Кодекс Люцифера
Шрифт:
Епископ Хлесль бросил взгляд через плечо на свой рабочий стол, за которым сидел нахохлившийся кардинал Факинетти, казалось, углубившийся в свои мысли. Кардинал не произнес ни слова протеста, когда Киприан попросил своего дядю выйти, чтобы переговорить с ним с глазу на глаз.
– Что с ним такое? – спросил Киприан. – Только не надо мне рассказывать, что он так утомился с дороги из самого Рима. Ты выглядишь не лучше, а ведь несколько дней уже не вылезаешь из кабинета. Что тут вообще происходит?
– Он попросил меня о помощи.
–
– Потому что он проследил путь библии дьявола из самой Вены – след теряется здесь. Мне удалось столько же.
– А чего ему от тебя-то надо?
– Ваше преосвященство! – позвал епископ Хлесль и повернулся к нему.
Киприан схватил дядю за руку.
– Что вы двое забыли мне рассказать? Чего я знать не должен?
Мельхиор Хлесль оторвал руку Киприана от своего рукава. Юношу потрясло, какими ледяными оказались пальцы дяди.
– Джованни!
Кардинал Факинетти посмотрел на него. Епископ Мельхиор кивнул. Кардинал глубоко вдохнул и очень медленно выдохнул. Его грудная клетка запала.
– Из Испании сюда отправили одного человека, – чуть слышно начал он. – Отца Ксавье Эспинозу. Он доминиканец. Ему дана полная свобода действий, для того чтобы найти Книгу дьявола и принести ее обратно в Испанию. Я не преувеличиваю, говоря «полнаясвобода». Ему заранее отпустили все грехи. Перед Прагой я потерял его след.
Киприан уставился на него, ничего не понимая.
– Вы приставили к нему соглядатаев?
– Мой шпион бесследно исчез. Боюсь, он вычислил его и обезвредил.
– И ты хочешь, чтобы теперь я выполнил его задание?
– Я просто хочу не допустить, чтобы библия дьявола была найдена и передана не в те руки. Я бы душу отдал за то, чтобы услышать, что эта книга сгорела в пламени. Твой дядя предложил тебя для этой миссии.
– Почему бы тебе самому об этом не позаботиться? Здесь, в Вене, или в Праге – ты же кардинал! Стоит тебе захотеть, и ты получишь самые умные головы в любом монастыре.
Факинетти и Хлесль снова обменялись быстрыми взглядами. Епископ Мельхиор кивнул.
– Мне нужно ехать в Рим, – объяснил кардинал Факинетти. – Я приехал сюда сегодня утром, а завтра утром снова должен уехать.
– И что же? – спросил Киприан, пытаясь говорить как можно безразличнее. – Папа Григорий тоже умирает?
Он пожалел о своем вопросе, как только тот сорвался у него с языка.
– Да, – просто ответил Мельхиор Хлесль.
Глаза Киприана сузились.
– Будет собираться новый конклав, – прошептал кардинал Факинетти. – И я бы хотел, чтобы ты знал: Папа Григорий и я – друзья. Я не открыл ему истинных событий, связанных с библией дьявола, поскольку не рискнул втягивать его во все это. Возможно, смерть его будет на моей совести. Мне это неизвестно. Я знаю только, что не успею прибыть в Рим, чтобы попрощаться с ним и попросить у него прощения.
– Я выхожу из игры, –
– Я нанял людей, которые провели расследование о жизни Агнесс, – неожиданно сказал епископ Мельхиор. – Никлас Вигант солгал.
– Он ничего не рассказывал ей о ее прошлом, поскольку не хотел обременять ее – или из-за того, что хотел сохранить благополучие в своем семействе. Это не имеет значения.
– Нет, он солгал в том, что касается ее прошлого.
Киприану понадобилась одна секунда, чтобы осмыслить новую информацию.
– И что с того? Пусть даже она его бастард! Я не перестану ее любить, даже если Никлас зачал ее с какой-нибудь шлюхой и мать родила ее посреди улицы.
– Что, кстати, вполне возможно.
Киприан задержал дыхание и сглотнул, чтобы не дать выхода ярости, неожиданно перехватившей ему горло.
– Поточнее, дядя, – хрипло потребовал он.
– Я приказал проверить все сиротские приюты в Вене…
– Зачем? Для чего ты это сделал?
– …и с полной уверенностью могу сказать, что в этой жизни Никлас Вигант не забирал маленькую девочку из сиротского приюта в Вене.
Киприан молчал. Он оглянулся на кардинала Факинетти, но взгляд старика был полон сочувствия, а сочувствие было последним, что Киприан надеялся найти. Ему стало ясно, что Мельхиор задействовал кардинала в своих поисках информации об Агнесс. Он попытался отыскать в своем сердце гнев по отношению к дяде, но недоброе предчувствие, навалившееся на него, не оставило места для гнева. Киприан отвел взгляд.
– В епархии Никласа должен быть какой-то документ.
– Он есть и подписан собственноручно Никласом Вигантом. Только это фальшивка. Свидетелем Никласа, сделавшим из фальшивки настоящий документ, был его деловой партнер – Себастьян Вилфинг.
– Чтоб его черти взяли, – глухо пробормотал Киприан.
– Рано или поздно все мы там будем, – откликнулся епископ Мельхиор.
– Но это ведь не все, что тебе удалось найти!
– Я проверил, где находился Никлас Вигант до того, как отправиться обратно домой вместе с чужим младенцем.
– В Праге, – предположил Киприан. – Ты бы не стал мне всего этого рассказывать, если бы он был в другом городе.
– Агнесс Вигант окружена тайной, – сказал епископ. – Я не могу открыть ее, но уверен, что не случайно Никлас Вигант вернулся домой с ребенком именно из Праги и что по поводу девочки было дано ложное свидетельство именно в то время, когда библия дьявола стала угрожать своим появлением среди людей.
– И если в Праге мне удастся найти хоть один намек на то, кем на самом деле является Агнесс, то, вероятно, у меня появится возможность помешать ее свадьбе с сыном Себастьяна Вилфинга – ты это хочешь мне сказать? С сыном человека, вместе с Никласом давшего ложные показания!