Кодекс страсти
Шрифт:
Гарри откинулся назад, как будто получил удар.
– Кэрри… Кэролайн… – Он провел рукой по лицу. – Почему ты так взбесилась из-за нее?
Гнев Кэролайн рос с каждым словом:
– Потому что у нас с Роксаной много общего. Ты нас обеих обвел вокруг пальца.
– Не говори глупостей. У тебя нет ничего общего с ней. Я бы никогда не привел ее домой к… – Гарри умолк.
– Домой к маме, – докончила за него Кэролайн.
– Ну да, верно. Мама любит тебя, Кэролайн. – Он тут же почувствовал, как Кэролайн отнесется к этой идее. – Ну, ты ей нравишься. Она одобряет тебя, – поправился
– Я польщена, что Мейда обо мне такого высокого мнения, но быть твоей нянькой, эдакой Мэри Поппинс, я не хочу.
Кэролайн махнула официанту, чтобы он отправлялся с меню десерта куда-нибудь подальше.
Гарри вернул его:
– Не будешь десерт, Кэрри? Ты так стройна, что можешь позволить себе несколько лишних калорий.
«Дело не в калориях, просто я не хочу больше сидеть здесь с тобой», – подумала Кэролайн. Ей было немножко стыдно оттого, что она так отчаянно хочет, чтобы вечер кончился.
– Чашечку кофе?
– Нет, спасибо, Гарри. Мне нужно домой. Моя учебная группа собирается завтра, чтобы определиться на следующий семестр, а у меня еще не все готово.
Учебная группа действительно собиралась завтра, чтобы рассеять беспокойство по поводу деления на классы, которое грозило в следующем месяце.
– Я… я надеюсь, что мы еще увидимся, Кэрри. Я снова собираюсь начать за тобой ухаживать.
В улыбке Гарри она углядела напоминание о том очаровательном молодом человеке, с которым когда-то встретилась. Печаль с новой силой нахлынула на нее. Нет, все вышло не так, как она планировала.
– Пожалуйста, не надо, Гарри. – Кэролайн даже подалась вперед, желая убедить его в бесполезности этой затеи. – Если бы мы могли начать все с начала, я была бы только рада. Ради детей и потому, что я не хочу, чтобы вокруг нас бродили сплетни. Но, к сожалению, это невозможно.
Гарри взял ее за руку:
– Не говори так, Кэрри. Я не хочу в это верить. Ты ведь еще не согласилась выйти замуж за этого… этого твоего профессора, не так ли?
– Это не твое дело, Гарри. – Кэролайн решила, что с нее хватит. Она встала и сказала: – Мне действительно нужно домой. Вечер был очень интересный.
– Интересный? Я воспринимаю это как обнадеживающий знак.
– Не стоит. Я просто имела в виду старую китайскую поговорку: «Желаю тебе жить в интересное время».
– А. – Гарри распрямил плечи. – Ну что ж, я все равно не буду терять надежды.
Кэролайн нечего было больше сказать.
Дом никогда еще не выглядел более гостеприимным, подумала Кэролайн, поднимаясь по разбитой дорожке к парадному крыльцу. Она протянула было руку, но потом отдернула ее.
– Ты не поцелуешь меня на прощанье?
– Мы прекрасно провели вечер, Гарри, очень культурно. Даже твоя мама это одобрила бы. Но не искушай судьбу.
– Спокойной ночи, Кэролайн. – Гарри отступил назад. – Au revoir.
– До свидания, Гарри.
Кэролайн вошла внутрь и, закрыв глаза, прислонилась к двери. Великий Боже, неужели Гарри и впрямь сказал, что хочет к ней вернуться? Как странно. Не может же он думать,
– Привет, пропащая, – произнес раскатистый голос.
– Дэниел? – Кэролайн открыла глаза: он действительно стоял в дверях гостиной, улыбаясь ей чуть кривовато. – Что ты здесь делаешь?
– Твой сын попросил меня приехать. Он беспокоился о тебе.
– Беспокоился?
– Я думаю, он побоялся, как бы папочка со своими чарами не вторгся опять в твою жизнь. А так как Бен знал, что я боюсь того же самого, вот он меня и пригласил. Мы пили пиво и пытались анализировать женщин.
– И как успехи? – не могла не улыбнуться Кэролайн.
– С пивом лучше, чем с анализом. Заходи, присоединяйся к нам. Изложишь нам свою точку зрения.
Он обвил ее рукой, и Кэролайн на мгновение прислонилась головой к его плечу.
Они прошли на кухню. На столе стояли пустые банки из-под пива и остатки пиццы. На стуле, развалившись и вытянув ноги, восседал с банкой пива Бен.
Он поднял глаза.
– А, возвращение блудной матери. Привет, мам. Как вечер с папочкой? Пытался вымолить у тебя прощение и вернуться в родные пенаты? – Он улыбнулся. – Ставлю все свои деньги на то, что ты предложила ему катиться прямиком до Лос-Анджелеса. Я выиграл?
– Почему ты подумал, что твой отец хочет вернуться к нам?
– Потому что его драгоценная мамаша, моя благословенная бабуля, хочет, чтобы он вернулся.
Бен осторожно поставил банку. Пива он явно выпил чересчур много.
– И сколько этой дряни ты употребил? – осведомилась Кэролайн.
– Достаточно. А теперь я намерен добраться до своей комнаты. Твоя дорогая доченька, этот обаятельный ребенок, свет нашей жизни, все еще у Лорен со всякими соседскими полуночниками. Спокойной ночи. – Бен повернулся к матери, и лицо его стало серьезным. – Если ты позволишь Гарри вернуться, я с тобой разведусь. – Нетвердым шагом направляясь к двери, Бен помахал рукой. – Спасибо тебе за пиво и пиццу, Дэниел. Держу пари, мы провели время лучше, чем ты, мам. Спокночь.
Дэниел поднял глаза:
– Спокойной ночи, Бен.
Он стоял, опершись о стол и внимательно глядя на Кэролайн. Она села, собирая в кучу остатки пиццы.
– Ты расскажешь мне о вашем обеде, или я опять должен вытягивать из тебя клещами, слог за слогом?
Голос у Дэниела был невеселый и даже немного отчаянный. Он почувствовал, как все его мускулы напряглись. Он хотел знать, что произошло.
– Сейчас я тебе расскажу. Гарри думает, что он мог бы вернуться домой. К своей матери. И ко мне. Его бизнес зачах, а от Роксаны он устал – или временно думает, что устал. – Кэролайн замолчала, с отрешенным видом складывая куски пиццы в большую плоскую коробку. – И как только я могла жить с ним? Ему ни до кого нет дела. Для него никто не существует. Он распоряжается нами и бросает нас с такой же легкостью, как ребенок игрушку. Он думает, что у других людей вместо крови опилки. Как я могла прожить с ним все эти годы и не понять ничего? Клянусь тебе, Дэниел, я не отдавала себе отчета, что он за человек. – Голос ее дрожал, хотя она и пыталась держать себя в руках. – Какое затмение на меня нашло? Почему я ничего этого раньше не видела?