Конец клинка ночи
Шрифт:
Коджи подавил желание упасть на колени и закрыть глаза. Он не мог, не перед своими воинами. Но на тот день все было кончено. Они выиграли битву.
9
Мари отпустила тетиву, смотрела, как стрела летела в мишень. Ее полет закончился приятным стуком по деревянному мужчине. Хоть она скрывала эмоции, гордость тепло сияла внутри. Она давно не стреляла, но навыки не угасли. Рядом с ней Такахиро выпустил свою стрелу, едва попал в край цели.
Они стояли в длинном коридоре в доме ее семьи, коридоре,
Она не любила стрелять в помещении, но коридор было легко охранять, и опасения за ее безопасность в последние дни только усилились. Хотя у них не было доказательств, и Такахиро, и Аса были уверены, что мятежные группировки нацелены на нее. По крайней мере, стрелять в помещении было лучше, чем совсем не стрелять.
Хотя Такахиро молчал, Мари все равно слышала его возражения. Он думал, что они должны были работать над проблемами, стоящими перед их землями их дома. Хотя он не высказывал своего мнения, он беспокоился, что она не воспринимала проблемы так серьезно, как это было необходимо.
Но это было далеко от истины. В течение нескольких дней Мари не думала почти ни о чем другом. Но ее усталому уму требовался перерыв, и она надеялась, что стрельба из лука избавит ее от стен, образующихся в ее мыслях.
Утром они получили известие с поля боя на западе и в любое время ждали известий с юга. Новости Фумио вызвали у Мари неоднозначную реакцию. Победа обрадовала ее, но сообщения о потерях было тяжело принимать. Они выиграли битву, но ценой тысяч жизней. Фумио потерял почти четверть своей армии, и Каташи организованно отступил, прежде чем его позиции раскололись. Цена победы была слишком высока. У Каташи по-прежнему было подавляющее численное преимущество.
Мари больше не позволяла этим мыслям приходить в голову. Она сосредоточилась на движении лука, натянула тетиву к щеке и сосредоточила дух на цели. Сделав медленный, глубокий вдох, она отпустила, и снова стрела задрожала около центра цели. Такахиро сомневался в ее желании стрелять из лука, но не понимал, что это был один из немногих случаев, когда она могла сосредоточиться.
Мир рушился вокруг нее. Хотя она была главой своего дома, аристократы, которые должны были поддерживать ее, сговорились против нее. Клинки, ради спасения которых она рискнула собственными солдатами, подумывали покинуть Королевство. Два других лорда работали вместе, чтобы уничтожить ее землю. Она чувствовала себя осажденной со всех сторон, ей некуда было бежать.
Мари услышала за спиной шарканье ног и опустила лук. Вошел посыльный, доставил сообщение Такахиро и удалился. Такахиро быстро прочитал письмо и передал его Мари.
— Генерал Масааки приказал отступить, прежде чем его силы смогут быть разбиты. Он планирует двинуться на север на несколько дней, а затем занять другую оборонительную позицию.
Мари тихонько выругалась, читая письмо. Масааки писал витиевато, используя
Масааки не должен был победить, но новости были разочаровывающими. Его силы значительно превосходили численностью Исаму, и Мари дала ему четкие указания, что отступление намного предпочтительнее героического последнего боя. Несомненно, генерал воспротивился этим приказам.
Хоть она ожидала проигрыша, слова все еще били ее с силой ответной пощечины. Как она могла заставить это работать? Их было меньше, и враги окружали ее со всех сторон. Список союзников, в которых она была уверена, с каждым днем сокращался.
Она снова попыталась поднять лук, но не могла сосредоточиться. Она опустила лук, не отпуская его. Впервые она подумывала просто сдаться.
Мари почти не сомневалась, каким правителем будет Каташи. Этот человек был хитрым, сильно сосредоточенным на себе. Возможно, он обещал относиться к людям Мари как к своим, но она не могла представить себе мир, в котором это было бы правдой. Люди, которых ее семья защищала на протяжении многих поколений, окажутся под пяткой того, кто будет оскорблять их до бесконечности.
Исаму мог быть лучше, но Мари не видела мир, где Исаму стал королем. Каташи был слишком хитрым, и у него было преимущество.
Но Королевство нуждалось в мире. Ранняя и жестокая зима заморозила посевы, всем домам будет тяжело с запасами. Мари знала, что ее запасы были ужасно небольшими, и если у них не было хорошего урожая, голод заберет больше жизней, чем война. Всякий раз, когда Мари смотрела на карту, она думала о том, как каждое движение армии уничтожало поля, где не будет урожая в этом году.
В историях, которые она изучала, войны часто длились годами. Но эта закончится в течение сезона. Так должно быть, иначе они все были обречены.
Такахиро оторвался от второго чтения письма и увидел, что его леди страдала.
— Мари, что случилось?
Она боролась, чтобы в голосе не звучала тревога.
— Как думаешь, мне следует сдаться?
Такахиро выглядел озадаченным.
— Ты не можешь сдаться, потому что проиграла одну битву!
— Нет, — если кто и мог увидеть правду, так это Такахиро. — Дело не в поражении на юге. Речь идет обо всех проблемах, с которыми мы сталкиваемся. Если я ответственный правитель, мне нужно задать вопрос: станет ли мой дом лучше, если я сдамся?
Младший советник извергал бы пустые банальности, но не Такахиро. Он стоял с письмом в руке, задавая себе тот же вопрос, на который Мари не решалась ответить.
— Нет, — наконец сказал он. — Если ты уйдешь, Йошинори почти наверняка получит власть. Ты знаешь, как он относится к твоим людям, особенно если Каташи потребует от него уступок. Пострадает всякий, кто не аристократ. Ты — лучшая надежда страны.
Эти слова утешили Мари, но она ненавидела то бремя, которое на нее возложил Такахиро. Пока он оставался ее советником, для нее не было покоя. Она ценила это в нем.