Кома

Эллер Кира

Снились мне исключительно всякие кресты, венки и букеты на могилах.

На следующее утро меня разбудил мерзкий будильник, когда еще не было и восьми. Треснув по нему со всей силы, отчего он улетел под трюмо, я вспомнила, что сама поставила его на такую рань. Пора, брат, труба зовет. С утра натощак девушкам очень полезно позакапывать всякие вещи в саду, могилы, например. Очень способствует стройности и хорошему самочувствию. Со стоном я сползла с кровати, все кости ломило от вчерашнего падения. С тех самых пор, как я приехала, я то и дело попадаю во всякие дурацкие ситуации и падаю, впрочем, падаю не только я. Подумав об этом, я радостно захихикала.

Я залезла в шкаф, выудила оттудова джинсовый комбинезон,

старую майку, обрядилась во все это и стала спускаться вниз. Из инструментов решила ничего не брать - ведь заступ там рядом стоял. А больше мне ничего и не нужно. Правда, закапывать яму в полтора метра глубиной еще то занятие, но надо хотя бы немного ее забросать. Размышляя таким образом, я спустилась, вышла из дома и первое, что я увидела - Сирье, выходящую из-за камина с пучком морковки в руках ( там как раз грядки находятся).

Я так прямо столбом и встала. Что делает Сирье дома? Она должна быть на работе уже давно... И совсем не должна шататься по моим раскопкам. А во-вторых, после выхода из-за камина у нее был такой спокойный и безмятежный вид, что я нечаянно подумала - а может, это она сама вырыла яму, если совсем не удивлена? Вопросов у меня была куча, один другого труднее, и что еще хуже, это то, что ни на один из них самостоятельно я ответить не могла. Кроме того, я очень надеялась, что меня никто не увидит ни в такой одежде, ни за закапыванием могил, потому что даже самая дохлая крыса в сарае прекрасно знает - если Кей вышла в огород и пытается что-то там сделать кто-то очень большой в лесу сдох. Меня земля не любит, самое большее, на что я способна - пообрывать ягоды или полить маленький кактус. Увидеть меня за прополкой для моих родственников в деревне было бы равносильно разряду на электрическом стуле. А потому я оказалась в дурацком положении. Смываться поздно, комбинезон уже не стащишь, Сирье меня заметила и успела оценить. Может, сказать, что теперь в моде рвано-огородный стиль?

Я так и не успела ничего сказать, как у дома притормозила сине-белая машина с мигалкой, при одном виде которой у меня упало сердце. Уж лучше с Сирье разбираться, чем с...

Из машины уже вылезли двое полицейских и направлялись к нам. Тот, что шел чуть впереди, мило поздоровался. Слишком уж мило... Эдгар Кукс - прочла я на табличке у него на правом кармане рубашки.

– Добрый день, - произнес он, - Сержант Кукс, городская полиция.

– Добрый день, - поздоровалась Сирье. Я только кивнула, в любом случае не смогла бы выдавить из себя ничего лучше предсмертного хрипа.

Сержант не стал ходить вокруг да около:

– Вы обе здесь живете?

– Да, - пролепетала Сирье, морковки в ее руке бодро топорщились.

– На вас поступила жалоба. Нам сказали, что в вашем доме происходит что-то странное, слышатся крики, виден странный свет, а вчера вечером кто-то вломился к вашим соседям и учинил форменное безобразие, - тут Сержант Кукс почему-то прыснул, однако сумел совладать с собой и снова сделал строгое лицо.

На Сирье страшно было смотреть.

– Кроме того, - продолжил Кукс, - когда соседка ночью вышла на шум, ей показалось, что в вашем саду происходит что-то странное, а точнее, что при свете свечей в дальней части сада вырыта могила, на краю которой кто-то сидел.

Ах так, старая карга подглядывала, когда я рассматривала могилу в свете зажигалки... Ну погоди у меня, я тебе отплачу... Если, конечно, меня не посадят.

– Поэтому я прошу разрешения на осмотр территории. В случае отказа мы предъявим ордер на обыск.

Точно посадят. В десяти метрах за камином лежит мой билет на нары... Я обессиленно прислонилась к вишне. Будь что будет.

