Коллекционер
Шрифт:
– Сейчас жарко, так что им не помешает.
Но он взял у нее лейку и отставил подальше.
– Я могу их встретить внизу…
– Нет, я не это хотела сказать. Кроме того, мне нужно поговорить с ними, тем более, что вы заставили меня поверить в невиновность вашего брата. Сварить кофе? У меня есть крекеры «Золотая рыбка». Я могу поставить их на стол. Вообще-то не знаю, что делать. Почему я не охладила чай?
– Это снова реакция на случившееся, – убежденно ответил он. – Думаю,
Он протянул ей стакан с вином.
– Сейчас зайдем в квартиру и поговорим с копами.
– Верно. Я рада, что вы здесь. Хотя, не будь вас здесь, они не приехали бы сюда. А вот и они, – сказала она, когда зазвонил звонок.
Перестань думать об этом, приказала она себе, подходя к двери.
– Детективы…
Она отступила, чтобы их впустить.
– Мы не знали, что вы знакомы, – начала Файн.
– Мы и не были знакомы… до того.
– Вчера в участке я услышал достаточно, чтобы понять, что это Лайла звонила по номеру «девять-один-один», – пояснил он, садясь в гостиной и ожидая, пока остальные последуют его примеру. – Я догнал ее на выходе и спросил, не согласится ли она поговорить со мной.
Файн окинула Лайлу долгим задумчивым взглядом.
– Вы попросили его прийти сюда?
– Нет. Мы поговорили в кафе напротив полицейского участка. Аш захотел увидеть то место, откуда я наблюдала. Я не увидела в этом ничего плохого, тем более, что Джули его знает.
Уотерстон выгнул брови:
– Джули?
– Моя подруга, Джули Брайант, она директор галереи «Челси Артс», и там выставляются некоторые работы Аша. Я говорила вам о Джули. Я пользуюсь ее адресом.
– Мир тесен.
– Похоже, что так.
– Достаточно тесен, – подхватила Файн. – Мистер Арчер, в квартире жертвы висит ваша картина. Купленная в «Челси Артс».
– Да, мне говорили. Но с жертвой я не был знаком. Многих, кто покупает мои картины, – не знаю. И не сую нос в ваше расследование. Он был моим братом. И я хочу получить ответы. Хочу знать, что произошло. Скажите, что на нем было надето? В какой одежде он был?
– Мистер Арчер, у нас есть вопросы…
– Вы сказали им о том, что увидели? – напористо спросил Аш Лайлу.
– Да, конечно. Вы имеете в виду мелькнувший кулак и темный рукав? Разумеется.
Она помедлила.
– На Оливере не было темной рубашки, верно?
– Вы видели молниеносное движение, – напомнил Уотерстон. – В тускло освещенной комнате и в бинокль.
– Все верно, но в это мгновение я увидела темный рукав, и если Оливер был не в темной рубашке, значит, не он ее и толкнул. Я должна была увидеть его лицо – с его-то ростом! Но почему я не увидела хотя бы части его лица над ее головой, когда он прижал ее к окну?
– Если
– Все верно, однако я должна была что-то увидеть. И если ее толкнул Оливер Арчер, то я не должна была увидеть темный рукав.
– Но больше в квартире вы никого не заметили.
– Не заметила.
– У вашего брата неприятности были? – обратилась Файн к Ашу. – Знаете вы кого-то, кто бы хотел причинить ему вред?
– Вряд ли. Неприятности к нему… как-то не липли.
– И вы никогда не встречались с Сейдж Кендалл, с которой он жил и которая приобрела одну из ваших картин за сумму с пятью цифрами? Огромную сумму с пятью цифрами?
– Так и знала, что мне она не по карману, – тихо пробормотала Лайла.
– Я в жизни не видел Сейдж Кендалл, он только недавно рассказал мне о ней, как я упоминал в своих вчерашних показаниях. Он ее не выталкивал. И не убивал себя.
– А проблемы у вас с братом были? – спросил Уотерстон. – С вашим единокровным братом?
– Он был злополучным чирьем в заду.
– Вы человек вспыльчивый, и нам известно, что вы однажды избили пьяного.
– Да, этого не отрицаю. Но я никогда пальцем не тронул Оливера, это все равно что ударить щенка. И никогда не бил женщин и не собираюсь. Проверьте все, что я вам сказал, поройтесь в моем прошлом, ищите, сколько вам будет угодно, но только скажите, почему вы не видите в моих словах логики?
– Я могу выйти в другую комнату, если не хотите при мне говорить, – вклинилась Лайла.
Файн скользнула по ней беглым взглядом и повернулась к Ашу:
– И вы сразу же передадите ей все, о чем здесь шла речь…
– Она все делала правильно. И выказала совершенно незнакомому человеку неподдельное участие и сострадание, когда могла просто попросить оставить ее в покое, поскольку уже и без того сделала достаточно. Почему бы мне не рассказать ей? И она не уйдет из этой комнаты, – так отвечал Аш.
Лайла недоуменно похлопала глазами. Она не помнила, когда в последний раз кто-то за нее заступился.
– В крови вашего брата нашли смесь алкоголя и барбитуратов, – сообщила Файн.
– Я уже говорил, он никогда не мешал алкоголь с таблетками.
– В нем было столько того и другого, что эксперты считают, он мог умереть от передоза, если бы не получил медицинской помощи. Эксперты утверждают, что ваш брат умер, будучи без сознания.
Лицо Аша по-прежнему оставалось жестким.
– Оливер был убит.
– Теперь мы расследуем двойное убийство.
– Кто-то убил его.
– Я очень сочувствую…