Кома

Эллер Кира

Семь часов, целые семь часов я находилась в напряжении, пытаясь спасти еще раз того, кого любила и пытаясь перехитрить этот чертов генератор. Мне удалось, и казалось бы, я должна быть на седьмом небе. А я не там. Эти семь часов рядом с ним доказали мне, насколько наивной была моя любовь. Да, наверное, в моей жизни она самая чистая и самая настоящая, но что

толку-то? Теперь он жив, точнее, он уже целых десять лет как жив, у него своя жизнь и на меня ему плевать. Но ведь я и не хотела внимания, мне нужно было просто знать, что он существует... Что ж, он тут.

Я растерянно шаталась по квартире, не зная, куда себя деть. С самого момента моего возвращения меня огорошила реальность, словно на меня вылили ушат холодной воды и я наконец прозрела. Что я здесь делаю? Что у меня тут осталось? Встреча с Иде разбила мою жизнь на две половины - мою старую жизнь и новую, с начала которой вся моя земная жизнь покатилась под откос. С каждым днем становилось все меньше и меньше вещей, которые удерживали бы меня на земле. Друзья от меня отвернулись, потому что перестали меня понимать, институт отпал, поскольку те знания, что мне хотели дать, не были и тысячной того, что было уже в моей голове. Небеса затягивали меня все больше и больше, там были мои друзья, мое будущее, так какой смысл мучиться? Какой смысл оставаться тут? Я высшая, тело мне вернут, и я смогу возвращаться сюда когда и на сколько захочу. Разве мне есть, что терять?

До самых сумерек я шаталась по квартире как неприкаянная, пытаясь осмыслить свое положение, взвесить все за и против. Разумеется, это был чисто земной стресс после семичасовой нервотрепки, но он был неизбежен. Я попыталась достучаться до Иде, или до кого-нибудь из ребят, но их почему-то не было. Вышло так, что в самый тяжелый для себя момент я оказалась одна. Комнаты уже погрузились в сумрак, когда я вылезла на балкон покурить. На балконе стоял старый кухонный стол. Раньше я частенько в теплые дни сидела на нем с ногами и смотрела вниз. В принципе, было не слишком высоко двенадцатый этаж,

но вид с балкона все равно был замечательный. Дом стоял в низинке и немножко на отшибе, так что передо мной расстилалась во всю свою длину улица Генерала Антонова, уходящая вверх, туда, где за старым кинотеатром садилось солнце.

Сидя тут, с сигаретой в руке, я пялилась на огромный красный блин, медленно ползущий вниз, чтобы исчезнуть за домами, и тут внезапно все стало таким простым и ясным... Как же я забыла... За мной долг, солидный долг. Ведь на место Индре должен прийти другой... Или другая... А что может быть лучше высшей, потерявшей всякий смысл земной жизни?

Я перегнулась через перила и посмотрела вниз. Невысоко, даже дух особо не захватывает... правда, бетонная площадка прямо под окнами внушала надежду на благополучный исход. Я старательно огляделась, не пялится ли кто из окон, затем ненадолго вернулась в квартиру, чтобы проверить свет и газ. На секунду забежала к соседке и дала ей ключи, на случай "если забуду свои". Выполнив все, что хотела, я вернулась на балкон и снова закурила.

Солнце уже почти доползло до крыши общежития на горизонте, его раскаленный овал, казалось, собирался ее расплавить. Завтра будет очень жарко, наверное... Как будто это меня волнует...

Я тряхнула головой и залезла на стол, встала на нем во весь свой рост и подошла к краю. Так было уже намного интереснее, чем просто смотреть через перила. Бетонная площадка под моими ногами маняще поблескивала в свете рано зажегшихся фонарей.. Чуть дальше - детские качели-карусели. Хорошо, что уже поздно и там никто не гуляет. Детям вредно смотреть на такие вещи... Я наклонилась чуть вперед и разжала пальцы. Белой палочкой с красным угольком сигарета полетела вниз, пролагая мне путь. Последний путь.

Кинув последний взгляд на умирающее солнце, я с легкой душой шагнула в пустоту. Это ведь так легко сделать, если ничего не бояться....

Январь-июнь 2000г.