Кольцо кардинала

Рид Кэтрин

— Почему они оставили послание в России.

— Мама была русской. Именно поэтому мы свободно изъясняемся на русском, итальянском и английском. Мы отправились в Москву, встретились с ее поверенным, получили конверт и обнаружили в нем кольцо отца. Первая загадка — письмо по завещанию матери мы должны были получить именно четырнадцатого июля, а это день крушения самолета. Второй вопрос вытек из следующей находки. На кольце были географические координаты, они указывали на место в Тирренском море. Сегодня мы были там, и на дне я обнаружил ни больше, ни меньше, чем самолет, в котором разбились мои родители. И там

внутри лежала подвеска матери.

— Зачем такие сложности?

Лев пожал плечами.

— Не знаю, эти украшения служат своего рода стрелками, которые ведут нас к разгадке тайны. Варе удалось обнаружить оптическую подсказку, скрытую в подвеске.

Лев достал лист бумаги, протянул его Павлу.

— Вот смотри.

Павел положил бумагу перед собой, перевернул ее.

— Тут все просто! Это язык дзонг-кэ на нем говорят в Стране Дракона. По сути это просто адрес. Вам надо попасть в Бумхтанг и найти некоего Пассанга.

Брови Льва взлетели вверх. Это было редкое совпадение. Сначала они нашли письмо на каком-то странном языке, а уже через несколько часов в их дом пришел человек, который смог его перевести.

— Что это за сказочная страна такая?

— Не сказочная, а вполне реальная, это королевство Бутан!

Мужчины говорили еще не меньше часа, они решили, что в Бутан они должны отправиться вместе. Во-первых, в эту страну не так просто попасть, пускают только группами, во-вторых, Павел уже был там, он путешествовал по стране нелегально несколько месяцев, изучая ее культуру и обычаи. Написав несколько статей о религии, народе и самых труднодоступных местах этой страны, он отправился дальше в Монголию.

Лев в свою очередь старался как можно больше узнать о Варе, он интересовался ее детством, привычками, хобби. Павел с удовольствием рассказывал о сестре, воспоминания позволяли ему почувствовать ее присутствие в жизни, ведь он скучал по ней. Когда Николь спустилась вниз, они оба хохотали над тем, как Варя в десять лет приготовила пирог, который даже голодная собака есть не стала.

— Знаешь, эта дворняга так жалобно на нее посмотрела! Ее взгляд так и говорил: «Я еще жить хочу!»

Николь поставила чемодан на входе в гостиную, бросила сверху сумочку. Ее волосы были забраны в высокий хвост, облегающее черное платье с высоким воротником и длинными рукавами подчеркивало стройность фигуры. «Сдружились, значит!» — подумала она, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

Николь скрестила руки на груди.

— Я готова! Выезжаем?

Оба мужчины повернулись к ней, и она сразу почувствовала, как холодные голубые глаза пробежали по ее фигуре от носочков черных туфелек до макушки головы. Так неприкрыто ее оценивали впервые. Девушка насупилась, смотря в лицо Павла.

— Я хочу повидать сестру перед отъездом, — сказал он, поворачиваясь ко Льву.

— Хорошо, я провожу тебя в ее комнату.

Павел пошел вслед за Львом. Проходя мимо Николь, он остановился напротив нее, заметив:

— Знаешь, мой тебе совет, возьми другую одежду, эта — курам на смех.

Николь сощурила глаза, ее губы напряглись в уничижительной улыбке:

— Я тебе сейчас лицо расцарапаю! — сказала она холодным тоном.

Павел ответил такой же улыбкой, в его взгляде читалось раздражение.

После обмена любезностями, он поспешил за Львом наверх.

Тот проводил его в гостевую комнату, где приглушенный свет лампы отбрасывал тени от предметов на серые стены. Балконная дверь была открыта и тюлевая занавеска надувалась пузырем от потока прохладного воздуха, проникающего в комнату.

Павел встал в изножье кровати и посмотрел на дорогого его сердцу человека. Варя лежала закутанная в одеяла словно ребенок. Она подложила ладонь под щеку, слегка приоткрыла рот, дыхание девушки было спокойным.

— Ей не жарко? — тихо спросил он.

Лев покачал головой.

— Нет, вторую ночь ее так укутываю, не жалуется пока.

Павел резко повернул голову:

— Имей в виду, у меня твоя сестра.

Лев утвердительно кивнул.

— Я тоже тебе помогу. День рождения Николь пятнадцатого августа.

— Мне зачем это знать?

Лев прищурился, задумчиво посмотрел на Павла и пошел к выходу.

— Ты просто запомни.

Прощание было недолгим. Лев подогнал к крыльцу машину, обнял Николь, сказал, что постарается ей звонить чаще. Павел в это время обходил кабриолет вокруг.

— Неплохо, как быстро берет сотню? — спросил он, пожимая Льву руку.

— За четыре секунды.

Павел присвистнул.

— Отлично, я за рулем!

Павел в отличие от сестры сразу оценил машину по достоинству, он гнал по серпантину, невзирая на ограничения. Николь, сжав зубы, терпела заносы на поворотах и бешеную скорость на шоссе. Когда они добрались до аэропорта, девушка про себя поблагодарила бога, что жива. На стоянке она быстро вылезла из машины, зло посмотрела на Павла, который провел по капоту рукой так, как будто это было самое великолепное создание рук человеческих. Взяв свой рюкзак, он кинул ключи Николь, и та едва успела поймать их. Павел не собирался помогать ей с увесистым чемоданом. Со второй попытки она вытащила его из багажника. А дальше? Дальше был марафон по территории и зданию аэропорта. На каждый шаг Павла у Николь приходилось два, она чуть ли не бежала за ним вприпрыжку.

— Можно помедленнее идти?

— Я нормально иду! — ответил Павел. — Это ты медлишь, слабовата!

Определившись с рейсом, они провели в зале ожидания полтора часа, им предстояло сделать две пересадки, общее время пути до Нижнего Новгорода составляло не меньше десяти часов. Летели они эконом классом, при этом Павел все время пути молчал. Николь попыталась расспросить его о том, где он живет. На что мужчина лишь буркнул:

— Увидишь!

Нижний встретил их густым туманом, день был промозглым, неприятным. Николь устала, она уже не спешила за Павлом, когда он бодро шел к своему джипу. Кое-как забросив чемодан в багажник, Николь села впереди, она решила, что до дома будет спать. Но не тут-то было, мужчина на всю машину врубил тяжелый рок.

— Можно тише! — крикнула Николь.

— Нет, нельзя, такую музыку надо слушать громко!

Они ехали около двух часов, перед глазами мелькали огромные желтые поля, перелески, старые бревенчатые домики тянулись вдоль дороги, обозначая населенные пункты. И все это время ее доводила до точки кипения адская музыка. А вот Павлу как раз все нравилось, он словно ожил, находясь в родных местах.

— Скажи мне одно, почему ты в Италии несся сломя голову, а тут едешь как нормальный человек?