разбил его двумя импульсами "универсала". Убедился, что пинасе заправлен энергией и готов к старту, вывел его в люк, но потом вернулся и сунул в карман статуэтку дайсонианина на память о посетившем "вдохновении ".
Остров с базой Чужих провалился вниз и за- ' терялся в расплавленной массе янтаря - таким казался океан в свете низкой Дайи. Сфера не светилась, и небо казалось бездонным, как трясина..
ДАЙСОН-2
Мухаммед бин Салих облачился в доспехи, мурлыкая что-то под нос. Он был подвижен, энергичен, не терпел бездействия и фанатично верил в свою исключительность.
Суннимур Кхеммат одевался медленно и мол ча, как всегда, уйдя мыслями в себя, в темный мир не доступных никому движений души. Мухаммед не знал, на чем, на каком моральном изъяне сыграл эмиссар Чужих, купив Кхеммата, но чувствовал, что тот не ошибся: биолог с австралийского биополигона оказался натурой загадочной, сложной, эксцентричной и двойственной. В отличие от него, Салих был прям, высокомерен до дерзости, властолюбив, честолюбив и не скрывал ни одного своего недостатка, компенсируя их повышенной внимательностью к приказам начальства, исполнительностью и оперативной выучкой. В погранотряд Даль-разведки он попал случайно, не уразумев сразу всей ответственности и сложности работы этой службы, погнавшись за славой и выгодным вниманием со стороны слабого пола к защитникам цивилизации. Через полгода он понял, что рутинное исполнение обязанностей не соответствует его понятию риска и не утоляет жажды острых ощущений. Он предпринял несколько самостоятельных ходов на планетах, где работал погранотряд. В результате, спасая его и груз, погиб один пилот разведшлюпа и оказалась отравленной долина с зарождающейся жизнью на второй планете системы Дракона. Салих понял, что его могут судить и вообще лишить свободы выбора профессии, и впервые в жизни солгал, оговорив погибшего, переложив всю вину на него. Ему поверили, а вскоре на него вышел эмиссар инопланетян, искавший помощника для работы в Сфере.
Вероятно, Мухаммед в конце концов отказался бы от сотрудничества, если бы уловивший его колебания разведчик Чужих не внедрил в его мозг крошечную капсулу пси-контроля. С этого момента система личности пограничника стала постепенно деградировать, распадаться, упрощаться, приближаться к однолинейной психонатуре с одним-единственным позывом утоления собственных желаний, низведенным до инстинкта. Думать сам Салих не мог и поэтому ошибался чаще, чем хотел эмиссар Чужих.
Кхеммат тоже работал под контролем, но был сложнее и сильнее Салиха, и разведчику не всегда удавалось прочитать его мысли или побудить действовать так, как требовала обстановка.
– Как ты думаешь, он сдержит слово?
– Салих бросил мурлыкать, рывком задернул "молнию" комбинезона на бедре.
– Не понял я его насчет власти. Может быть, он предложит командовать ротой киберов, это тоже власть…
– Заканчивай сборы, - оборвал его Кхеммат.
– Переходим на скорость, диапазон связи - от ста и трех десятых мегагерца до ста трех и семи.
Дальнейший их разговор происходил в радиодиапазоне и занял тринадцать секунд: встроенная в мозг биоаппаратура позволяла ускорять темпы мышления и реакции тела.