Когда наступит ночь
Шрифт:
– Это… была у нас одна такая компания… Я их только по именам знала и в лицо. Ну нормальные они ребята были, нормальные, понимаете! – Ирина все-таки разрыдалась, задела нос и ойкнула. – Не панки какие-нибудь, в майках с черепами не ходили, даже травку не курили. Там даже девчонки были.
Все врем разговоры у них такие интересные – о предназначении человека, о разных культурах. Мистика всякая, древние народы, сказания, волшебники. Ну кто же знал?!
Некоторое время в комнате слышался только тихий плач.
– На, платок возьми. Аккуратно только, про нос не забывай. И не психуй. Небось, позвали Хэллоуин отпраздновать
Ирина закивала головой и снова разрыдалась. Наконец сглотнула, отдышалась и продолжила:
– Обещали… показать какое-то таинство. Говорили, что у меня огромные способности. Их надо раскрыть, а без обряда я этого не смогу. Сказали, если я соглашусь, то получу большую силу, больше даже, чем у некоторых из них. Говорили, что я будущая жрица…
– Ты в Бога веришь? – неожиданно перебил Натаныч.
– Крещеная… Только крестик не ношу, мешает он мне. Никак цепочку не могла подходящую подобрать, все лопаются, а с веревочкой ходить – некрасиво. А почему вы спросили?
– Да так, ничего. Продолжай. Ну, предложили они отпраздновать Хэллоуин, а дальше что было?
– Дальше… – Ирина на секунду задумалась, наморщила лоб. – Пришли мы на квартиру к одному парню. Там уже тыква стоит, свечки, все такое. Выпили немного, какую-то музыку послушали, потанцевали даже. Потом кто-то предложил поехать в лес, развести костер, около него потанцевать. Это же древний праздник, вы знаете? Он еще до христианства был. Только назывался как-то по-другому, я не помню, как. Ну вот и решили отпраздновать, как в старину. У нас сейчас чуть не половина факультета на чем-нибудь старинном помешана: кто дворянских предков ищет, кто костюмы какие-то шьет, кто стихи японские читает… Вот и поехали. Там у одного парня машина была. Иномарка, но не крутая, что-то японское. Джип какой-то маленький, мы почти друг на друге сидели. Потом заехали к знакомым этого парня. У них тоже была машина, а еще там были трое на мотоциклах. Поехали за город, где-то долго тряслись. Я еще спросила, почему так далеко, а они сказали, там место особое. Приехали, разожгли костер.
Все что-то пили вкруговую, до меня очередь дошла. Я глотнула – вроде бы вино, а потом меня та-ак накрыло!
– И больше ничего не помнишь?
Девушка замотала головой – разлетелись русые пряди. Потом мелко задрожала. Старый егерь сел рядом, приобнял за плечи:
– Ну-ну, не трясись. Все позади, дочка, все обошлось. Скажи Саньке спасибо – это он почуял и пошел тебя выручать.
– Правда? – Ирина недоверчиво заглянула Натанычу в глаза.
– Точно. Только он не знал, что именно происходит, просто почуял неладное и сказал, что должен идти. Рвался один, но я его не отпустил, сам навязался.
– Правильно и сделали, спасибо вам огромное! – неожиданно девушка поцеловала щеку. Чуть укололась о белесую щетину. Егерь смутился.
– Да ладно тебе… Вон, Саню целовать будешь, спасителя своего. Ваше дело молодое, тем более, говоришь, встречались где-то.
– Это на одной тусовке, там собираются… Ну, в общем, встречались. Вы не знаете, он и вправду где-то воевал? Ребята говорили, то ли в Чечне, то ли еще где, чуть ли не в спецназе, а я подсчитала – не получается ничего. Он институт закончил, когда в Чечне уже закончилось, а служил раньше. А Афган слишком давно был.
– В разведке он служил, еще до Чечни. Знаешь, был в прошлом веке
Ирина кивнула. Снова попыталась вспомнить что-то, вздрогнула, но быстро справилась с собой. Только голос подрагивал.
– Они меня… раздели.
– Это я заметил. Не… ну, в общем, ясно? Взрослая уже.
– Нет! Они сказали, что я посвящена какому-то хозяину и должна предстать перед ним. Я даже не боялась. Все как в тумане было, словно так и надо. Положили меня куда-то… Холодно было, но я не мерзла, не знаю, почему. Потом что-то они вокруг меня делали… А потом вокруг появились какие-то черные, с мечами, один подошел ко мне, поднял нож… – девушка все-таки расплакалась, уткнувшись в плечо егеря. – Так страшно стало, так страшно! Не могу!!!
– Не бойся, не бойся, все прошло, – узловатые, огрубевшие пальцы пригладили пышные волосы. – Больше никого нет, никому мы тебя в обиду не дадим.
Девушка никак не могла успокоиться, ее словно прорвало, и выплескивалось все пережитое:
– Там была такая жуть, вы не поверите, а они ее звали, звали ко мне, чтобы она меня забрала! А этот черный хотел меня зарезать, я видела и не могла пошевелиться! А жуть подползала снизу, подползала, я кричать хочу, а дышать не получается! Они все поют, все воют, зовут своего хозяина! Я видела только нож, а потом меня снизу как схватило что-то!
Я… я дальше ничего не помню, совсем отключилась… Прихожу в себя – все болит, кругом темно, рядом сидит кто-то с ножом, рожа вся в крови, и глаза светятся, как у волка! Думала, я уже на тот свет попала, рванулась, а он хвать! Потом поняла, что человек, где-то видела, а где – не вспомнила. Думала, он один из них, там тоже были такие, пятнистые и с ружьями, вроде как телохранители. Они их в глаза – «воины», а между собой – «быдло зеленое», «псы»! А потом замерзла, ногу распорола, он все гнал, я ничего не соображала. Потом я на обрыве не удержалась, покатилась вниз, разбилась вся. А там наверху стреляли, а потом он спустился… Дальше вы все знаете, вы же нас и подобрали. Я в себя только на катере пришла. Юрий Натанович, а можно вопрос?
– Валяй, спрашивай.
– Для чего вы ракетами стреляли? У вас же винтовка была! Так вы только себя подсвечивали. И прожектором! Вы от нас отвлекали, да?
– Ну-у, прямо Кутузов в юбке! Я думал, она про парня спросит, а ей тактику подавай! Молодец, боевая девка, раз успела заметить. А говорила, не помнишь ничего!
– Я же как в себя пришла, все точно помню. Ну, не хотите говорить, не надо. Может, это секрет какой.
– Этот секрет тебе любой офицер откроет, и не только офицер. Впрочем, не любой, есть у нас еще в штабах кресла дубовые… Ты сама подумай – что будет, если привыкшему к темноте человеку под нос горящий магний сунуть?