Когда боги спали
Шрифт:
Послышались тяжелые шаги.
— Последний раз ты смущалась, когда богиня Фелакия была девственницей, — сказал Бинер.
Сафар повернул голову. По глубине баритона и тяжелым шагам Сафар ожидал увидеть нависшего над ним громилу.
И Бинер действительно оказался громадиной. Обхват груди, мощные руки и ноги были под стать великану, вот только росту в Бинере было не более четырех футов. На огромном бородатом лице с преувеличенно широким ртом поблескивали широкие зубы.
Бинер увидел, как Сафар уставился на него, и изобразил улыбку, которая, очевидно, считалась у него успокаивающей.
— Держу
Сафар удержался от ответа. Ему не хотелось выглядеть невежей и не соглашаться с очевидной истиной.
Мефидия похлопала его по плечу.
— Можешь не переживать из-за оскорбленных чувств Бинера, — сказала она, догадавшись о его мыслях. — Он хоть и урод, но лицом своим гордится. Да и люди не скупятся, лишь бы посмотреть на него. И столько же доплачивают, чтобы увидеть, как он поднимает повозку с железными болванками или разбивает кирпичную кладку ударом кулака.
Смущенный Бинер колупнул пол носком ботинка.
— Да это все ерунда, — сказал он. — Просто трюки для развлечения ярмарочной толпы. К тому же Мефидия для начала еще доводит их до нужного состояния своим колдовством.
Мефидия посмотрела Сафару прямо в глаза.
— Бинер прекрасный актер, — сказала она, изящно взмахивая рукой. — По моему мнению, самый лучший из мужчин Эсмира.
Голова Сафара кружилась. Он чувствовал себя окончательно сбитым с толку.
— Простите, милая леди, — сказал он. — Но я не ошибаюсь, и меня действительно спасли… э… бродячие актеры?
Бинер и Мефидия рассмеялись. Бинер выпрямился во весь свой рост и воскликнул:
— Подходите, подходите, парни и девушки всех возрастов! Я представляю вам — летающий цирк чудес Мефидии! Грандиознейшее зрелище во всем Эсмире!
Мефидия захлопала в ладоши, восклицая:
— Браво! Браво!
Сафар встревожился и приподнялся на локте.
— Еще раз прошу прощения, — сказал он. — Я понимаю, что это невежливо — приставать с расспросами к людям, которые спасли тебя, но… Что вы такое говорите насчет полетов?
Бинер изобразил удивление.
— Но мы действительно летаем, парень, — сказал он. — И в данный момент, по моим оценкам, мы находимся на высоте в две мили.
Сафар закашлялся.
— На высоте в две мили? Но в чем?
— Как в чем? Конечно же в воздушном корабле, парень. В воздушном корабле!
Страх оказался сильнее слабости, и Сафар, пошатываясь, поднялся на ноги.
Он подошел к ограждению и посмотрел вниз. Далеко внизу расстилалась широкая плодородная долина. Видно было, как по полям стремительно перемещается двугорбая тень. Кровь застыла в жилах, когда он понял, что является частью этой быстро передвигающейся тени.
Он воскликнул, обращаясь к своим спасителям:
— На какой, вы сказали, высоте мы находимся?
— Две мили, парень… Плюс-минус тысячу футов, — отозвался Бинер.
Сафара бросило в жар. А затем он потерял сознание.
Когда он пришел в себя, вокруг собралась небольшая толпа. Рядом присела Мефидия, пытаясь влить ему в рот бренди. От одного взгляда на эту толпу Сафар широко раскрыл рот
В центре стоял Бинер. Рядом располагался высокий скелетоподобный малый, одетый лишь в набедренную повязку и тюрбан. Вокруг шеи его обернулась громадная змея с человеческим ликом. Сразу же за ним стоял крепкий мужчина с мускулатурой акробата. Свою чересчур маленькую голову, соединенную с плечами длиннющей тонкой шеей, он держал рукой за волосы, поднимая повыше, чтобы видеть через головы других. Надо всеми возвышалось существо, похожее на дракона. Этот белый дракон с длинным рылом, увидев, что Сафар смотрит на него, изогнул заостренный хвост и почесал им за ухом. Затем кто-то сместился в сторону, и Сафар увидел, что это существо наполовину человек. Длинное тело принадлежало женщине с вполне приличными формами, с грудью, прикрытой пластинами и со скромной набедренной повязкой.
В общем, было на что посмотреть. Но дракон заметил, что Сафар неотрывно смотрит на него или на нее.
— Я есе и зонглер, — прошепелявила она. — Сесть сариков семь сабель сразу. Мы смазываем их маслом, и я подзигаю их своим дыфаньем.
Она поднесла лапу с когтями к рылу и выдохнула. Вокруг сжатого кулака образовались дым и языки пламени.
— Просу просенья, — сказала она. — Но долзна зе я себе зарабатывать на пропитанье.
Сафар кивнул. «Какой вежливый дракон!» — подумал он. И вновь потерял сознание.
— В самом деле, Арлен! — сказала Мефидия. — Ты что, не можешь удержать себя в руках? Ты уже не первого гостя пугаешь до полусмерти!
— Просу просенья, — взвыла драконша. — Я не виновата. Долзно быть, за узыном съела фто-то не то.
Так прошли несколько дней сна без сновидений, прерываемого лишь на полубессознательную кормежку. И вот настала минута, когда он пришел в себя, ощущая необыкновенный прилив сил и тревоги. Вдохнув запах духов, он почувствовал себя очень, очень…
Он открыл глаза. Все вокруг освещалось тусклым неверным светом. Над головой возвышался потолок какого-то помещения, на нем прыгали темные тени. Сафар посмотрел на себя и увидел, что некая часть его тела горбом подняла одеяло.
Сафар услыхал знакомый хрипловатый смех. Над ним склонилось лицо Мефидии. Губы раздвигались в улыбке, в глазах плясал смех. Она тоже посмотрела на возвышение на одеяле и затем в глаза Сафару.
— Приятно видеть тебя вновь среди живых, — сказала она.
Сафар вспыхнул. Он хотел было извиниться, но Мефидия приложила палец к его губам, призывая к молчанию.
— Передо мной можешь не стесняться, — сказала она. — Такие жизненные подъемы я только приветствую. Тем более что кругом твои друзья.
Сафар открыл рот, но вновь длинный изящный палец прижался к его губам.
— Ты еще молод, — сказала Мефидия. — А у юности есть как свои преимущества, так и недостатки. Преимущества очевидны. — Она посмотрела на бугорок. К огорчению Сафара, его член и не собирался сдаваться. — Недостатки же заключаются в следующем: что делать с этими преимуществами?
— О! — Вот все, что мог сказать Сафар.
— И я так полагаю, что у тебя есть ряд вопросов, — сказала Мефидия. — Если, конечно, допустить, что твой незваный гость под одеялом не отвлекает тебя от мыслительного процесса.