Ключ власти
Шрифт:
— Брат Турман, это уже обсуждалось в верхах. Там найдут, как уладить конфликт с патриархом. В конце концов, кредит на войну достаточно велик, чтобы купить каучук на Дальнем Востоке, у ганьцев.
— Они могут заломить цену выше, чем патриарх. Это иноверцы и враги империи.
— А патриарх — враг Ордена, — строго напомнил Второй. — И меня, и вас — если будем уличены как меченосцы, — он потребует выдать. Затем пошлёт на вечное покаяние… или на горелку. Что предпочитаете?
Карамо помрачнел, поняв, что далеко зашёл со своими советами. Ещё пара реплик, и Галарди покажет, кто старше по званию. Но смолчать нельзя, раз дело
«…к ущербу нашей вере. В конце концов, мы с патриархом молимся одному Богу Единому, поклоняемся гробу Девы-Радуги — и вдруг поклонимся медному змию ганьцев!»
Но — хоть ты голову об алтарь разбей! — каучуковое дерево растёт лишь в тропиках, а не в империи. Если порвать отношения с Кивитой, важную для войны резину брать больше негде. Либо Гань на восточном краю материка, либо Эндегар на западе, сам увязший в боях с мориорцами и готовый поднять цену вдесятеро.
— Ваши фотографии полярных берегов, — не поднимая глаз от бумаг, сменил тему Галарди, чтобы прервать тягостное молчание, — содержат нечто важное?
— Более чем важное. — Карамо просветлел лицом, заговорил увлечённо. — Я применил интегральный метод, который позволяет видеть следы строений, скрытые вековыми наносами и дюнами. Представьте — там, где сегодня простираются просторы тундры, вязкие отмели, под грунтом лежат циклопические стены, бастионы… Часть из них под водой — за тысячи лет берега опустились в океан. У этих сооружений немыслимая форма, чудовищная симметрия! Их явно создал разум, непостижимый для смертных… Ворота шириной в полсотни мер, дороги с желобами вроде рельсов — кажется, они сделаны для самоходок величиной с дирижабль. Как мать-земля выдерживала их вес?.. Чтобы устроить там раскопки, нужен целый армейский корпус… Надеюсь, со временем я смогу составить атлас о местах сражений Громовержца и ангелов его с великанами и гидрами хаоса.
Задержав перо, Галарди вспомнил иллюстрации к священным легендам — небо с мятущимися грозовыми тучами, пылающие молнии. Бог с поднятым для удара Молотом Гнева, а внизу, в кипящем океане — колоссальные уродливые монстры, воздевшие вверх щупальца с зажатыми в них кораблями.
В самом деле, тут невольно содрогнёшься — неужели Турман прав?.. Легенды, в которые веришь с детства, с годами блекнут в сознании, отходя на задний план, уступая место трезвому рассудку и расчёту. Но приходит Карамо, обветренный полярными штормами, и кладёт на стол планы крепостей, построенных сынами царя тьмы, схемы дорог, по которым гидры хаоса сползали в океан…
«Если дать ему денег на водолазов, на колокола для погружения — он доберётся и туда. И одному Отцу Небесному известно, что он оттуда поднимет. А я — я знаю, кого это заинтересует, кто оплатит подводный поиск. Пока есть люди, истово верящие в древние чудеса, они будут искать… но что самое удивительное — находки есть! Так, глядишь, и я, наконец, поверю в Бога…»
— Наука и религия — родня, а не враги, что бы там ни говорил патриарх и учёные господа, — последний раз проверив чеки, Галарди протянул их кавалеру. — Брат Турман, я горжусь тем, что вместе с вами возвожу единый храм веры и знания. Когда-нибудь мы завершим его; тогда закончится вражда между престолом и Орденом.
— Да воздастся вам на небе, дорогой брат. — Кавалер спрятал чеки в сумку. —
— Всё, что смогу, брат.
— В Гагене, в приходе Радуги Приморской, живёт мастер-кровельщик по фамилии Динц. Выясните мне его родословную.
Галарди сразу вспомнил упрямую девчонку, сидевшую у него под замком два месяца назад. Ларита Динц, из Гагена, медиум.
— Справимся без «сюртуков». Досье лежит на полке, руку протянуть.
— Ваших бумаг не хватит.
— Брат, это обычный горожанин. Я проверял — в его родне нет ничего особенного.
— Хотите, я расскажу вам кое-что из истории Ордена? — предложил Карамо.
Шеф «аспидных сюртуков» коротко кивнул. Если брат Турман говорит об истории, его стоит выслушать. Пока другие меченосцы делали придворную карьеру, неутомимый Карамо пропадал в дальних разъездах, рылся в архивах захолустных монастырей, раздобывал у антикваров манускрипты из распроданных фамильных библиотек. Порой даже кладбищенские воры доставляли кавалеру дневники и письма, по завещанию похороненные вместе с хозяевами… Галарди лично заминал пару таких тёмных дел. Знание, поиск истины — кредо Ордена. А искать Карамо умел, как никто.
— Более чем два века назад, — начал кавалер, — форт Скалистого мыса на востоке Кивиты был осаждён людьми, носившими знак багрового серпа. Они предложили нашим братьям и сёстрам Ордена любви сдаться, идти под суд патриарха за ересь…
— Последний оплот; это событие мне известно. Все они погибли.
Карамо отрицательно поводил головой:
— Не все. Никакого штурма не было. То, что мы знаем о падении форта Скалистого мыса — легенда. Её сочинили патриарх и Тайный орден во славу церкви. Для людей Серпа дело обернулось куда хуже, чем гласит легенда, а для нас… в чём-то лучше.
Глаза за очками в серебряной оправе, не отрываясь, наблюдали за кавалером.
— Аббатиса лилового Ордена и семь сестёр, сидевших с ней в осаде, владели лунным полётом. Каждая могла нести двух мужчин в доспехах. А среди наших братьев был один вещатель, сержант Динц.
— Вот оно как… — Галарди испытал мимолётный порыв зависти к Турману, раньше него нашедшего лакомое зерно истины.
— За верность братству комендант форта хотел произвести Динца в кавалеры — но делать это единолично запрещает устав. Аббатиса лиловых приставила к Динцу юную сестру, сведущую в травах, чтобы они вместе нашли способ вещать дальше и громче. Похоже, эти двое своего добились, но… случилось нечто ужасное. В секретном донесении люди Серпа сообщали — на закате из моря вышла гигантская бесформенная тварь и пожрала осаждённых.
— А те, кто могли летать…
— …улетели, — закончил за него Карамо. — Они рассеялись и скрылись среди людей, чтобы не попасть в руки инквизиции. Что касается войска Тайного ордена, его галеры были потоплены гидрой. Затем она выползла на сушу и поглотила многих людей Серпа — как насекомых. Мушкеты и пушки против неё были бессильны… Вы премного меня обяжете, брат, если не станете спрашивать, где и как я добыл запись. Но это подлинная запись. В своё время я предъявлю её Ордену.
Впечатление от рассказа Турмана заставило статс-секретаря слегка поёжиться. Отборное войско «серпов» и… нечто, в кровавом свете заката встающее из морских глубин. Чудище хаоса, похожее на ярость Божию, карающую как чума — она щадит лишь избранных.