Законопослушная Сирье предоставила властям полную свободу. Кукс кивнул напарнику, и они размеренно стали прочесывать сад, но к сожалению, начали с противоположной стороны. Уж лучше бы сразу заглянули

за камин и дело с концом. А так ждать как минимум полчаса, пока они тут каждый куст пересмотрят.

У забора послышалось слабое тявканье. Я обернулась - так и есть. Подлая соседка вытащила собачонку на прогулку во внеурочное время, чтобы полюбоваться на результат своих трудов. Небось через дальний забор ей плохо видно, вот она и вышла на улицу под предлогом. Она волокла свою шавку по земле на поводке, ни гулять, ни тем более пачкать газон последняя никак не хотела. Но хозяйку это, впрочем, волновало мало. Делая вид, что просто прогуливается, она изо всех сил косила глаза в наш сад, удивляюсь, как они у нее еще на стебельках не вылезли. Любуется... Впрочем, мне тоже есть на что полюбоваться, отметила я с удовлетворением. Соприкосновение постоянно окрашенных волос с перекисью чревато... неожиданными результатами. И хотя карга накрутила поруганную шевелюру на бигуди и прикрылась платочком, от меня не ускользнул прекрасный светло-зеленый цвет волос. Блин, подумала я, ведь видела же в бане аптечку, надо было еще зеленки или марганцовки добавить. Ну да ладно, светло-салатовый цвет тоже ничего. Придает ей полное сходство с кикиморой болотной. Так ей и надо. Однако я почти сразу переключилась с тихой радости за проделанную пакость на мелькающий в глубине сада полицейских, и тяжело вздохнула. Ну что же это такое творится этим летом? Ни минуты покоя, такое впечатление, что все сговорились меня доставать, а я вляпываюсь в одну неприятность за другой. Или это одна неприятность, просто очень большая?

Кажется, я порядком задумалась, вспоминая все подробности моих несчастий, поэтому вздрогнула, когда из-за камина вышел Кукс. Вид у него был растерянный, волосы растрепались - небось под яблонями лазил, на ветки натыкался. Шедший за ним напарник также был не слишком аккуратным и чуть не свалился в бассейн. Мое сердце совершило последний головокружительный кульбит и притаилось в недрах грудной клетки. Сирье успела уйти в дом, так что моего позора не увидит.

– Хм...
– издал Сержант и вопросительно на меня зыркнул. Чего он хочет? Чтобы я сама во всем призналась? Ни за что!

– Вот... , извините, ...
– мялся он и смотрел все вопросительнее. До Меня доехало.

– Катарина.

– Катарина, - облегченно сказал Кукс и поправился: - прейли Катарина. ( Прейли - что-то вроде мисс или фройляйн на эстонском. Прим. Автора) нам очень жалко, что пришлось вас побеспокоить, судя по всему, вашей соседке просто померещилось.

Старая грымза за забором уже вытянула шею вбок, пытаясь расслышать, о чем идет речь. Скоро жирафой станет. Мне сразу стало приятнее на душе, когда я представила себе зеленого жирафа в лиловый горошек.

– Вы хотите сказать, что жалоба была надуманной?
– я заглянула сержанту в глаза. Молоденький такой, смущается... Интересно, сколько красивых парней я встретила с начала лета? И от всех пока одни неприятности.

– Да, - краснея, признался Кукс.
– Мы абсолютно ничего не нашли подозрительного.

Погодите... А могила? Или мне приснилось? В любом случае, кажется, гроза прошла мимо, теперь надо спровадить милашку сержанта и пойти проверить почву за камином. Но сначала... Меня осенила гениальная идея.

– Мы очень сожалеем, что побеспокоили, но вы понимаете, мы должны были проверить...- бубнил полицейский, не замечая, что мне его извинения нужны как собаке третий хвост.

– Простите, - невежливо перебила я, - вы занимаетесь только подозрениями в убийствах или вы призваны служить гражданам вообще?

– Ну, - сказал он, - в принципе мы занимаемся порядком вообще. Это просто вызов сегодня такой был.

– А правом собственности вы тоже занимаетесь?
– напирала я.

– Разумеется, - Избавленный от унижающих извинений Кукс приобрел былую стать и уверенность.