Кодекс Суперзлодея
Шрифт:
Это да. Но это был кратчайший путь к установлению контакта с Братвой. Кроме того, если через Хану меня захотят связать с Шутником, то у меня будет шикарное алиби. На момент использования этих гранат против мафии я был и пока остаюсь неинициированным. Потому заподозрить во мне начинающего суперзлодея будет сложно. Максимум, что смогут предположить, что Шутник — мой родственник по материнской линии. Дядя, например.
«Где я ошибаюсь?»
«А кому придут мстить мафиози, когда не смогут достать Шутника?»
Эм… об этом я не
«Естественно, потому, что тот привет передал не ты, а Шутник. А он о таких вещах не очень беспокоится».
Нда, я был в образе Шутника… надо будет следить за безопасностью основной личности.
«Это всё?»
«Кроме того, что в образе ты не осознаёшь, что творишь?»
Я что, сам над собой издеваюсь? Надо спрашивать конкретнее.
«Что ещё, представляющее опасность, я пропустил?»
«Голема плоти»
Так, я действительно не ожидал такого проявления некроэнергии. Согласно всем известным теориям, это просто нелогично. Иными словами, тот, кто открыл разлом на многолюдной площади, затратил на это гораздо больше энергии чем получил и чем мог рассчитывать получить.
«Он явился за мной?»
«Это очевидно. Но главная проблема не в этом».
Почему я должен сам из себя клещами вытаскивать правду? ладно, сам задал правила этой игры.
«В чём проблема? Только не говори, что в осознанности».
«Это проще показать, чем описать».
«Так покажи!»
«Открой глаза».
Что-то мне это уже не нравится. Перед внутренним взором встала сцена из Бойцовского клуба, где главный герой разговаривает с девушкой Тайлера Дёрдена и вдруг чувствует, что в комнате резко похолодало, стоило ей сказать, что он и есть Тайлер.
В комнате резко похолодало.
Открываю глаза и вижу висящего на противоположной стене вверх ногами, в позе «Повешенный» из колоды карт Таро, Шутника.
Он в купленном мной красном гангстерском костюме, но без шляпы. Висит, точнее, лежит на стене, будто подвешен за левую ногу невидимой верёвкой к потолку, правая согнута в колене, руки сложены за спиной. На нём те же казаки, которые стоят возле моей койки, на которой я пытался медитировать, сидя по-турецки.
Это карма. Не надо было устраивать Бойцовский клуб в прошлой жизни. Тогда в этой не пришлось бы раздваиваться. Или… я же в аномальной зоне. Тут это вот всё в порядке вещей. Не знаю, есть ли тут карты Таро? Если нет, то… а почему бы просто не спросить?
— В этом мире есть карты Таро?
— Здесь, как в Греции, всё есть — ухмыляется Шутник, и сразу становится ясно, что его белая маска не такая застывшая, как у меня, а скорее очень белый, практически как краска, грим.
— То есть, это неслучайность и есть
— А почему ты заселился в номер, где единственным свободным местом оказалась стена?
— Мотель был выбран случайно.
— Вот именно.
— Что ты имеешь в… а, я понял. Это такой же многозначительный абсурд, который я сам сделал частью твоего образа. Вот только я не думал, что создать тульпу так легко.
— Не создать, — покачал головой Шутник, — а, скорее, прописать новый образ, после уничтожения старого.
— Да, энергию клоуна я получил… то-то мне показалось странным, что она была в виде золотого шарика, как семя из Твин-Пикса. Я сам создал для неё такой образ или Дэвид Линч что-то знал?
— Скажем так, все, кто смотрел его третий сезон, будут видеть это именно так.
— И что теперь? Ты хочешь занять моё место?
— Ками упаси, — православно перекрестился Шутник, даже вытащив ради этого руку из-за спины. После чего, поняв, что образ старшего аркана Таро нарушен, положил ногу на ногу и скрестил руки на груди, приняв более пристойную для своего гангстерского образа позу. Правда, продолжая висеть вниз головой, напоминая одного персонажа, который также любил собираться с мыслями.
— Не делай этого!
— Я ничего не делаю.
— Ты пытаешься внести в мой образ Бэтмена!
— Ну ты сам виноват. Висишь тут как летучая мысль. Вот я и подумал, что тебе без него будет скучно.
— Не надо так. Я не Джокер и не страдаю от неразделённого вывернутого наизнанку стокгольмского синдрома. Но ты, как мой создатель имеешь большое влияние на меня. Особенно, пока мой образ не закрепился в общественном сознании.
— Извини, больше не буду. А когда он закрепится?
— Если так дальше пойдёт, — Шутник кивнул на экран, на котором как раз показывали сцену рисования на белой маске кровавой улыбки, — то скоро.
— И потом ты станешь самостоятельным?
— Насколько может быть самостоятельным монстр воображения, созданный бывшим монстром воображения и подпитываемый воображением миллионов людей.
— Это да. С такой базой фанатов, ты достигнешь бессмертия раньше меня.
— Сказал тот, кто поглотил энергию нескольких тысяч демонов.
— То-то со мной постоянно хотят связаться снизу. Это они?
— То, что от них осталось.
— Они в Астрале? На каком уровне?
— Сам увидишь. У меня кончается энергия для материализации, а у нас есть более важная тема для обсуждения.
— Какая… а точно. Что за проблема у меня с големом плоти, которую я не заметил?
— Заметить ты не мог. А вот предвидеть был обязан.
— …?
— Голем был слаб, иначе не смог бы воплотиться на глазах у целой толпы, но всё-таки сильнее обычного зомби.
Неприятное чувство, когда на тебя смотрит твой тёмный двойник, явно сомневаясь в интеллекте своего невольного создателя. Впрочем, эта черта характера у него, похоже, от меня. Так, обычный зомби — это монстр первого уровня. Обычный голем плоти где-то не ниже третьего. А ослабленный вариант, выходит, второго… Чёрт.