Код Марвел: Сын Криптона
Шрифт:
— Мам, мы же много раз обсуждали это. Мне действительно нужно открыть свою компанию от собственного лица — и юридически, и морально. Я давно уже ощущаю себя достаточно взрослым, и вам самим не раз это доказывал. Да и потом, я же не перестану спрашивать советы у вас. Просто хочу двигаться дальше: реализовать проекты, показать, что не являюсь лишь наследником известного американского рода, а могу добиться успеха и собственными силами.
— Он прав, дорогая, — вступил в разговор отец, быстро оценив мой настрой. — Сколько раз наш сын проявлял зрелость и умение принимать взвешенные решения. Тут дело
Мама вздохнула и скрестила руки на груди. Я знал, что она вовсе не против моей самостоятельности, просто боялась меня потерять — так же, как любая любящая мать боится за ребёнка, особенно когда он собирается выпорхнуть из родительского гнезда.
— Я понимаю, — сказала она чуть тише и улыбнулась, смягчившись. — Просто всё так быстро происходит. Я не хочу лишать тебя свободы, просто сердце щемит от переживаний.
Я наклонился вперёд, стараясь показать, как ценю её заботу:
— Мам, твоё беспокойство мне понятно. Но поверь, я никуда не спешу. Сначала пройду эмансипацию, а потом постепенно займу свою нишу. У меня разработан пошаговый план, я не стану лезть в сомнительные авантюры.
Она ещё раз вздохнула, потом слабо улыбнулась и коснулась моего плеча:
— Хорошо. Только дай слово, что до восемнадцати лет не собираешься от нас переезжать. И не будешь забывать отдыхать. А еще школа! Работа — это замечательно, но здоровье важнее.
— Обещаю, мам, — кивнул я серьёзно и тут же, чтобы разрядить обстановку, добавил: — И честное слово, никаких новых дырок в стенах!
Отец расхохотался, смакуя эту ностальгическую шутку, а мама, покачав головой, посмотрела на меня с ласковой улыбкой, в которой больше не осталось тревоги.
Когда я доел свой завтрак, снова ощутил волну волнения и воодушевления одновременно. Вскоре у меня появится «Уэйн Технолоджис» — детище, которое я лелеял много месяцев. Я представлял, как на моём столе лежит стопка документов, дающих мне право управлять собственным предприятием. Стоило закрыть глаза, и я уже видел логотип компании, деловые встречи и серьёзные обсуждения новых продуктов. Мои финансовые запасы, накопленные после морских приключений и находок, гарантировали, что я не останусь в убытке. И всё это будет результатом моей самостоятельности и труда, а не просто щедрой поддержки семьи.
Впрочем, в глубине души я надеялся, что хотя бы в сфере бизнеса меня не догонит тень прошлых событий: никакой сверхъестественной угрозы, никаких таинственных артефактов и кровожадных монстров. Мне хотелось обрести спокойный, стабильный мир, где всё зависит только от моих знаний и усилий. Может быть, именно там, в бесконечном потоке новых идей и разработок, я найду свой настоящий островок умиротворения. Это и будет мой личный «островок спокойствия».
— А как собираешься отметить свой праздник? — поинтересовалась мама и склонила голову набок, наблюдая за мной поверх чайной кружки. — Может, пригласишь Пеппер или свою новую подругу, Диану? Ту самую, с которой вы познакомились в лагере?
Я сделал неторопливый глоток чая, обдумывая ответ. По комнате распространился мягкий аромат травяного сбора, смешанный с утренней свежестью.
—
— Хорошая девочка, — мама улыбнулась, но в этой улыбке прорезалась легкая грусть. — Жалко, что вы так отдалились в последнее время.
Я лишь пожал плечами. Последние наши разговоры с Пеппер сводились исключительно к её успехам в учёбе, стажировкам и карьерным перспективам. Впрочем, теперь я прекрасно понимал, почему именно она в будущем сможет управлять одной из крупнейших корпораций. В целеустремлённости и трудолюбии ей точно не откажешь.
— Так уж получается, мам. Она занята, и я сейчас тоже погружён в работу и планы. Но я рад за её успехи, — признался я. — Если кто и сможет через несколько лет управлять международной корпорацией, так это Пеппер.
Мама понимающе кивнула, а отец аккуратно перелистывал газету, стараясь, видимо, не вмешиваться в разговор, который считал «слишком личным» для активного участия. Всё-таки он в подобных вещах предпочитал молча поддерживать меня, но порой я замечал, как он прислушивается ко всем деталям.
— А Диана? Почему ты не пригласишь её? — мама ненадолго поставила кружку на блюдце и встретилась со мной взглядом. — Она ведь тоже твоя хорошая знакомая.
— Они сейчас в Бразилии, — ответил я, чувствуя, как в памяти всплывают наши с Дианой последние разговоры. — Она поехала вместе с отцом, у них семейная вылазка на охоту. Её отец — большой любитель дикой природы, проводит все свободное от работы время в лесах. По ее словам, на этот раз они собираются забраться вообще в какие-то дебри.
— О, он охотник? — с неожиданным энтузиазмом отозвался отец, отложив газету и выпрямившись на стуле. — Я ведь тоже люблю охоту, но редко выбираюсь. Может, познакомишь нас как-нибудь, Брюс? Интересно было бы пообщаться с человеком, который видит в этом занятии целую философию.
От неожиданности я едва не подавился чаем и с трудом откашлялся.
— Э-э-э, знаешь, пап, я подумаю над этим. Но думаю, тебе вряд ли понравится его стиль охоты.
— Почему? — удивился он.
— Ну, видишь ли, мистер Рассел немного... эксцентричный охотник, — аккуратно подбирал я слова. — Он фанат делать всё по старинке. Без каких-либо удобств, цивилизации. Дикая природа в её первозданном виде. Экстремальный стиль охоты, если можно так сказать. А ты ведь предпочитаешь комфорт, не так ли?
Отец провёл рукой по подбородку в задумчивом жесте, словно прикидывая, действительно ли он готов к таким приключениям.
— Пожалуй, ты прав, сынок, — сказал он через несколько секунд. — Я не фанат экстремальных условий, в моём понимании охота — это скорее хобби с элементами спортивного интереса, но точно не выживание в диком лесу. У людей разные увлечения, и это нормально.
Я с трудом удержался от смеха, представив себе картину: отец с ружьём и Джек Рассел вместо охотничьей собаки, выслеживающий добычу в лесу. Оборотень в такой роли смотрелся бы весьма забавно.