Конец Рублевки
Шрифт:
– Летова, не тупи, душа моя. Жду тебя у Пушкинского в 21.00.
– Я не успею заехать домой переодеться, – озвучила последнюю отговорку.
– Не позорься, Летова. Ты умная баба, а родила тупейшую отмазку. Ты же на работу как на подиум наряжаешься! Шевелись!
Марина улыбнулась. Первый раз за целый день. Уже ради одного этого факта подруга заслуживала того, чтобы составить ей компанию для киносеанса. Снисходительно молвила:
– Откуда у тебя столько активности? Ладно. Согласна я.
– Кто бы сомневался, – хихикнула приятельница и тут же нажала на «отбой», чтобы
Выезжать было еще рановато. Впрочем, с учетом пробок, уже стоило выдвинуться. Девушка спустилась на первый этаж и вышла на улицу. Офис располагался в безлюдном укромном переулке, коих в центре Москвы немало. Такси следовало ловить на противоположной стороне. Направилась к зебре. Дождалась зеленого сигнала светофора, сделала шаг, намереваясь перейти дорогу, и едва успела отпрыгнуть от мчавшейся прямо на нее машины. Автомобиль скрылся за поворотом. Ни номера, ни марку разглядеть не успела. Хотя даже если и разглядела бы – толку? С заявлением типа «меня чуть не сбили» в милиции засмеют.
Марина выругалась. Сердце долбило грудную клетку обезумевшим дятлом. Решила побродить по тротуару, чтобы чуть-чуть успокоиться. «Сегодня однозначно не мой день», – девушка рассердилась на невесть откуда взявшуюся тревогу. Вопреки рационализму развернулась и отправилась обратно в офис. Охранник удивленно приподнял косматые брови, став похожим на старичка-боровичка.
– Забыли что-то поди?
– Нет. Просто домой расхотелось, – повернула на лестницу. Вдогонку донеслось тихое «Ой и чудны крестьянские дети!»
В лучах заходящего солнца пространство кабинета приобрело нездоровый желтушный оттенок. Прикрыла жалюзи, зажгла настольную лампу. Посидела пять минут. Волнение не покидало. Включила компьютер. Долго смотрела в пустой монитор. Потом вошла в «Избранное», запустив в Интернете страничку понравившегося художника. Захотелось пересмотреть фотографии. Улыбнулась, обнаружив забавнейший снимок: большая белая медведица обнимала лапами двух крошечных медвежат. Их чистая шерстка ослепляла так же, как сверкающий под солнцем снег. Интересно, как делаются подобные кадры? Это ж сколько времени надо было подкарауливать животных?
Прочитала комментарий автора с распространенным и пресным, как недосоленный хлеб, ником Алекс: «Сделано на острове Врангеля, апрель сего года». Судя по всему, Алекс был парнем немногословным. Девушка еще раз пробежала взглядом по экрану и заметила, что есть еще вторая страница. Поспешно кликнула мышкой на «Далее» в предвкушении новой порции умиротворяющих картин русского Севера. На второй странице была всего одна фотография.
Марина неотрывно глядела на снимок, ощущая, как по необъяснимым причинам вдруг пересохло во рту и стало трудно дышать. Неприятные события минувшего дня растворились в нескольких сотнях килобайтов, кроме которых больше ничего и не существовало на свете. В фоновом режиме трезвонил мобильный, но оторваться от монитора не было сил. С трудом перевела взор на авторскую ремарку. Она гласила: «Вот и я испытал то же самое…»
Глава 4
– И я испытала адские муки, понимаешь? Я стояла одна, среди незнакомых
– Светка, ну хватит ерничать. Я же попросила прощения. Я правда собиралась составить тебе компанию. Но вечером такие обстоятельства произошли. В общем, прости. Я должна была позвонить и предупредить.
– Ох, доброта моя меня погубит. Так и быть, живи, – примирительно сказала подруга, чья обида никогда не длилась дольше десяти минут. – А что за обстоятельства-то? Надеюсь, привлекательные и состоятельные?
– Эээ, можно и так сказать, – чтобы на разочаровывать приятельницу, соврала. – Ты лучше расскажи, как прошла премьера?
– Как-как! Сногсшибательно! Ты многое потеряла. Я там оторвалась по полной!
– Кто бы сомневался…
– Да уж никто! Подробности поведаю позже, сейчас тороплюсь. И не спрашивай куда! Все равно не расколюсь, – деловито прочирикала Светлана.
«Никто и не намеревался спрашивать», – подумала Марина, а вслух ответила:
– Режешь меня без ножа.
– Так тебе и надо. Помирай от любопытства. Таково твое наказание.
…Новых писем в электронном ящике не было. Очень плохо! Вчера, после того как прошло первое потрясение, Марина настрочила письмо фотографу и отправила на e-mail, указанный в его личном профиле. Популярно объяснила, что мол, так и так, известная звукозаписывающая контора жаждет использовать фото из его частной коллекции для оформления музыкально альбома. Если автор не против, нижайше просим срочно связаться по указанному телефону для обсуждения юридической и финансовой стороны вопроса.
Девушка привыкла работать быстро. Вынужденное ожидание, тормозившее процесс, выводило из равновесия. С такой обложкой диск «Арктики» сметут с прилавков в рекордные сроки. Вопреки отсутствию логических предпосылок, уверенность была железная. Марина предчувствовала. Значит, так непременно и будет!
Пообещала себе подождать пару дней. Если автор не объявится, ему же хуже. Она использует его фотографию без спроса. Он должен быть счастлив уже потому, что его творением заинтересовались серьезные люди.
Пролистала ежедневник. Через час предстояла встреча с директором Лолиты, через два – с руководителем рекламной службы одного центрального телеканала. Еще б не забыть, что вечером в офис приедет Илья, арт-директор крупнейшего на юге России ночного клуба. Они сотрудничали уже больше года: периодически Илья просил посодействовать организации концерта того или иного артиста. Марина, в чьей записной книжке хранились номера телефонов практически всех отечественных исполнителей и менеджеров, отвечающих за их гастрольную деятельность, всегда с радостью помогала. За высокий процент. Поскольку платил Олег не из своего личного кармана, то деловой подход девушки добрым отношениям не мешал.