Кодекс молчания

Айран Бай

– Ты так смотришь на меня, что мне хочется достать книгу и почитать перед опросом особой важности, - сонно протянул Хелл, по-кошачьи потягиваясь. Он сладко зевнул, размял шею и вновь откинулся на одеяло.

– Не преувеличивай, - возразила я.- У меня просто действительно есть несколько вопросов. Немного потерпишь.

Повисла приятная тишина, нам было легко безмолвствовать друг с другом. Но я ждала какого-то отклика от Хелла. Бастард не отзывался, неужели он снова уснул? Или мужчина просто делился со мной своим молчанием.

– Хелл?

– Что Хелл? Где твои вопросы? Я же жду, - ответил он, не поднимая головы. Я заметила

за собой, что внутри вновь появляется дикое желание ударить бастарда чем-нибудь тяжелым. Тряхнув головой, я постаралась избавиться от навязчивых мыслей.

– Как тебе удалось выбраться? Как ты выжил? Ты сам прекрасно понимаешь, что я хочу знать.

– Мало ли что я там понимаю, - усмехнулся Хелл, приподнимаясь и облокачиваясь рукой о землю. В глазах его блестела грусть, он посерьезнел.- Тебе бы лучше спросить, как я мог тебя отпустить. Одну. В лапы врага.

– Хелл…

– Хорошо, - согласился бастард, отвлекаясь от самобичевания.- Не знаю точно, сколько времени прошло с того момента, как тебя увезли, Эв, но меня нашел Силенс. Король прибыл с небольшим отрядом в этот осиновый дом, но вместо тебя отыскали только мое практически безжизненное тело, - хмыкнул он.

– Почему Монтэя приказала тебя оставить?

– Бандж решил, что я мертв, по-видимому, - пожал плечами Беллс.- Не знаю. Но он уехал следом за тобой. Силенс упорно допытывался от меня информации о том, куда тебя увезли. Сначала, конечно, это у него плохо получалось. Джиджи пришлось серьезно поработать, чтобы я пришел в себя. Как только сознание ко мне вернулось, за работу принялись гены Волхва, и исцеление помчалось быстрее, чем мог ожидать даже я сам. Видимо, дикое желание встать с кровати и покинуть лазарет, чтобы отыскать тебя, просто-напросто подталкивало вперед и меня, и немного запаздывающее тело. Я пытался отыскать в своих воспоминаниях хоть какие-нибудь отсылки к тому, куда тебя могли увезти, но ни на что не натыкался.- Он тяжело вздохнул.- Пришлось разочаровать Силенса, который надеялся на мою помощь. Я не знал, где ты. А отыскать тебя без каких-либо подсказок было практически невозможно. Территория Красной страны огромна, а Монтэя – ее правительница, то есть могла спрятать тебя в любой части своего государства. К счастью, ни у меня, ни у короля не опустились руки, и…

– Подожди, Хелл. И все? Про пытки и…

– А что еще говорить, Эв? – перебил Хелл.- Я помнится сказал тебе, что раны заживут и кости срастутся. Так оно и случилось. Пара лишних шрамов меня не смущают, если ты беспокоишься об этом.

– Бастард, - надавила я.

– Я корю себя только в том, что ты страдала вместе со мной, - на одном дыхании признался Хелл.- Какого Дарка? – Тут же возмутился бастард, глядя на меня так, как будто я была неизвестным ему доселе существом.
– Не нужно приучать меня откровенничать, королева, я не привык говорить то, что у меня здесь, - его рука мягко переместилась к сердцу.- Даже то, что в голове доступно немногим, а уж это…

Мне оставалось только добро усмехнуться в ответ на эти слова.

– Я ведь и так это вижу, Хеллс Беллс. Не пытайся меня обмануть.

Мужчина фыркнул.

– Много ли надо мне, королева, чтобы тебя обмануть, - таинственно заявил бастард, растягивая губы в злорадной улыбке.

Рассказ Монтэи Блэк подтверждал то, что сказал Хелл. Действительно, ему удалось меня обмануть, а я даже не подозревала об этом. Но что-то все равно меня смущала.

Я не могла понять, почему поведение Хелла так сбивало меня с толку. Его странные попытки выглядеть тем, кем он не являлся, раздражали. Это толкало меня на то, чтобы я сделала все ради знания правды в моих руках.

– Все остальное не так уж важно, Эв, пытки не так страшны. Нам причиняли боль только для того, чтобы устрашить. Сложнее, когда пытают, чтобы выяснить.

– Почему?

– Сама подумай, - подтолкнул Хелл.- Боль открывает тысячи путей.

Отчасти был прав, мне тут же стало дико неприятно, как только я представила то, если бы Бандж хотел еще что-то узнать от меня. Наверное, изощрения солдата утроились, а его методы стали бы еще более ожесточенными и бессмысленными.

– Да, тут ты прав.

– Нужно соблюдать кодекс молчания, - произнес Хелл. Взгляд его скользил по линии горизонта, которая начинала медленно светлеть.

– Кодекс чего? – переспросила я.

– Кодекс молчания, - повторил бастард, поворачиваясь в мою сторону.- Когда тебя пытают нужно думать о том, что скажешь, а не о том, чего говорить не следует.

Я задумчиво замолчала, пытаясь найти смысл в странных словах бастарда. Но позже пришло осознание, что так действительно было бы проще. Сосредотачиваться на лжи, которую ты будешь повторять в любом случае, не обращая внимания ни на боль, на ни страдания. Хранить тайну, которую из тебя пытаются вытащить раскаленными щипцами, выдавая желаемое за действительное.

– Иногда ты меня пугаешь, - наконец, выдохнула я.

– Чем? – удивился бастард. Брови его приподнялись в характерном жесте, тут же преображая все его лицо. Он выглядел таким наивным, словно я была матерью маленького ребенка, которому объясняла, что небо голубое, а трава – зеленая, а не наоборот.

– Своим интеллектом.

Он сдержанно хохотнул, но потом посерьезнел, поймав мой сердитый взгляд. Все же не сдержался и вновь расплылся в искренней и теплой улыбке.

– Это придет с годами, Эв.

– Я постоянно забываю о том, что ты уже давно не молод, - извинилась я, чувствуя свою вину.

– Что ты,- отмахнулся бастард. В его глазах я читала доверие.- Я привык к тому, что мать отобрала у меня возможность воплотить свои давние мечты в жизнь.

– Какие?

– А толк говорить о них, если они уже несбыточны, - попытался отмахнуться Хелл, но у него ничего не вышло.

Я настаивала на ответе.

– О семье, - вздохнул он. – Которой у меня никогда не было.

– И что же мешает?

– Я никогда не состарюсь и не умру. Не хотелось бы выглядеть младшим братом собственного ребенка, а потом хоронить внуков. Да, Хоуп подарила мне и много положительных потенциалов. Я могу сделать больше, чем любой другой человек. Но вечная жизнь неинтересна.

– Поэтому ты всегда бросаешься в огонь.

– Может, - улыбнулся он.

В его аристократичных чертах я читала мудрость. Он часто скрывал ее под маской из яда, но теперь она сквозила в каждом движении. Откровенность Хелла радовала, я тихо улыбалась, боясь спугнуть его. Теперь Хелл был похож на осторожную лань, которая вышла на водопой в долину, в которой полно голодных серых волков. Ему нужно было научиться рисковать ради того, чтобы уметь доверять. Прятаться в вечном страхе быть обманутым никому не удастся, и я была безумно рада тому, что Беллс понимал это сейчас. И шел навстречу моим вопросам.