Колдунья
Шрифт:
— Он пишет: «Вы с Хьюго удостоились высокой похвалы за те товары, которые отправляли на юг, за вашу верность и усердие. Теперь самое время намекнуть королю, что пора бы отблагодарить вас за ваши труды. Также король готов выслушать ваши предложения по поводу обмена землями или по поводу денежных сумм, полагающихся за землю, или выгодных контрактов об аренде. Многие утверждают, что аренда окупится сторицей».
— Аренда на двадцать один год, — тихо промолвил старый лорд и покачал головой. — Я уже умру к тому времени, но что будет с Хьюго?..
Элис перевернула страницу.
— Цены на зерно, уголь и говядину. Цены на меха и вино.
— По поводу севера есть что-нибудь?
— Нет, — ответила Элис. — Но законы о бродяжничестве коснутся ваших земель.
На минуту воцарилась тишина. Старый лорд все смотрел в огонь, словно хотел найти в нем совет, как обезопасить себя на время грядущих перемен.
— А другое письмо, — вдруг нарушил он молчание. — Переведи-ка. Оно от секретаря епископа, написано на латыни. Читай сразу по-английски.
Взяв бумагу, Элис подвинула к столу табуретку. Секретарь епископа описывал приемлемые основания и резоны для аннулирования брака между леди Кэтрин и лордом Хьюго. Девушка почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Закончив читать, она подняла голову и взглянула на старого лорда. Тот, в свою очередь, насмешливо смотрел на нее.
— Значит, я могу прогнать эту старую ведьму, — заметил он; лицо его осветила широкая улыбка, такая же яркая, как у сына. — Бесплодную старую мегеру. Прогнать к чертям и дать Хьюго свободу. Я сделаю это. Освобожу Хьюго. У него будет новая жена, богатенькая, с большим приданым, и я еще поживу и увижу наследника.
Элис помрачнела.
— Стало быть, вы не знаете?
— Что именно? — Лорд снова нахмурился. — Давай выкладывай, девочка, все ваши бабские сплетни. С любым известием ты должна сразу бежать ко мне.
— Она ждет ребенка, — сообщила Элис. — Думаю, это все меняет.
Лорд не сразу понял, будто не расслышал, затем лицо его снова озарилось радостью.
— Ждет ребенка?! — Его кулак с грохотом опустился на бесполезное теперь письмо. — Наконец-то ждет ребенка!
Он закинул голову и рассмеялся. Элис молча смотрела на него, плотно сжав губы.
— Наконец-то ждет ребенка! — повторил он, но тут же взял себя в руки. — Она уверена в этом? Ты осматривала ее? Не хитрость ли это с ее стороны, как ты считаешь? Может, она притворяется и просто тянет время?
— Госпожа беременна, — заверила Элис. — Я осматривала ее. И еще она послала за моей родственницей Морой, которая поселилась со мной. Они с миледи только что обо всем договорились.
— Мальчик или девочка? — дрожащим от волнения голосом спросил старик. — Ну же, Элис. Как ты считаешь? Мальчик или девочка?
— Скорее всего, мальчик, — неохотно ответила Элис.
— Кэтрин сказала Хьюго? — нетерпеливо допытывался лорд. — Черт бы побрал этого бездельника! Где он сейчас?
— Сказала, — отозвалась Элис. — Он отправился на охоту добыть для вас оленины, милорд. Мне неизвестно, вернулся ли он.
— Он просто взял и
Опустив руки на колени и глядя в пол, Элис хранила молчание.
— Ага! — воскликнул лорд Хью. — Не очень-то он обрадовался, верно? Кэтрин утром сказала ему, а он взял и уехал?
Элис кивнула. Лорд смотрел на нее во все глаза.
— Полагаю, новость привела его в бешенство, — задумчиво произнес он. — Хьюго рассчитывал аннулировать брак. А теперь это стало невозможным.
В камине громко щелкнуло полено. Лорд погрузился в задумчивость.
— Прежде всего — семья, — наконец подал он голос. — Прежде всего — долг. Удовольствие он может получать где угодно… впрочем, он всегда так и делал. Но теперь, когда Кэтрин ждет малыша, она останется его женой до самой смерти. Как тебе показалось, ребенок здоровый?
— Пока рано это обсуждать. — Элис старалась говорить четко, но губы не слушались. — Сама королева Анна может подтвердить, что многие дети умирают еще в утробе. Насколько я могу судить, ребенок здоров.
— И это точно мальчик? — уточнил лорд.
Девушка кивнула.
— Хорошо, — заключил он. — Очень хорошо. Королева Анна, значит? Наконец-то у нас появился хоть какой-то шанс на наследника. Передай Кэтрин, пусть наденет сегодня платье получше, я перед всеми подниму тост за ее здоровье. Как только она нарядится, может прийти ко мне. Выпьем с ней по бокалу вина.
— А что по поводу меня, милорд? — спросила Элис. — Что делать с остальными письмами?
— Можешь идти, — разрешил его светлость. — Сейчас ты не нужна мне.
Поднявшись, Элис сделала реверанс и направилась к двери.
— Подожди! — вдруг окликнул лорд. Девушка остановилась.
— Эти бумажки от епископа брось в огонь, — велел он. — Не дай бог, Кэтрин увидит их. Только расстроится. Ей теперь вредно расстраиваться. Сожги их, об аннулировании брака не может быть и речи.
Вернувшись к столу, Элис сгребла толстые, исписанные от руки листки бумаги, сунула их в самый дальний конец камина и стала наблюдать, как они горят, как бумага темнеет и рассыпается на мелкие кусочки. Пока она смотрела на огонь, ни один мускул на ее бесстрастном лице не дрогнул.
— Теперь можешь идти, — распорядился старый лорд.
Элис еще раз присела в реверансе, вышла и тихо закрыла за собой дверь. По ступенькам поднимался карлик Дэвид, его умное личико сияло любопытством.
— Какая-то ты сегодня скучная, Элис, — заметил он. — Уж не заболела ли? Или горе какое? А что на женской половине делает эта старуха? Может, ты не рада, что твоя родственница займет твое место?
Молча отвернувшись, Элис продолжила спускаться.
— Это правда? — крикнул Дэвид ей в спину. — Правда, о чем шепчутся все дамы? Леди Кэтрин ждет ребенка, Хьюго влюбился в нее по уши, и она снова в чести у своего господина и мужа?