Ключи от лифта
Шрифт:
Играла зажигательная латиноамериканская музыка, веселая компания вытанцовывала, как могла, – мужчины притопывали, а женщины вихляли бедрами и крутили руками. Но одна из девушек, видимо, имела представление о самбе [7] (а это была действительно бразильская самба!). И вот к ней, увидев потенциальную партнершу, двинулся тот, самый старший из компании приезжих мужчин. Девушка тоже заметила его встречное движение, словно распознала язык, которым владели в этом помещении только они. Она мгновенно стала какой-то более выразительной, ноги ее начали производить невероятные па, глаза заблестели, голова гордо
7
Cамба – бразильский танец, возникший от слияния африканских танцев, принесенных рабами из Конго и Анголы, с испанскими и португальскими танцами, привезенными из Европы завоевателями Южной Америки. Музыка имеет характерный ритм, создаваемый барабанами и маракасами, обычно 50–52 такта в минуту. Истинный характер самбы – это зажигательное веселье, флирт и заигрывания друг с другом, которые сопровождаются характерными движениями бедер.
Такое Олька видела только по телевизору, и то, пожалуй, лишь раз. Она так и застыла с подносом в руках. Вскоре вся компания расступилась, освободив место для дуэта, удивленно наблюдая за зажигательным танцем, который, благодаря мастерству кавалера и игривости и податливости партнерши, совсем не выглядел экспромтом.
Руки девушки взлетали вверх и выразительно замирали, ноги двигались то широкими эффектными шагами, то семенили с каким-то нервным перестуком, а что уж вытворяла она бедрами! Это было что-то невероятное! Глаза у Ольки округлились, сердце застучало быстрее, словно в ритм с той бешеной музыкой, щеки вспыхнули – нечто вызывающее, сладкое и неприкрыто-неприличное открылось ей вдруг в том омуте, где мужчина словно пытался завоевать эту строптивую соблазнительницу, и иногда ему это почти удавалось, она вдруг, подразнив его глазами, руками и бедрами, вновь выпархивала из его рук, озаряя своим взглядом круг изумленных гостей.
Но не все в том кругу реагировали одинаково. И хотя девушка была одета довольно ординарно – юбка по колено и цветастая шелковая блузка отнюдь не были похожи на карнавальные костюмы бразильянок, – но высокие каблуки и сама фигура, осанка, умение двигаться не могли не покорить. Казалось, не было мужчины, равнодушного к такому неожиданному взрыву сексуальности. И бдительные жены, аплодируя по завершении танца, поглядывали искоса на своих мужей – уж не слишком ли они воспламенились от таких вольностей?
А когда разгоряченный кавалер благодарно поцеловал руку партнерши и сделал шаг, чтобы провести ее к столу, произошло неожиданное. Причем Олька потом так и не могла вспомнить, откуда вынырнул тот изрядно выпивший Мишка.
– Ах ты, курва! Так это он тебя учил жопой крутить? – воскликнул тот, швырнул девушку в сторону и зарядил кулаком в голову заезжему танцору.
Конечно, их потом растащили – опомнились и гости именинницы, и приятели любителя латиноамериканских танцев. Но когда он отлетел к батарее и загрохотал о стулья, Олька вся сжалась от ужаса, вспомнив пьяные концерты отца.
Так и бывает – банальное, будничное и, к сожалению, привычное зло накрывает короткий праздник, будто грозовая туча снова пожирает яркое солнышко, посмевшее пробиться в ее прорехи.
Обошлось без милиции, четверо гостей городка вскоре ушли из кафе, а именины еще догуливали свое, доедали, допивали и танцевали обычные гоп-ца-ца под мелодии «Семь-сорок», «Ах, Одесса» и под понятные заводные хиты Верки Сердючки. Девушка после инцидента внезапно исчезла,
Но это был еще не конец истории. Назавтра вчерашние гости городка зашли пообедать. Синяк под глазом танцора был заметен, но, как ни странно, не портил его. То ли в глазах девушек мужчина со следами геройских поступков на лице набирает баллы, то ли зажигательный танец так поднял его рейтинг, но Оксанка подавала то борщ, то плов, то водочку, а когда мужчины насытились, не удержалась и все же спросила гостя, где он научился так танцевать. Ведь он был примерно такого же возраста, как и ее отец, но того даже смешно было представить героем зажигательной самбы.
– Ты правду хочешь знать или историю, похожую на правду? – улыбнулся тот, но улыбка почему-то коснулась лишь губ.
– Конечно, правду, – хмыкнула Оксанка.
– А лет тебе сколько? – теперь засмеялись и глаза.
– Да уж не маленькая, если работаю здесь. Как еду заказывали, не спрашивали, взрослая ли, чтобы вам подавать борщ и выпивку!
– Огонь-девка! – примирительно сказал гость и коснулся ее руки. – Ох, бедный будет твой суженый…
– Так о танцах расскажете или о суженом поговорим? – гонористо скривила губы Оксанка, сама сгорая от нетерпения.
– А шеф не заругает, что мешаю работать? Ты тоже, дочка, иди сюда, – махнул он рукой Ольке, – чтобы дважды не повторяться, если и ты захочешь узнать. Чем-то поучительная история…
На удивление, из дальней комнаты подошел и сам хозяин кафе, Климский, а потом к ним осторожно присоединился и бармен. Других клиентов пока не было – возникла пауза.
– Неудивительно, что девушкам не терпится знать, я и сам после вашей вчерашней самбы все вспоминал и удивлялся. Вижу, непростая вы птица, в наших краях такие не водятся, – улыбнулся гостю шеф. – Как хоть зовут вас?
– Имя у меня простое – Петр. А вот фамилия – Гарсия.
– Странно. А на иностранца не похожи, – удивилась Оксанка.
– Иностранцем был второй муж моей матери. Фамилия в итоге нам от него и осталась. Он был кубинцем, учился в Киеве, но это долгая история. И хотя по крови я не был его сыном, но первым моим учителем танцев был он. Так случилось, что, уехав однажды на родину, он больше не вернулся. Погиб в автокатастрофе. Мне тогда было четырнадцать лет. С танцами как-то не сложилось, я учился, работал, снова учился. Была у меня любимая девушка, а с ней – большие планы, начали совместный бизнес, собирались пожениться, как вдруг… – Петр Гарсия пожал плечами, словно все еще не понимал, как такое могло произойти. – Она бросила меня – одномоментно и однозначно.
Он провел ладонью по лицу и поморщился, нечаянно коснувшись вчерашнего синяка.
– А танцы-то тут при чем? – не выдержала Оксанка.
– Танцы? А! Я не сказал? Так она же бросила меня ради какого-то чемпиона по бальным танцам! Меня, инженера, кандидата технических наук, который только основал свою фирму, мы планировали вместе неслабо ее раскрутить…
– Ничего себе! – даже присвистнул бармен.
– И что же вы сделали? – вдруг недоверчиво спросила Олька. – Неужели…
– Именно так! – улыбнулся ей Петр Гарсия. – Я увидел по телевидению объявление, что через месяц должны состояться соревнования любителей латиноамериканских танцев. Это был какой-то конкурс, мне было все равно, какие призы дадут тройке победителей, но небезразлично было то, что ту тройку будут показывать по телевидению. И ОНА непременно должна это увидеть!