Клянусь, что исполню...

Норман Хилари

Она позвонила в «Люмитекник». Телефон не отвечал. Конечно, там было уже половина десятого, но Кэри не раз говорила с Рут Мюллер поздно вечером, даже ночью. Она набрала номер Шнабеля. Там тоже никто не отвечал.

По ее спине побежали первые мурашки дурного предчувствия. Она позвонила Марку Рейссу в офис.

– Ну что?

– Пока ничего, миссис Ариас.

Кэри посмотрела на часы. Была четверть пятого. Гости должны были вот-вот появиться, и ей надо было спускаться их встречать.

– Удостоверьтесь, что водители остались в аэропорту, Марк, и, если у вас будут какие-нибудь новости, передайте оператору в

отеле, чтобы меня нашли где угодно.

Она положила трубку и несколько раз глубоко вздохнула. Время пока еще на ее стороне, говорила она себе, презентация начнется не раньше чем через час. Но, черт побери, она организовала презентацию «Световых лет» для спецов, а не для болванов, которым можно наболтать что угодно. Она просто не могла отвечать на технические вопросы, которые будут задавать две сотни врачей.

– Не впадай в панику, – сказала она себе вслух. – Для паники нет причин.

Снова схватив трубку, она набрала номер «Люмитекник», потом, повинуясь внезапному импульсу, номер их факса. И опять она услышала четкие длинные гудки, повторявшиеся снова и снова. Она связалась с оператором отеля.

– Я срочно должна проверить два номера в Швейцарии. Сделайте это немедленно.

– Конечно, миссис Ариас.

– И сразу же позвоните мне.

Ей показалось, что прошла целая вечность.

– Обе линии отключены, мэм.

– Этого не может быть. Это важные деловые линии. Я вчера с ними говорила. Это, должно быть, ошибка.

– Не думаю, мэм, – ответила оператор. – В Швейцарии произвели тщательную проверку и сказали, что линии отсоединены.

– Они говорили по-английски? – спросила Кэри, цепляясь за соломинку.

– Они говорили на очень хорошем английском, миссис Ариас. – После паузы оператор добавила: – Хотите, чтобы я снова проверила номера? – Немедленно.

Кэри с размаху бросила трубку и посмотрела на часы. Две минуты шестого. У нее не оставалось другого выбора, кроме как спуститься вниз и молить бога о том, чтобы отсутствие представителей «Люмитекник» и молчание Швейцарии оказалось простым совпадением.

Прошло пять ужасных минут. Она не получила никакого ответа от «Люмитекник», зато узнала от Марка Рейсса, что швейцарская корпорация и Герхард Шнабель внезапно исчезли с лица земли. В это время двести врачей и руководителей клиник уже допивали последние капли шампанского и занимали места в ожидании главного мероприятия. Кэри укрылась у себя в номере и сидела там с пепельно-серым лицом, сжавшись в комок, дрожа от унижения и ярости. Она уже поняла, что произошла катастрофа.

В самом кошмарном сне ей не могло привидеться ничего подобного. Ее надули. Она стала жертвой тщательно спланированной и дорогостоящей мистификации. Ее, Кэролайн Бомон-Ариас, которая всегда считала себя самой умной и неуязвимой из деловых женщин, провели как малолетнего сосунка, как полную идиотку.

Ей хотелось немедленно, сию секунду убить кого-нибудь, ей даже хотелось умереть.

Но она не знала, кого убивать, и не могла умереть, по крайней мере сейчас, потому что ее ждала публика и ей надо было сохранить хотя бы остатки имиджа.

С любой другой кризисной ситуацией Кэри справилась бы, но этот предательский удар оказался столь болезненным, что она чувствовала себя просто не в состоянии выйти на подиум и предстать перед приглашенными

светилами медицины.

– Тебе придется выйти и все им сказать, – приказала она по телефону Митци Пэлгрейв.

– Что сказать? – Голос Митци был полон тревоги. – Что я должна им сказать, миссис Ариас?

– Любое дерьмо, которое придет тебе в голову. – Кэри чувствовала, что она не в состоянии говорить разумно. – Скажи им, что в самолет ударила молния, скажи, что в Швейцарии было землетрясение… Что кто-то спер этот чертов лазер и спалил им всю команду экспертов…

– Лучше что-нибудь попроще, – кротко предложила Митци, полная решимости прийти на выручку. – Я просто скажу, что они задерживаются. – Подумав, она добавила: – Я скажу, что это временное и легко разрешимое недоразумение, но нам придется отложить презентацию.

– Прекрасно, – пробормотала Кэри, которую все еще била крупная дрожь. – Спасибо, Митци.

Митци помолчала в нерешительности.

– Вы в порядке, миссис Ариас? Могу я что-нибудь еще для вас сделать? Позвонить кому-нибудь?

– Нет, ничего. Просто избавься от этих людей.

После того как Кэри стошнило, она долго-долго сидела на полу ванной комнаты. Она чувствовала себя опустошенной и изможденной, но все это время ум ее непрестанно работал в поисках врагов. Джим был в этом списке первым, но она быстро исключила его. Вот уж кому никогда, никогда бы и в голову такое не пришло. Джим ни с кем бы так не поступил, даже с ней. Но, разумеется, она нажила немало врагов на пути к успеху. Кто ж их не наживает?

Кто бы это ни был, с горечью думала Кэри, прополоскав рот и машинально поправляя макияж, он должен был ненавидеть ее лютой ненавистью, чтобы заставить пройти через это. Она взглянула в зеркало, посмотрела в свои глаза, полные сознания поражения, и яростно замотала головой. Она никогда еще не ожидала столь многого от рекламной кампании, а теперь не будет ничего – ни славы, ни денег. Не будет чудесного лазера, который избавил бы ее от ранних морщинок и неизбежной старости.

Она прошла в спальню и ничком бросилась на кровать. Нет слов, чтобы описать, как глупо она себя вела. Она истратила кучу времени и денег, упустила ценных клиентов – настоящих клиентов, черт бы их подрал. А хуже всего то, что, если ей не удастся заставить молчать Пэлгрейв, Рейсса и Морицио, ее засмеют до того, что ей придется покинуть Бостон, бросить рекламное дело и все, что ей дорого.

Кэри начала всхлипывать, потом по ее щекам покатились жгучие слезы ярости, стыда и горя. Она валялась на этой огромной роскошной кровати и ревела так, как не ревела с детства.

Потом она услышала сквозь звук собственных рыданий резкий стук в наружную дверь номера.

– Уходите.

Стук продолжался.

– Уходите!

Стук становился все громче, настойчивее. Кэрри пролежала в постели еще несколько мгновений, пытаясь не обращать на него внимания, но он продолжался. Кэри подумала, что это может быть Пэлгрейв или кто-нибудь поважнее, и ей хотелось даже после такого грандиозного фиаско сохранить хоть остатки имиджа.

– Минутку! – крикнула она, вскочила с постели, бросилась в ванную, плеснула в лицо немного холодной воды, произнеся несколько словечек благодарности водостойкой косметике, а потом, набрав в грудь побольше воздуха, пошла открывать дверь.