Коглин

Лихэйн Деннис

— Я всего лишь предложил…

— Еще раз услышу, что ты предлагаешь убивать детей, — сказал Джо, — и знаешь что, Фредди? Я собственноручно тебя прикончу.

Он с улыбкой развернулся, чтобы Фредди мог посмотреть ему в глаза.

— Стоп! — Рико вскинул руки. — Давайте все снизим обороты, ладно, джентльмены? Фредди, детей никто не убивает. Джо, никто не убивает Фредди. Ясно? — Он повернулся к Диону. — Просто скажи нам, что делать, босс.

— Поставьте там несколько стрелков. Если высунется, отстрелите ему башку. Если нет, пройдет несколько недель, и он начнет сходить с ума в четырех стенах. Тогда его и прикончим. А тем временем засылайте к черным своих людей,

чтобы передача власти прошла как можно спокойнее. Так будет разумно?

— Вот потому ты и босс.

Рико кивнул, и на его мальчишеском лице расцвела широкая улыбка.

Глава одиннадцатая

Неисчерпаемая способность

Дункан Джеффертс запирал заднюю дверь в лаборатории судмедэкспертизы округа Хиллсборо, когда из-за ближайшей санитарной машины неспешно вышел человек, которого он никак не ожидал увидеть, и произнес:

— Здравствуйте.

Джеффертс стоял на разгрузочной площадке, и Джо Коглин легким шагом двинулся к нему по пандусу. Гангстер, по слухам уже отставной, был одет в кремовый костюм, шляпу-панаму в тон и белоснежную рубашку. Галстук был завязан безупречно, в начищенных ботинках отражались фонари, которые освещали разгрузочную площадку. Лицо было не такое свежее, как семь лет назад, зато глаза остались прежними, мальчишескими, почти невинными. Они ярко блестели, и этот блеск будто бы обещал нечто потрясающее, тем вернее, чем ближе он подходил. Хотя Джеффертс видел, как этот блеск померк в тот день, когда они впервые встретились с Джо Коглином, когда погибла его жена. То был самый долгий миг в его жизни, когда Коглин смотрел на него и в глазах его не было блеска, не было жизни, и Дункан запомнил охватившую его, неизвестно откуда взявшуюся уверенность, что в следующий миг Коглин перережет ему горло. Но смерть ушла из его глаз, вместо нее появилась благодарность к Дункану Джеффертсу, проявившему заботу о Томасе Коглине. Джо Коглин стиснул ему плечо, пожал руку и повел сына прочь с причала.

Джеффертс редко рассказывал о встрече со знаменитым гангстером «в отставке» Джо Коглином. Однажды он пытался рассказать жене, но только сам запутался, силясь выразить нечто, как он подозревал, слишком сложное для слов. В ту короткую встречу он ощущал, как от другого человека веет горем, любовью, силой, обаянием и способностью вершить зло — ничего подобного в других он не ощущал ни до, ни после.

Он старался объяснить жене, что главной особенностью Джо Коглина, определявшей его характер, была неисчерпаемая способность.

— Способность к чему? — спросила жена.

— К чему угодно, — ответил он.

Джо поднялся на разгрузочную площадку и протянул руку:

— Помните меня?

Джеффертс пожал руку:

— Конечно помню. Мистер Коглин, импортер.

— Доктор Джеффертс, судмедэксперт.

Они стояли в резком свете лампочки над дверью и смущенно улыбались друг другу.

— Э…

— Что?

— Могу ли я чем-нибудь вам помочь?

— Не знаю. А вы можете?

— Не совсем понимаю…

— Как так?

— …Что вы здесь делаете в такой поздний час?

— Сколько сейчас времени?

— Два часа ночи.

— Моя жена.

Джеффертс внезапно понял, что собеседник смотрит на него, когда тот чуть сдвинул шляпу назад.

— Что вы хотите узнать о вашей жене?

— Это ведь вы делали вскрытие, верно?

— Вы же знаете.

