Колдун (Акард - 2)

Кук Глен

Сам Багнель тоже учился. Со времен Поната его интересы изменились, теперь его гораздо сильнее занимало будущее. Особенно он заинтересовался системой спутников связи и метеорологических спутников, которые братья вывели на орбиту с помощью Темных Повелительниц. Братья разработали технологию и создали сами спутники, а силты подняли их наверх на борту космических темных кораблей.

Марика тоже заинтересовалась этой сетью вращающихся спутников.

– По-моему, тут есть много возможностей, которых никто не заметил, сказала она как-то Багнелю.

– Например?

Багнель говорил снисходительным

тоном, как наставница разговаривает со щенком, который у нее на глазах заново изобретает колесо.

– Возможностей, говорю. Если, конечно, кто-нибудь уже об этом не подумал, а мы и не узнали из-за этих нелепых препятствий, не дающих обмениваться информацией.

– Приведи пример. Может, я смогу выяснить это для тебя.

Теперь уже Марика посмотрела на него снисходительно.

– А ты представь себе, что я придумала что-то новое! Я знаю, конечно, что вы, торговцы, не верите, что силта на это способна, но возможность-то существует! Представил? Так почему же я должна отдавать тебе что-то бесплатно?

Багнель был поражен.

– С каждым годом ты становишься все больше похожей на силту, Марика! К возрасту Градвол ты станешь мерзкой старой ведьмой!

– Может быть, может быть. Если это и так, то виноваты в этом исключительно такие, как ты!

– Тут я почти согласен с тобой, - ответил Багнель. Взгляд его на миг потускнел.

***

В течение всех этих спокойных лет жизнь Марики скрашивало расположение самой Верховной жрицы. Потихоньку, без лишнего шума повышалось ее положение внутри монастыря. Сначала она была жрицей-послушницей, затем помощницей жрицы и наконец, недолго задержавшись и в этой должности, стала истинной жрицей. То есть сначала Марика помогала отправлять ежедневные службы общины Рейгг, потом более важные праздничные службы, а потом и сама получила право отправлять соответствующие обряды. Все это не вызывало у нее затруднений.

Разумеется, многие обиделись, видя ее стремительное продвижение. По традиции ни одна силта не могла стать жрицей в таком юном возрасте.

Каждое повышение означало, что кто-то еще будет вынужден ждать, пока место освободится. А силтам постарше не нравилось, что какая-то щена поднялась выше их.

Гораздо большее недовольство вызвало назначение Марики на должность старшего цензора. Одна из старых силт умерла, и Градвол назначила старшего цензора на ее место в Совете Семи, а Марику - на освободившееся место старшего цензора. Зертан очень расстроилась.

Право назначать на подобные должности принадлежало старшей жрице монастыря, и никто, включая ее начальниц, не должен был вмешиваться.

Но Зертан должна была проглотить эту пилюлю или последовать в изгнание вслед за Постч.

Марика не слишком волновалась за свою дальнейшую судьбу в отличие от Грауэл и Барлог, которые все время ожидали, что после головокружительного взлета последует не менее головокружительное падение. Эти двое ни в чем не научились видеть хорошую сторону.

Весной, перед тем как Марика в четвертый раз отправилась на север бороться с кочевниками, смерть снова обрушила свою тяжелую лапу на головы макшских руководительниц. Две из них умерли почти в один день.

Не успела Марика войти в должность старшего цензора, как Градвол уже назначила

ее на новое место. Теперь Марика должна была занять седьмое кресло в Совете.

Тут уже всеобщее терпение лопнуло. В древних стенах монастыря начался форменный мятеж. Марика попыталась отказаться от новой должности. Она была гораздо больше уверена в себе, чем другие макшские сестры, но не считала себя готовой к работе Советницы. Даже несмотря на то что в седьмом кресле она в основном должна была дублировать работу остальных членов Совета Семи.

Но и перед лицом единодушной оппозиции Градвол оставалась непреклонной.

– Будет так, как я сказала, - заявила она.
– Время рассудит, права я была или нет. Марика станет одной из семи судей этого дома. Таков мой приказ.

Сила есть сила. Кто же станет спорить с сильнейшим, если он всегда может заставить всех выполнять свою волю.

Но воля Градвол поставила Марику в сложное положение. Макшские сестры и раньше Марику не любили. Теперь они ее возненавидели.

И все это произошло раньше, чем официально закончились годы ее послушничества. Но возраст - это еще полбеды. Марика так упорно училась, что уже превзошла большинство сестер, которые возмущались ее неестественно быстрым продвижением. И они ненавидели ее еще и за это.

Силты боялись ее необъяснимой внутренней силы.

Усилившееся негодование окружающих заставляло Марику все больше замыкаться в себе и все глубже погружаться в учебу. Только учеба позволяла Марике забыть те страдания, которые причиняла ей жизнь в монастыре. Учеба и ежемесячные свидания с Багнелем.

И все время где-то рядом скрывался ужас. Марика считала, что рок поджидает ее везде и не может достать только благодаря Градвол.

Градвол охраняла ее постоянно. Она занималась одним лишь северным конфликтом, бросив сестричество за пределами Макше на произвол судьбы.

***

Марика была уверена, что за такое расположение ей придется заплатить сполна, и считала, что готова к этому. У Градвол были какие-то планы относительно нее, пусть даже тщательно скрываемые. Но у Марики были свои собственные планы.

2

Четвертое лето, которое Марика проводила в Понате, было последним летом ее послушничества. После возвращения в Макше Марику должны были официально посвятить в силты. То есть она получит все причитающиеся истинной силте права и привилегии. Поэтому Марика думала в основном о предстоящей церемонии, считая лето лишь краткой передышкой.

Проведенные на севере месяцы действительно можно было считать каникулами, причем каникулами довольно скучными. Кочевники совсем обессилели и почти не показывались в Понате. Снег не растаял и таять не собирался. Марика готовилась проскучать несколько месяцев, слушая бесконечное нытье Дортеки.

Градвол назначила ее ответственной за весь Понат в целом. Марика подчинялась только старшей жрице Эдукан из Акарда. Штаб-квартиру свою Марика устроила в бревенчатой крепости, от которой до места, где некогда находилось стойбище Дегнанов, было всего несколько миль. Когда делать было решительно нечего, Марика приходила на это место и вспоминала прежнюю жизнь или отправлялась через мертвый лес к пещере Махен, где впервые почувствовала в себе что-то, отличавшее ее от соплеменниц.