Конец клинка ночи
Шрифт:
Отдых исцелял от истощения, хотя он спал как убитый. Дни проходили без особой активности. Фумио приказал своим людям разграбить поле битвы и сжечь все, что они могли. Несмотря на то, что он проспал большую часть дней, Коджи слышал достаточно, чтобы знать, что Каташи отступил к реке, к мосту, который вел к его землям. Учитывая разницу в их количестве, Фумио было бы глупо нападать.
Обе стороны отдыхали, залечивая раны и строя планы. Через несколько дней после битвы за Коджи пришел посыльный. Фумио потребовал его присутствия.
Чтобы добраться до палатки
Когда он вошел в палатку командира, все внутри встали и низко поклонились ему. Коджи нахмурился.
— Что это означает?
Фумио ответил:
— Истории о твоих деяниях распространились по всему лагерю. Твоя сила была жизненно важна для разрушения линии правителя Каташи, и рассказы о твоих боях становятся легендами.
У Коджи не было сил на это. Он просто был благодарен, что дошел до палатки и все еще стоял.
Фумио указал на стул и выгнал других. Они вскоре остались вдвоем.
— Как ты? — спросил генерал.
— Уставший, но в порядке. А вы?
— Что ж, в первом бою мы победили, и это будет важно. Я говорил всерьез. Если бы не ты и клинки, бой был бы безнадежным. Ты разбил их центр и позволил нам продолжить. Спасибо.
— Не за что.
Фумио разглядывал его, а потом передал запечатанное послание. Коджи посмотрел на печать Мари, потом на Фумио. Его вопрос был очевиден.
— Прислали две копии приказа. Я уже знаю, что там.
Коджи открыл письмо и прочел, его глаза расширились. Затем он снова перечитал письмо, чтобы убедиться, что прочел его правильно. Он отложил письмо и уставился на стены палатки.
— Ты сделаешь это? — вопрос Фумио звучал как искреннее любопытство, будто решение могло быть любым.
Коджи знал, что сделает это, но сказать это вслух было невыносимо. Наконец он кивнул.
— Ты не обязан.
— Вы можете придумать другой способ?
— Только при большой удаче.
— И я не могу.
Они сидели молча, каждый погрузился в свои мысли. Фумио первым нарушил тишину:
— Она дала вам ужасное задание.
Коджи кивнул.
— Если бы был другой путь, я бы бросился на него, но я не знаю, где его найти.
Фумио встал и еще раз поклонился Коджи.
— Ты несешь большую часть нашей безопасности, нам стыдно. Прими мою благодарность и мое уважение, что бы ни случилось.
Коджи ответил на поклон, чувства захлестнули его.
— Я оставлю вам большую часть клинков. Их новый командир придет до конца дня. Я никому не прикажу следовать за мной, но я уверен, что некоторые пойдут.
Коджи вышел из палатки, его разум был удивительно спокойным. Ему был дан приказ, и, как бы он ни относился к этому, он его выполнит. От него зависели жизни
Он пошел к лагерю, где находились клинки. Ему придется набрать добровольцев, потому что он никогда никому не приказывал выполнять указания, которые давала ему Мари.
* * *
Попасть в земли Каташи оказалось проще, чем ожидал Коджи. Рассмотрев несколько вариантов, Коджи решил, что его группа была достаточно мала, чтобы им не приходилось сражаться за один из сложных мостовых переходов. У него с собой была всего дюжина клинков, и не было смысла рисковать жизнями напрасно. Вместо этого он снял три небольшие лодки, чтобы переправить их через реку в неохраняемом месте посреди ночи.
Переправа не обошлась без проблем. Одну из лодок снесло течением, и клинки ночи в ней оказались почти в лиге ниже по течению от остальных. К счастью, они придумали такое обстоятельство, и группа объединилась до рассвета в заранее оговоренном месте.
Клинки были в походной одежде, но Коджи увел их подальше от проторенных дорог и городов. Чем меньше людей их увидит, тем лучше будет.
Коджи не нравились приказы, но его одобрение не требовалось. Его логика была простой: он верил в Мари и пойдет на все, чтобы воплотить ее мечту о мирной земле. Если для этого потребуется совершить ужасные поступки, он возьмет на себя бремя.
Однако их путешествие по землям Каташи заставило его задуматься. Он родился здесь, и хотя у него больше не было особой привязанности к этой местности, его мысли часто блуждали. После двух дней путешествия он осознал, насколько маленькой была разница между этой землей и землей Мари.
Трава и посевы здесь были в не лучшем состоянии, чем земля, которую они оставили. Засуха ударила здесь так же, как и в лигах отсюда. Люди здесь тоже страдали от голода. Может, ситуация тут была даже хуже.
Коджи предположил, что в этом был урок. Легко было предположить, что ваши враги жили другой жизнью, что существовало фундаментальное различие, которое было невозможно преодолеть. Но, пока Коджи и клинки шли, он осознал, насколько ошибочной была эта идея. Фермеры здесь боролись с землей и засухой так же, как и на землях Мари. От осознания того, какие страдания он собирался причинить им, у него закружилась голова. Но для мира Мари его действия были необходимы.
После нескольких дней пути Коджи решил, что рискнет приблизиться к деревне и собрать больше информации. Одна из клинков, молодая женщина по имени Сакура, вызвалась присоединиться к нему. Остальные разбили лагерь подальше от посторонних глаз.
Деревню, в которую они вошли, нельзя было так назвать. Она состояла не более чем из десяти домов вокруг небольшой поляны для собраний. Коджи и Сакура подошли как путешественники, их мечи были хорошо замаскированы. Сакура, в частности, ненавидела мысль прятать оружие. Ее гордость клинка ночи руководила многими ее действиями, и, если бы она решала, она пошла бы в деревню с мечом на бедре, провозглашая, кто она такая, так же громко, как черные мантии, которые они обычно носили.