Колокольчик в Праге
Шрифт:
С немым вопросом Алексей Аврелин повернулся к Михаеле Констатни:
– Своего рода обстоятельные дела?
Михаела Констатни с досадой нахмурила бровки:
– Все казалось так хорошо. Обрадовались ее переезду к нам, привели квартиру в порядок … Все шло, своим чередом. Ни проблем, никаких пьянок. Вот надо же такому случиться.
– Почему вы так говорите? – осведомился Алексей Аврелин, подкуривая сигарету и щурясь, чтобы не упустить Петру Степанкову из виду.
– Ну, – неопределенно отвечать стала домуправляющая: – Вокруг творятся такие
На пороге образовался мужчина. Михаела Констатни мелкими шажочками просеменила к нему. Обняв его рукой за плечи, пригласительным жестом повела к столу.
Евгения посмотрела на мужчину очень серьезно, прощупывая все пальцы на своих ладонях. Она внимательно смотрела, как Алексей Аврелин и мужчина пожали друг другу руки. Продолжая их разглядывать, было ясно – она знала все о мужчине; казалось, она не могла прийти в себя. Мужчина так ее шокировал своим приходом в гостиную, что для Алексея не совсем понятно было: «Чем?». У Павла Степанкова были блестящие черные глаза, желтоватая кожа и лицо морщинистое; ему было приблизительно около сорока лет, как и супруге Петре Степанковой.
Михаела Констатни присела по середине величественного, бежевого дивана эпохи модернизма, принадлежащего раньше богатой бабушке, которая здесь жила задолго до того, как появилась Евгения; и думала о том, как же, ей – замечательной домуправляющей удалось заполучить такого очаровательного гостя.
Алексей Аврелин понял, что вести разговор по своему курсу ему не удастся с Михаелой Констатни. И сосредоточил свое внимание на помощнице Степанкове. Взяв инциативу в свои руки, можно начать делать очевидные выводы и оценивать все!
Вызвать Петру Степанкову на непринужденный разговор особого труда не представляло. Она любила говорить. Особенно обо всем, что не затрагивает неприкосновенных тем общежития. Алексей Аврелин сделал вид, что внимательно слушает, вставлял где «надо» восклицания и вопросы. Вскоре он многое узнал о Петре Степанковой. Понял много такого о жизни общежития, о чем не подозревала Михаела Констатни.
– Следовательно, вы – экономка? – серьезно произнес Алексей Аврелин.
– Да. – довольно ответила Петра Степанкова, не замечая удивленные взгляды Михаелы Констатни и супруга Степанкова.
– Вы естественно помогли Евгении обрести безмятежное успокоение в квартире? Перестановка мебели, шторки… – Алексей попал в точку.
Согрела радость девушку, послышавшаяся в голосе Алексея Аврелина. За всю свою жизнь ей еще никогда не нравился ни один мужчина. Тем более она никому не верила, пока не произошли грандиозные события в жизни, проживая в этом старом общежитии.
На лице же Михаелы Констатни четко выразилось желание дать отрицательный ответ, который тут же мог последовать после вопроса, поэтому опередив Петру Степанкову, поспешила сказать:
– У Петры болели зубы. А недавно ей посоветовали оперировать грыжу позвоночника …
– Слишком много новостей! – внезапно прокомментировала Евгения.
Алексей Аврелин воззрился на Михаелу Констатни: прямолинейный по-детски
– Ну и что дальше? – упрямо спросил Алексей Аврелин у молодой девушки.
Евгения смерила его взглядом.
Павел Степанков откинулся на спинку дивана.
– Смотря «что?» является причиной вашего интереса, – с вызовом ответила Михаела Констатни. – В конце концов, мне вовсе не хотелось бы раскрывать роковые тайны совершенно чужому человеку. Но должна вам сказать, – добавила она, спокойно посмотрев на каждого за столом: – У нас здесь присутствует только гармоничность …
Обратившись исключительно к домуправляющей, Алексей Аврелин сказал следующее:
– Я могу ответить вам, только если правильно понял ваши слова; а если я вас понял, то вы непосредственно плохо запомнили мои первые слова. Я – писатель. Вам, верно, не понравится, Михаела Констатни, что увижу и узнаю…
Дальнейший их разговор был прерван появлением огромного, высокого, рассеянного с виду старого человека. На нем был опрятно выглаженная рубашка, брюки серого цвета, но ворот рубашки был смят, галстук не присутствовал, а концы волос топорщились. Михаела Констатни не проявила никаких эмоций по части сказанных слов Алексея Аврелина, она ликовала. Восхищение и восторг отражались на ее ухоженном лице. Обратив свой светящийся взор на мужчину, невозмутимо задала вопрос:
– Патрик, все в порядке?
– М-да. – хладнокровно, не раздумывая, ответил Старый Патрик
– Мы будем это знать, Патрик… – сказала Михаела Констатни, давая понять старому «чеху», что может уходить.
Алексей сообразив сразу, что в веселой и уютной компашке замечательного мало, посмотрел на Евгению, которая сидела не шелохнувшись, пустым взглядом всматриваясь в фарфоровую кружечку с расписными цветочками.
– Приятно было познакомиться – Михаела Констатни, супруги Степанковы. Думаю нам с Евгенией пора, – приняв скоропостижно решение, проговорил Алексей Аврелин. Выразительным жестом он пригласил Евгению встать и выйти из гостиной. Устремленные взгляды вслед образовавшейся парочке ясно говорили об нескрываемом любопытстве, которое было неудовлетворенно. Для Михаелы Констатни интриги на сегодняшний день закончились.
Пройдя по коридорному проходу к лестничному маршу, Алексей Аврелин и Евгения молчали.
На первых ступеньках Алексей Аврелин нарушил обоюдное безмолвие:
– Евгения, вы не устали от этого фарса?
– Почему на «Вы»? И почему решили, что это фарс? –перескакивая через одну ступеньку, она обернулась: – На самом деле все было естественно и без банальной интрижки.
Сделав паузу, легко поклонилась и продолжила:
– Для них! Им так хочется верить, что общение и действия выглядят совершенно миролюбивыми, радостными, теплыми. И безусловно в дружеском кругу мало, что покажется необычного.