Когда рушится мир

Чайка Дмитрий

– Нет, только одиннадцать, остальных застрелил Зигфрид, - скромно признался Любомир. – Один еще живой, я подумал, ты поговорить с ним захочешь.

– Ну, вы сильны, - присвистнул Арт. – Это же самая отмороженная банда падальщиков с того берега. У них добра столько, что не вышептать.

– Ну, вот их главный сидит, он почти целый, - Любомир радушно показал рукой на связанного Бруно, нога которого была перевязана в районе бедра. – Он готов легкую смерть на добро поменять. Я ему вроде как обещал.

– Погорячился

ты, - поморщился Арт. – Знаю я этого пидора. Легкая смерть для него - несбыточная мечта.

Бруно посмотрел на Артура затравленным взглядом и сжался в комок. Арт отвлекся на секунду и дал команду:

– Парни, выносим по одному, закапываем на два ярда, чтобы собаки не достали. Все, что с них возьмете, ваше. Ты же не против? – спросил он уже существенно тише у Любомира.

– А, пусть берут, - махнул тот рукой. Консервами возьмешь за труды? Еще их стволы отдам, мне без надобности они.

– Возьму, - кивнул Арт. – Мне людей кормить надо. Слушай, Вольф. Тут такое дело. Этот парень, Бруно, добра много под себя загреб. Но забрать его сложно будет, он с того берега, понимаешь? Это же полноценная война.

– Ну, давай тот берег тоже забирать, - легкомысленно махнул рукой Любомир. – Стволы есть, патроны найдем. Мы их сделаем.

– Там непросто все, у них тоже бойцов хватает, - пожевал губами Арт. – Много людей положим, тут подумать надо.

– Ну, думай, - сказал ему Любомир. – Я тебе помогу, чем могу, но тут есть одно дело… Если в тушенке считать, то ящиков на десять. У меня в этой теме, помимо барахла убиенного Бруно, еще кое-какой интерес имеется.

***

Мастер читал запрос второго лейтенанта Билича, и не верил своим глазам. Объем запрашиваемых припасов на порядок превышал то, что он обычно заказывал. Заявка был отложена в сторону, а лейтенанту был отправлен уточняющий запрос:

«Второй лейтенант, вы спятили? Или собрались развязать небольшую войну?»

Ответ поразил Мастера до глубины души.

«Так точно! Собрался развязать небольшую войну. Ориентировочный срок – середина лета. Нужно время на подготовку».

«Цель?».

«В интересах основной миссии. Есть опасность со стороны правобережных банд. В последнем нападении на базу было убито пятнадцать боевиков. Фотоотчет прилагается. Я сам попал в плен и мог погибнуть, но был спасен привлеченным сотрудником из местных жителей. Планирую передать власть в городе лояльному лидеру, который не станет мешать проведению операции».

А ведь молодец лейтенант, отстраненно думал Мастер. Власть меняет под себя. Как ему майорские нашивки получить хочется, однако. И получит ведь! Судя по отзывам, весь цвет Империи просто помешался на этом Ингланде, даже те, кто о его существовании еще недавно даже не подозревал. Да и он сам вторую звезду на рукав получил досрочно, а это о чем-то говорит.

И еще эти брат с сестрой. Ох,

и непростые ребятишки оказались. Их отец в тысячу богатейших людей мира входил, правда, был где-то в конце списка. Но, тем не менее… До конца жизни могли как сыр в масле кататься. А они в такой заднице выживают, и собак на мясо бьют. Вот ведь, как жестоко судьба распорядилась.

Ну, а что с той заявкой? Да демоны с ней, все равно по этой операции финансирование почти безлимитное. Удовлетворить!

Глава 17

– Удовлетворили! – с выпученными глазами читал сообщение из центра Любомир, и глазам своим не верил. По настоянию Зигги он увеличил заявку раз в пять от реальной потребности, сопроводив ее красочными фотографиями убитых налетчиков. – Мою заявку удовлетворили!

– Ну, это же прекрасно, партнер, - заявил пребывающий в блаженной сытости Зигфрид. Сегодня на обед была консервированная курица с рисом, что, впрочем, не сильно ухудшило его настроение. – Теперь мы должны дать им то, что они хотят.

– Войну они хотят, - понимающе сказал Любомир. – Так, надо этого хмыря из театра выдернуть, пусть батальные сцены продумает.

– Точно! Дай ему банку тушенки, пусть работает, - согласился Зигфрид, изучая внутренности консервной банки на предмет остатков. Тех, впрочем, не наблюдалось, банка была почти стерильна. – Надо привлекать квалифицированные кадры, а то засыплемся. Он правильно сказал. Все должно быть естественно!

Актер подтянулся к вечеру, и, преданно глядя в глаза Любомиру, слушал вводные.

– Как там тебя, Вилли! Послушай. Нужно организовать хорошую картинку с тех мест, где люди будут драться. Но так, чтобы это было зрелищно. Понимаешь?

– Э-э, не совсем, - мялся актер, с вожделением глядя на жестяную банку в руках лейтенанта. – Если понять, для чего все это делается, я бы куда полезнее для вас был, господа.

– Скажем так, - задумался Любомир.
– Это для того, что тебе за это платят. Уловил?

– Ну…э-э-э… да, - промямлил тот.

– Чтобы все было естественно, надо, чтобы люди не знали, что их снимают, - пояснил лейтенант.

– Естественно и зрелищно – это полная противоположность, господа. Я бы посоветовал все-таки, несколько сцен сделать постановочными. Создать стержень сюжета, так сказать, - осторожно намекнул Вилли. – Тут никак нельзя все на волю случая отдавать. Может получиться полная халтура.

Любомир и Зигфрид переглянулись. Актер говорил дело. Любомир кинул банку, которую тот поймал с обезьяньей ловкостью.

– Иди, думай, - сказали ему. – Одна сцена должна быть со шпагой, это обязательно. Остальное – на твой вкус. И для той девушки какую-нибудь роль душещипательную. Так, чтобы слезу выбить. Ну, ты разберешься.