Шрифт:
НОРМАН ХАМФРИ
Архипелаг был невелик - семь островов общей площадью шестьсот десять квадратных километров
Норман нашел самый большой остров, напоминавший полумесяц, покружил над ним, всматриваясь в глубины мрачного вудволлового леса, полюбовался мечетью в деревне дайсов, ничего подозрительного не заметил и посадил пинасе1 на северном роге острова у древнего разлома шириной в двести метров.
До назначенной встречи еще оставалось время, и Норман решил пройти к побережью через крыло вудволловой рощи, похожей - что вблизи, что издали - на развалины города
Постояв у разлома, оплывшие стены которого поросли перьями оранжевой гриботравы, Норман направился по густой желто-сизой траве к лесу и окунулся в тень первого вудволла. Пахну 1 Здесь и далее в тексте названия летательных аппаратов заимствованы из терминологии древних мореплавателей Греции, Финикии и Египта ло теплом: в лесу всегда было теплее, чем на открытом пространстве. Касаясь рукой теплой, обросшей пухом стены растительного великана, Норман обошел его кругом и по белым шрамам старых семязавязей определил возраст вудвол-ла: около тысячи лет. Вдруг пришло ощущение скрытого наблюдения, неясная тревога шевель- I нулась в душе инспектора. Тот, кто назначил ему встречу, ни словом не обмолвился, что на острове есть деревня дайсов. Экспедиции здесь не работали, так что выбор места встречи был не случаен, но откуда этот щекочущий спину взгляд извне? Или незнакомец, назвавшийся Альфредом, прилетел раньше и теперь ради страховки наблюдает за ним издали?
Норман поднял голову. Над лесом кружил виброкрыл - живая фотоэлементная батарея размером с земного кондора. К побережью идти расхотелось. Тщетно стараясь избавиться от чувства постороннего присутствия, Норман вернулся к машине. Перевалило за полдень, в белом небе в зените изливала ослепительный свет голубоватая дыра с четко очерченными краями - Дайя. Назначенный час прошел. Норман понял, что ошибкой было лететь сюда одному, не предупредив группу страховки. Правда, Альфред или кто-то, назвавшийся этим именем, не дал времени на размышления и к тому же знал, кем и где работает инспектор Хамфри
Внезапно издалека, с другого конца острова, долетел тонкий жалобный крик Так кричат дети и умирающие олени. Крик смолк, затем повторился, но глуше, и тишина завладела островом, чтобы через минуту прорезаться новым криком.
Хамфри нырнул в кабину пинасса и дал форсаж. Ему понадобилось всего полминуты, чтобы покрыть шесть километров до южной оконечности острова. С высоты открылась панорама деревни дайсов: двенадцать конусовидных яранг, кольцом окружающих лобное место - утоптанную, без травы, площадь с ажурной колонной святилища в центре. Колонна горела чистым зеленым пламенем, совершенно бездымно, в ее глубине корчился бхихор, которому поклонялись дайсы, а вокруг валялись трупы аборигенов, лохматых, большеглазых, похожих на лемуров-долгопятов с кузнечикообразными ножками, кротких даже в смерти.
Норман зажмурился, потряс головой, но это был не мираж и не галлюцинация. Перед ним, как в кошмарном сне, вызванном историческим фильмом о преступлениях фашизма на Земле, лежала расстрелянная деревня иного мира!..
Он не забыл об осторожности, но в его практике это был первый случай массового убийства, причин которому не было и не могло быть, и Норман открылся. Он вышел из пинасса, метнулся по площади, отыскивая живых, не нашел, бросился к хижинам. Реакция у него была
– Не торопись. Норман, вы слышите меня?
– Аль…фред?
– прошептал Норман, слабея. Человек засмеялся странным взлаивающим смехом.
– О нет, Альфред - это мыльный пузырь, которым мы заманили вас на остров.
– За…чем?
– Теперь виновник этой бойни - вы! Временное умопомешательство, такое бывает при укусе виброкрыла. Но для хозяев Сферы и всех трех Дайсонов этого будет достаточно, чтобы убедиться в агрессивности и жестокости людей, и они вас вышвырнут из Сферы.
– Кто… вы?
Человек снова засмеялся, нагнулся.
– Не узнаете?
Норман широко раскрытыми глазами вгляделся в надвинувшееся лицо и вдруг'стал приподниматься. Он узнал!
– Кае… Кае…
– Узнал, молодец.
– Странно, - сказал второй член группы.
– Он давно должен был отключиться, я же всадил ему две иглы.
– Пора кончать, - вмешался третий.
– У них такая система страховки, что скоро здесь появится весь их погранотряд.
Норман обмяк.
Говоривший перевернул его на живот и пинцетом выдернул из шеи две черные иголки.
– Шприц!
Парень с пистолетом и сумкой подал странной формы шприц. Первый воткнул иглу, похожую на клюв, в места уколов иглами с парализующим ядом, выдавил кубик белой жидкости.
– Порядок. Вот теперь его и в самом деле укусил виброкрыл. Пистолет!
– Здесь еще есть заряды.
– Оставь один, остальные в дело.
Пока обыскивали инспектора, парень в несколько выстрелов поджег оставшиеся яранги и вложил рукоять пистолета в ладонь Нормана.
– У него рация работает и две видеокамеры.
– Камеры обезвредить, рация пусть работает. Уходим.
Начальник группы убийц достал из сумки самого молчаливого напарника аппарат с раструбом, приставил к голове Нормана, покрутил лимбы настройки, глядя на мерцающий экран, и нажал на красный квадратик единственной кнопки.
– Мы гуманны, - пробормотал он, - мы не убиваем представителей высшей расы без особой нужды, просто человек забудет, что он делал.
Из-за стены вудволла вышел еще один член группы
– Все спокойно, ни один не ушет
– Хорошо, Коршун, твой манок сработал. Парень, видно, забыл, что ни одно живое существо Дайсонов не кричит.
– Люди всегда бросаются на помощь кричащему, это инстинкт
– Уточняю, инстинкт сохранения вида, и это очень опасный инстинкт, основанный на их морали, а не на разуме. Нам еще придется повозиться, чтобы добиться желаемых результатов. Всем в шлюп.
Пятеро неизвестных скрылись в лесу. Спустя минуту над "развалинами" вудволлов показался серый диск шлюпа и тут же превратился в цепочку "призраков", растаявших в небе, - в таком режиме взлетают обычно автоматические десантные модули