— Нет, я не знаю. Я знаю только, что вы забрали тело. Подозреваю, у вас тут работают и другие специалисты. Так вскрытие вы делали сами?

— Да.

Джо сел на железные перила ограждения, установленные

на разгрузочной площадке. Закурил сигарету и предложил пачку Джеффертсу, тот тоже взял одну. Когда он наклонился над зажигалкой, Коглин заметил:

— Вы теперь тоже женаты.

Джеффертс не надевал обручального кольца на работу, потому что один раз потерял его в трупе. Ему пришлось убить полчаса на поиски, а потом еще четыре часа стирать пятна.

— Как вы узнали?

— Выглядите опрятнее. Если мужчина сам не следит за своим внешним видом, он становятся опрятнее, только если женится.

— Я скажу об этом жене. Она будет польщена.

Джо кивнул и сплюнул с языка табачную крошку.

— Она была беременна?

— Простите?

— Моя жена. Грасиэла Корралес Коглин, погибшая двадцать девятого сентября тысяча девятьсот тридцать пятого года. — Он улыбнулся Джеффертсу, и его голубые глаза сделались серыми. — Она была беременна?

Джеффертс несколько мгновений созерцал парковку. Он пытался понять, не будет ли ответ противоречить профессиональной этике, однако никакого противоречия не нашел.

— Да, — сказал он.

— А пол?

Джеффертс покачал головой.

— Это было семь лет назад, — сказал Джо. — Но вы отвечали совершенно уверенно.

— Просто… — Джеффертс выдохнул и сбросил окурок вниз.

— Что?

— Просто это было мое первое вскрытие. — Он повернул голову, глядя Джо прямо в глаза. — Я помню все, до последней детали. Зародыш был еще совсем маленький. Не старше шести недель. Он был еще слишком неразвит, чтобы можно было говорить про пол.

Джо докурил сигарету и вышвырнул окурок в темноту. Соскочил с перил и снова протянул руку:

— Спасибо, доктор.

Джеффертс кивнул и пожал ему руку.

Джо был уже на парковке, когда Джеффертс спросил:

— Почему вас так интересует пол неродившегося ребенка?

Коглин сунул руки в карманы, запрокинул голову и довольно долго смотрел на него. Затем пожал плечами и ушел в ночь.

Глава двенадцатая

Долина Костей

Они ехали к Королю Люциусу по шоссе номер пять, потом свернули на тридцать второе и двинулись на восток, через тамошние болотистые земли, под багровым, временами лилово-черным небом. Далеко на востоке ползали, проливаясь ливнем, дождевые тучи, и это было похоже на мелкие кровоизлияния внутри одного огромного синяка. Дождь их нагонит — это всего лишь вопрос времени, — и он будет теплым, подумал Джо. Теплым и маслянистым, как пот богов. Было десять утра, а они ехали с включенными фарами. Погода во Флориде была до безобразия предсказуемой до тех пор, пока не слетала с катушек. Вот тогда она мстила: молнии распарывали небо, ветер завывал, как призрачная армия погибших солдат, а солнце раскалялось добела, жестоко выжигая осенние поля. Сегодняшняя погода напомнила Джо, что он всего лишь человек. Как бы ни застила глаза власть, а он просто человек.

Они выехали из Тампы, и примерно через полчаса Рико спросил, не сесть ли ему за руль вместо Джо.

— Нет, — сказал Джо, — я пока что в порядке.

Рико опустился на сиденье пониже и сдвинул шляпу на лоб.

— Хорошо, что у нас будет время поговорить.

— Правда?

— Правда. Я же понимаю, что история с Монтусом тебя не отпускает, я же работал с тобой и помню, что ты самый высокоморальный гангстер из всех.

Джо нахмурился:

— Дело не в морали, а в этике. Монтус был нам верен, пока Фредди не полез на его территорию. И вот теперь Монтуса ждет пуля, потому что — ты уж меня извини, без обид — Фредди полный придурок.