Кольца Лины

Сапункова Наталья

— Пойдем лучше со мной, мне подаришь, — промурлыкала Шала, повиснув на шее именя, тот, должно быть, от неожиданности растерялся и выпустил меня, я отскочила в сторону и засандалила ему в физиономию корзинкой с печеньем, тут же схватила Шалу за руку и дернулась было бежать…

И тут же оказалась в других руках, таких же сильных.

— А ну, красотка, покажи браслет! — он стиснул мое запястье, при этом развернув меня лицом к себе. — Ты что же, замуж выходила где-то в наших владениях? Рисунок тот самый! И я тебя уже где-то видел!

Это был молодой Кер… и принесли же черти! И при чем здесь рисунок?! Мне и в голову

не приходило, что рисунок на брачных браслетах какой-то особенный!

— Не знаю я твоего папашу, и с тобой бы не знакомилась! — огрызнулась я, — что муж надел на свадьбе, то и ношу! Отпусти! — я дернулась… как бы не так, не рука, а клещи…

— Успокойся, — Шала щелкнула пальцами, и взгляд лира Вантона затуманился, а руки разжались, он замер, внимательно глядя на стену противоположного дома.

— Так что, пойдем? — Шала лукаво улыбнулась другому молодцу, который толком не понял, что произошло с товарищем, на меня он теперь даже не смотрел.

— Куда скажешь, восхитительная! — простонал он, и тут же мы все вздрогнули и отшатнулись — в стену рядом с головой молодца крепко впечатался кончик знакомой нам плетки — это мой супруг примчался нас спасать.

Если бы это была не стена, а чья-то физиономия — наверняка рассекло бы до кости. Впрочем, как я поняла, Дин промахивается только нарочно.

— Убирай руки, достойнейший лир, и ступай, куда шел, — рявкнул он, и от его взгляда мне стало не по себе.

— Все хорошо, не шуми, — Шала снова щелкнула пальцами, и 'достойнейший' безвольно привалился к столбу. — А будешь буянить, и тебя успокою, нам только стражи не хватало, — ласково бросила она Дину, — уходим скорее, они вот-вот очнутся.

Мы пробрались между лавками, нырнули в переулок, и уже скоро были далеко. Я вкратце объяснила Дину, что произошло, упирая лишь на важное — на то, что молодой имень каким-то образом узнал браслет.

— Это не значит, что он узнал тебя, — заметил Дин, — просто рисунок на браслете — из Кера. Ювелир из Кера наносит на все брачные браслеты один рисунок, бывает, что немного по-разному, но все равно один. И в других замках так же. У всех в окрестностях Кера такие браслеты.

— Не у всех серебряные, — возразила я, — и не у всех мужья размахивают плетками.

— Ничего. Не я же один… ею размахиваю, — отмахнулся он хмуро.

Он вроде утешал меня, но, точно, был расстроен.

— Ладно, не беспокойтесь. Они, когда отойдут, не сразу сообразят, что случилось. Может, и не вспомнят ничего, — утешила Шала.

— Ты что, в самом деле хотела с ним прогуляться, ну, с этим?.. — я поймала Шалу за руку.

— Конечно, — ведьмочка хитро прищурилась, — поболтали бы о том, о сем. Ты что, думаешь, он был мне опасен хоть чуть? Особенно когда один на один? Вот сладостей жалко, зачем ты их так? — и, расхохотавшись, крутанула кистью руки, доставая что-то 'из-зи тени'.
– Кажется, нам пора домой, и заказать горячего травника?

На ее ладонь легла наша корзинка с печеньем, целехонькая.

Постоялый двор был почти пуст — праздник на улицах города только набирал обороты. Нам тут же принесли травник, и большой ломоть ветчины, и пироги со всякой всячиной, а купленные сладости, должна признать, были восхитительны. Зато мы с Дином оба лишь изображали безмятежность. Меня беспокоил молодой Кер, который, однозначно, что-то заподозрил. Здесь ведь всем известно, что можно сменить внешность, надев личину.

Правда, понятия не имею, насколько это доступно и часто делается, и ожидают ли этого от нас, но почему нет? Хотелось бы знать, конечно, как они представляют себе наши планы и возможности Для преследователей мы потерялись в Сарафире, но то, что мы направимся в Андер — вполне естественно. Дядюшка Вельд наверняка не сомневается, что покойный князь меня кое-о-чем попросил. Я исчезла из замка, испарилась — они не могут не подозревать, что я жива, а если учесть, что еще и с не подтертой памятью… Следовательно, я — опасность. Может, они объединились, Керы и Вельды, и ловят нас совместно? А для Кера Дин — опасность? Ведь получается, что Дин ему не сын и не родственник, он держал его у себя незаконно. Дина лишили прав, попросту обокрали — благодаря содействию Кера. Но мы ходим вокруг да около, не зная главного — что отняли у Дина? Ради чего была затеяна такая сложная комбинация?

Интересно, а что сказал Кер, узнав, что жена Дина — княжна Вельда? Наверное, если бы мы это услышали — многое бы поняли…

— Дин, а ты точно не принц Винеты? — озвучила я самое неприятное.

Мой любимый даже закашлялся.

— Что ты сказала?

— Может, у короля было больше сыновей? Чей ты наследник, Дин? Пожалуйста, не обманывай меня, прошу! Кому здесь ты мешаешь? Что у тебя украли? Кто твой враг? Если ты что-то все же вспомнил, хоть что-то…

— Лина, — он встал, подошел ко мне, обнял, крепко прижимая к себе. — Подожди еще немного. Всего несколько дней. Тот старик, на рынке… мы были знакомы когда-то. Он маг. Он поможет мне разобраться, я надеюсь. А ты не мешай. Потерпи, хорошо?

— Я помогать хочу, а не мешать, — возразила я, всхлипнув. — И что ты там говорил про лошадь и птичку?

— А это чтобы он меня узнал. Когда-то он обещал мне эти амулеты, коня и золотую птичку для жены, и всего за золотой. Я был ребенком, Лина. Он всегда был добр к детям…

— Хорошо. Он поможет все вспомнить?

— Да. Я скоро должен буду уйти, может быть, до утра. Нам с ним надо поговорить.

— До утра — поговорить?..

— Именно. Ты не должна беспокоиться, опасности нет. Все скоро решится. А потом мы постараемся уйти в твой мир.

— Ты правду говоришь?

— Конечно.

Не очень-то я ему поверила. Вот сейчас — не очень-то…

— Надеюсь, у тебя есть серьезная причина меня обманывать, — вырвалось…

Он сухо кивнул, даже не пытаясь хоть подобием улыбки смягчить это признание.

Вскоре он ушел, предупредив, чтобы я никуда не выходила без него. Конечно, не стану!

И ничего не сказала на прощание, отвела взгляд — чтобы не разреветься. Предчувствия отчего-то были не радужными.

— Женщины твоего мира все такие? — хмыкнула Шала, — все вам расскажи, все вынь да положь! Не мешай ему!

— Убедила, не буду! — огрызнулась я.

Ничего другого ведь все равно не оставалось.

Некоторое время я еще сидела и размышляла о насущном, но со временем успокоилась, все в душе улеглось и схлынуло. Да, вот именно, 'я подумаю об этом завтра'. Шала сбегала на кухню еще за одной порцией травника, и в конце концов мы сидели и болтали, расправляясь с остатками печенья. Может быть, ей хотелось меня развлечь…

— Шала, ты говорила, у тебя есть сестры? — вспомнила я. — И одна продает волшебные платочки, меняющие личину? Много у тебя сестер?